Чтение онлайн

— А я хочу!

Кажется, в кабинете появились целых две силы, одна была чистым Светом, а вторая в лице короля — абсолютной Тьмой.

Еще один погубитель Ле — поверивший в ее предательство муж, хотя ее сердце принадлежало ему без остатка.

Они оба виноваты в том, что случилось со жрицей. И второй, покусившийся на ее душу, даже больше чем первый, желавший уничтожить лишь тело!

Это было преступление. Но гнев паладина застилал разум и усилил его немалые способности и еще три молота нацелились на короля.

И кто бы знал, чем закончилось это противостояние…

Но в тот момент третья сила решила дать о себе знать.

Астера, готовый принять кару от рук Ская, вдруг преобразился. Посох, оказавшийся в руке жреца, засеребрился. Свет окутал верно своего слугу, заставляя паладина и короля отступить на шаг.

— У меня не было выбора. Против сердца не пойти. Вам ли это не знать?! Тебе, влюбленный мальчик, или тебе, человек, которого я ненавидел, но попытался простить, только ты не достоин прощения, Ринн. Предательство не прощается! Тиффин была для меня целым миром. Маленькая девочка с пронзительным взглядом, подросток с неуемной жаждой знаний, девушка с обворожительной грацией, королева, заставлявшая верить в Свет одним своим присутствием, одним словом! Я всему находил оправдание, всему находил прощение. Я до боли сжимал зубы, когда ее заставили идти к алтарю с совсем нелюбимым ею королем. Я отринул собственные чувства, когда между ею и тобой стали пробегать искорки чего-то настоящего и большого. Может, все дело в моем происхождении, я никогда не считал себя достойным ее, потому и вверил тебе, Вариан, тому, кто должен был о ней позаботиться!

От рыка Астеры дрогнули стены Собора. Скай и не заметил, как оказался в коконе чего-то невиданного по своей мощи. Его друзья рядом тоже барахтались и задыхались от нахлынувшей на них силы жреца. По лицу короля бежал пот, и как бы ни ненавидел Скай Вариана Ринна за то, что тот поверил лжи, паладин был поражен тому огромному количеству силы и мужества, способных противостоять магии Астеры, которыми был наделен король.

— Слепец, ты не увидел воцарения Повелительницы Черных Драконов. Даже слушать об этом не хотел. Не предпринял ничего, чтобы оградить Тиффин от зла. Взяв в жены прекраснейшую их женщин, ты не должен был предавать ее даже после смерти.

Верховный жрец в ореоле золотистого света, купавшегося в тьме кабинета, казался чем-то нереальным. Сейчас никто бы не сказал, что он — человек, нет, кровь эльфов и … ну, конечно же, троллей!

Скай был поражен. Да, кажется, сам король был поражен.

Высокий рост, сутулые, а ныне расправленные широкие плечи, нос с горбинкой и этот взгляд.

Так вот почему он не считал себя достойным!

Ночные эльфы и тролли не любят друг друга, ибо негласно считается, что ночные произошли от троллей, слишком приблизившихся к силе магических колодцев. Но разве прекрасные эльфы согласятся с тем, что предки их уродливы и воинственны. Полукровок не принимали обе расы. А в крови Астеры понамешано крови еще и людской. Но…

Но что и не говори и Вариан и Скай знали, как по-особому течет в венах троллей сила. И вряд ли у Вариана хватило бы глупости подумать, что слаб Волджин, а паладину доставало ума вспомнить, как сильны бывают тролли на арене и в бою. Обитатели Престола Гроз не зря приблизились к изначальным богам.

Накопленная сила сорвалась с рук жреца и огненным разрядом ударила в короля. Оружие, созданное эльфами отразило атаку, оставив в стене огромную тлеющую дыру.

— Только увидев Лейну, ты забыл о клятвах Тиффин! Я предупреждал тебя! Я просил тебя остановиться! Отпустить жрицу! Я просил тебя как своего друга! Я считал тебя таковым! Я считал тебя достойным Тиффин!

Зажатые силой жреца Скай, Рот и Алик неверяще смотрели на короля. Известный своей воинственностью, Вариан Ринн опустил меч. Лицо его было полно страдания и муки. И, как и в глазах Астеры, в глазах короля плескалась боль. Оба лишившихся так многого мужчин, нашедших в себе силы жить дальше. Оба сражались за жизнь и процветание Альянса. И как же развела их судьба?!

Любовь — самая страшная вещь в мире. Даже принося радость, она несет боль и страх. Потерять любимую от стрелы или от проклятия, от страшной болезни. Лишиться ее, отпуская, если ясно, что твои чувства — заточение для любимой души.

— Друг мой, — прошептал король, — как же я был слеп!

— Ты даже не представляешь себе, как ты слеп! — магия Астеры прокатилась по кабинету, точно волна по морской глади, заставив Ская, Рота и Алика лишь бессильно покачиваться не в состоянии противостоять мощи жреца. — Кадгар хорошо сумел спрятать от тебя истину, глубоко. Все боялся, что правда заставит тебя впасть в безумие. Или ты думаешь, что те, кому ты доверяешь, всегда говорят тебе правду?

— О чем ты?

Встреча с деревянным полом оказалась малоприятной и совершенно неожиданной для отряда Ская. Двери, скрывавшие то, что творилось в кабинете, от мира исчезли и на пороге стоял Верховный маг.

— О том, видимо, что убийцей Тиффин была ее родная и горячо любимая сестра.

— Рита? — глаза короля расширились.

— Слишком сильно любила ее королева, слишком многое дозволяла. А когда Тиффин поняла свою ошибку, было уже поздно. Катрана Престор уже завладела умом юной девочки, жаждавшей того, чего у рода Эллерианов не было никогда — магии. И Ониксия пообещала ей, что пройдя, тяжелое испытание, она получит удивительный дар. И может быть, юная Рита никогда не пошла на убийство близкого человека, если бы Тиффин не настояла на браке своей сестры и графа Сержайса. Брак с богатым стариком, который один из немногих после разрушительных воин сохранил в целости земли и людей на них обитавших. Он пообещал королеве, что внесет половину той суммы, что просили каменщики за свой труд. Это наверняка бы успокоило гильдию и Ван Клифа, и спасло бы твою репутацию. Но Ониксия была против. В итоге праща с камнем оказалась в руке Риты, которая не хотела замуж за старика, чьи земли были далеко от столицы и от ее учительницы и была обижена на сестру за то, что та была непреклонна в своем решении. Маленькая сломленная девочка хотела силы, а получила могилу, ведь свидетели и исполнители Ониксии были не нужны.

— Ты знал об этом? — зарычал Король, обернувшись к Астере.

— Это я предложил кандидатуру Сержайса в мужья Риты. С ним был уговор, что он не тронет девочку до ее семнадцатилетия. И Рита будет жить в столице вместе с сестрой.

— Но зачем? Она даже не обсудила это со мной!

— Тиффин любила тебя. Она хотела, чтобы твой род так и оставался на троне, она считала Риннов достойнейшими из правителей. Но спор с гильдией мог привести к бунту.

— Боги… — голова Короля поникла.

— Но это не умоляет того, что ты сделал с Лейной! — голос Верховного мага был полон холода. — Вариан имел право на счастье.

— Нет, не имел. Его жизнь и его трон оплачены жизнью его возлюбленной. А он посмел открыть свое сердце другой. Только сын Тиффин имел право унаследовать трон, а он позволил себе зачать еще одного наследника. Он, — палец жреца указал на короля, — клялся перед Святым Светом в том, что Тиффин будет его любовью на всю жизнь. А с каких пор смерть — основание, чтобы нарушать клятвы?! ВЫ считаете меня предателем! Но кто же тогда ты, король?

Кадгар печально покачал головой.

— Как ты узнал о том, что Крестис придет в Таллок? — хрипло спросил Вариан.

— Часть их верхушки давно уже переметнулась на сторону демонов. Жалкие трусы получили свое, потому что демонам не нужны союзники, они пришли уничтожить все.

— Но зачем надо было лгать и клеветать на Лейну? — Кадгар тяжело оперся рукой на косяк.

— Чтобы Вариан Ринн не захотел довериться больше ни одной женщине.

Повисла гнетущая тишина. И нарушил ее король. Лицо его вдруг преобразилось и наполнилось спокойствием и уверенностью и какой-то обреченностью