Чтение онлайн

С наступлением ночи обезьяны стали спрашивать тех, кто был возле них: «Ты обезьяна?» Получив отрицательный ответ, они с огромным энтузиазмом бросались на противника. Обе стороны несли серьезные потери.

Хотя из-за своих золотых доспехов ракшасы были более заметными, а, значит, и уязвимыми, с наступлением ночи они, согласно своей природе, оживились. Ночью полчища ракшасов, дико ревя, с новой силой неожиданно набросились на Раму. Защищаемый с одной стороны гигантской обезьяной Голангулой, а с другой - братом Джамбавана, Дхумрой, Рама, выпустил шесть золотых стрел, которые, рассеяв ночную тьму, пронзили Махапаршву, Маходару, Шуку, Сарану и двух других предводителей ракшасов. Когда эти шестеро воинов в страхе за свою жизнь бежали, Ангада разбил колесницу Индраджита и убил его колесничего. Раненый Индраджит спрыгнул с разбитой колесницы и исчез. Наблюдавшие сверху за сражением полубоги и риши стали прославлять царевича обезьян за доблесть и отвагу.

Оставаясь невидимым, Индраджит стал выпускать стрелы, которые принимали форму змей. Оружие Господа Брахмы крепко связало Раму и Лакшмана по рукам и ногам. Неспособные пошевилиться, Рама и Лакшман послали десять лучших воинов-обезьян поймать Индраджита. Когда они взмыли в воздух и стали повсюду искать его, Индраджит, оставаясь невидимым, пронзил их бесчисленными стрелами. В то же время он осыпал стрелами Раму и Лакшмана. Вскоре кровь полностью залила Их тела. «О Рама и Лакшман, - воскликнул Индраджит, - даже Индра не может увидеть меня, что тогда говорить об остальных. Сейчас при помощи своих острых стрел я с большим удовольствием отправлю Вас в обитель Ямараджа».

Индраджит продолжал выпускать стрелы в Раму и Лакшмана, и вскоре на Их телах не осталось ни одного живого места. В конце концов Рама выронил из рук Свой лук и, истекая кровью, повалился на землю. Лакшман тоже лишился чувств. Увидев страшную картину, обезьяны пришли в отчаяние. Глаза их наполнились слезами. Когда вокруг Рамы и Лакшмана собрались предводители обезьян, Индраджит сказал своим воинам: «Могучие братья стали жертвой оружия Господа Брахмы! Теперь Их уже ничто не спасет!»

–  Рама мертв!
– радостно воскликнули ракшасы.
– Индраджит в одиночку убил Его! Уверенный в гибели Рамы и Лакшмана, Индраджит, опьяненный победой, отправился во дворец Раваны.

Между тем к Раме и Лакшману подошли Сугрива и Вибхишана. Братья лежали на земле, истекая кровью и еле дыша. С головы до ног Они были опутаны змееподобными стрелами. Сугрива не мог вынести ужасного зрелища. Вибхишана стал его успокаивать. Смыв с его лица слезы, он сказал: «О царь, Раму и Лакшмана можно оживить. Будь уверен, Они не погибли. Оставайся здесь, пока я соберу армию и подниму боевой дух воинов».

Пока предводители обезьян охраняли Раму и Лакшмана, Индраджит предстал перед Раваной и гордо сообщил ему о своей победе. Узнав, что Рама и Лакшман убиты, Равана вскочил на ноги и с любовью обнял сына. «Мальчик мой, - сказал он, - как тебе удалось это сделать?»

–  Став невидимым, - отвечал Индраджит, - я поднялся в небо и выпустил змееподобные стрелы, которые связали Раму и Лакшмана. Затем я пронзил братьев множеством обыкновенных стрел. Сейчас Их бездыханные тела лежат на земле. Отчаявшиеся обезьяны отступают.

Уверенный в смерти Рамы и Лакшмана, Равана отбросил всякий страх и успокоился. После ухода Индраджита он позвал ракшаси, охранявших Ситу. Не сомневаясь в том, что теперь Сита покорится ему, Равана сказал: «Немедленно передайте Сите, что мой непревзойденный сын, Индраджит, убил Раму и Лакшмана. Возьмите колесницу Пушпака и отвезите ее туда, где лежит ее муж. Пусть она сама убедится в том, что Он мертв». Отпустив ракшаси, Равана приказал разнести весть о победе Индраджита по всей Ланке на радость ее обитателям.

Как только ракшаси сообщили Сите о смерти Рамы, она рухнула на землю. Разразившись рыданиями, Сита предалась скорби. Ракшаси помогли ей взойти на колесницу Пушпака и вместе с Триджатой, своей предводительницей, взмыли высоко в небо.

Пролетая над полем битвы, Сита увидела, что земля усеяна бесчисленными трупами обезьян и ракшасов. Неожиданно она заметила лежащих на земле Раму и Лакшмана. Вокруг Них, грустно понурив головы, столпились обезьяны. Ракшасы радостно кричали. Глядя на пронзенное множеством стрел тело Рамы и лежащий возле Него лук, Сита, не в силах сдержать себя, запричитала: «Прежде ученые брахманы, сведущие в астрологии и хиромантии, заверяли, что у меня родятся сыновья и что я не буду вдовой. Они говорили, что я стану женой прославленного царя, который совершит много великих жертвоприношений. Теперь, после смерти Рамы, я понимаю, что все они - лгуны и мошенники.

Говоря о благоприятных знаках на моем теле, брахманы сулили мне счастливую жизнь. «О царевна, - говорили они, - у тебя тонкие черные волосы и несмыкающиеся в переносице изогнутые брови. Твои ровные зубы, а также пальцы на руках и ногах плотно смыкаются друг с другом. Бедра твои округлы и не имеют волос. Твои полные груди касаются друг друга. У тебя глубокий пупок, нежная кожа и сияющий лик. Когда ты идешь, все пальцы твоих ног касаются земли. Твои стопы отмечены благоприятными знаками, такими как лотос, что свидетельствует о знатном происхождении. Твои лотосоподобные глаза, приятная улыбка и другие благоприятные знаки говорят о том, что тебя ждет невероятная удача».

–  К чему все эти благоприятные знаки, когда мой муж мертв?
– воскликнула Сита.
– Разве могу я быть счастливой без Рамы?

–  О царевна, - сказала Триджата, - Рама и Лакшман не погибли, ибо эта небесная колесница не может поднять в воздух вдову. Посмотри, обезьяны, хотя и пребывают в замешательстве, все равно продолжают охранять Раму и Лакшмана. Зачем нужно было Их охранять, если бы Они были мертвы? Даже отсюда я вижу, что Их лики излучают сияние. Успокойся, Сита. Тебе не о чем скорбеть. Твой муж все еще жив.

Слова Триджаты немного успокоили Ситу. Ее опять вернули в ашоковую рощу. Постоянно думая о том, что произошло с Рамой, Сита скоро вновь пришла в отчаяние и погрузилась в скорбь.

Окруженный убитыми горем обезьянами, Рама пришел в Себя. Увидев рядом с Собой окровавленного Лакшмана, не проявляющего признаков жизни, Он горько воскликнул: «Если Лакшман умрет, какой смысл в спасении Ситы? Место дочери Джанаки может занять другая, но никто не заменит Мне Лакшмана. Если Он умрет, Я покончу с Собой. Как смогу Я посмотреть в глаза Его матери, позволив Ему умереть в Своем присутствии?»

–  Пусть обезьяны отойдут назад, - сказал Рама Сугриве.
– Без Нашей помощи они станут необычайно уязвимы. О благородный царь обезьян, благодарю тебя за искреннюю дружбу и мужество, которое продемонстрировал ты и вся твоя армия. Служа Мне, вы подвергали свою жизнь смертельной опасности. Услышав слова Рамы, обезьяны стали плакать.

Успокоив обезьян, вернулся Вибхишана. Увидев бесчисленные стрелы, торчащие в телах Рамы и Лакшмана, он не выдержал и разрыдался. «Рама и Лакшман скоро поправятся, - сказал Сугрива, обняв его, - и продолжат битву с Раваной».

После этого Сугрива отправился к своему тестю, Сушене. «Пожалуйста отнеси Раму и Лакшмана в Кишкиндхью, - сказал он ему.
– Там Они залечат Свои раны. Пусть с вами отходят все обезьяны. Я же останусь здесь. В одиночку сокрушив Равану, я вернусь в Кишкиндхью вместе с Ситой».

–  Давным-давно, - отвечал Сушена, - во время войны между полубогами и демонами, последние прибегли к мистическому оружию и уничтожили множество полубогов. Однако Брихаспати вернул их к жизни при помощи мантр и особых целебных трав. Пусть Панаса и Сампати отправятся к Молочному океану. Они знают, что это за травы. Они зовутся сандживана-карани и вишалья. Эти травы были созданы самим Господом Брахмой. Сандживана-карани может вернуть к жизни того, кто почти мертв, а вишалья мгновенно залечивает все раны. Травы эти растут на горах Чандра и Дрона, которые появились в результате пахтания Молочного океана. Если за травами отправится Хануман, он вернется очень быстро.