Раненый целитель: Контрперенос в практике юнгианского анализа
Шрифт:
Развернутое изложение историй пациентов, хоть и является важным, здесь невозможно по причинам конфиденциальности. Поэтому факты биографии пациентов были изменены или замаскированы таким образом, чтобы сохранилось относительно точное отражение их значимости для лечения.
Случай первый: Миссис Ф.
Ф. была дочерью матери-алкоголички и отца, который был весьма известным человеком в определенных кругах. Родители развелись до того, как дочери исполнилось десять лет. Ее отрочество также было бурным, включая довольно серьезное увлечение наркотиками и соответствующее поведение. В определенный момент Ф. исключили из школы и отправили в психиатрическую больницу (которую она описала как «загородный клуб»). Затем она сбежала оттуда со своим другом и продолжала жить в соответствии с тем контркультурным стилем, который ценила. Будучи творческой личностью и выходцем из образованных кругов, она в итоге вышла замуж за человека, с которым вместе работала в области искусства. У Ф. был ребенок, но она работала. На анализ ее привели как семейные и сексуальные проблемы, так и интерес к аналитической психологии.
Табл. 1
| Пациентка | Контрперенос |
|---|---|
| Примерно за год до фактического начала анализа Ф. позвонила, чтобы договориться о встрече | Я тогда жаждал новых пациентов и надеялся договориться с ней. |
| Затем она стала описывать свои глубокие переживания квази-трансцендентного, «природного» характера. | Меня смутила столь поспешная откровенность по телефону, и и не мог понять, о чем она говорит, хотя было похоже, что для нее все это важно. |
| Затем Ф. спросила: «Что вы об этом думаете?» | На самом деле я думал, что ее рассуждения носят «воздушный» характер — дитя цветов? Желая заполучить новую клиентку, я попытался ответить ей чем-то подходящим. |
| (Мы договорились о встрече, которую она затем отменила или же не пришла на нее.) | Мой образ ее (или неудачности моего ответа), казалось, подтвердился. |
Обсуждение
В анализе многое происходит ещё до первой встречи. Аналитик мгновенно создает о себе впечатление и сам получает впечатление о клиенте; он должен быть готов работать. Как отмечает Юнг, обсуждая перенос, «Зачастую, прежде чем аналитик раскроет рот, процесс уже идет полным ходом» (Jung, 1946, р. 171 п). В равной степени это верно и для контрпереноса. У меня существовало намерение найти новых пациентов, которое отразилось на моих ответах. Я уже начал создавать образ — «дитя цветов» — этой пациентки, которую еще не видел, Возможно, я уже не выдержал ее первого испытания.
Эти сложившиеся по первым впечатлениям образы пациента и аналитика переживаются ими как очень ясные, почти ощутимые (как на уровне «ощущений», так и визуального образа). Их можно назвать «ощущаемые образы» [30] . Они являются отражением существующей готовности к переносу или контрпереносу. У терапевта есть фантазии и предчувствия по поводу пациента, вероятно похожие на ощущения матери, ждущей ребенка. Со временем эти фантазии пациента начинают наполняться интроекциями и проекциями, подгоняются к реальному человеку и видоизменяется.
30
См. подобную идею у Сирлза (1967, р. 24), хотя не совсем ясно, обращается ли он к образной активности в начале лечения.
Табл. 2
| Пациентка | Контрперенос |
|---|---|
| Спустя несколько месяцев, во время показа одного юнгианского фильма, в конце своего ряда я заметил очень привлекательную темноволосую женщину.) | У меня промелькнула фантазия о возможности романа с этой очаровательной юнгианкой. |
| Во время последующего обсуждения фильма она сказала, что как-то посещала Институт Юнга. | Еще интереснее. Когда я был помоложе, я также предпринял туда длительное паломничество. |
Обсуждение
Не только пациент, но и аналитик привносит всего себя — неврозы, раны, потребности, душу и так далее — в анализ. Он в свою очередь становится частью смеси аналитик-пациент, в которой «оба подвергаются трансформации» (Jung, 1929a, р. 71). Тема «другой женщины» довольно часто проявлялась в моих снах и фантазийной жизни. Она приняла форму довольно конфликтной (поскольку я был мужем и отцом) жажды «влюбиться». Другая женщина в моих фантазиях часто была творческого или поэтического типа — иногда психологом. Так что в данном случае я встретил женщину, которая отвечала моему фантазийному образу: привлекательная, психологически ориентированная фигура «анимы» (в юнгианских терминах), которая возможно даже имела опыт внутренних или внешних исканий, подобных моим собственным.
Табл. 3
| Пациентка | Контрперенос |
|---|---|
| В конце последнего перерыва она подошла ко мне и представилась, заметив, что мы уже общались ранее. | Мне было, несомненно, приятно, что эта женщина моей фантазии отыскала меня, а также, что мы вроде бы знакомы... |
| (Я ответа, из своей профессиональной персоны: «О да, возможно, мы могли бы немного поговорить после кино».) | ...но старался держаться нейтрально. |
| После кино ее уже не было. | Меня озадачило это исчезновение, особенно после той захватывающей фантазии, которую она пробудила во мне. Я снова подумал, что она. по-видимому, довольно «воздушна». |
Обсуждение
Таким образом, еще до анализа контрпереносная фантазия, говоря словами Юнга, идет «полным ходом». В данном случае тут проявляются мои собственные потребности и конфликты.
Оглядываясь назад, я могу сказать, что мое более раннее высокомерное и критическое отношение к устремленности Ф. к квази-трансцендентным, «природным» переживаниям частично было связано с моим собственным стремлением к «мистериям» любовного романа. В этом смысле она была не более «воздушной» или наивной, чем я сам. Ее качество неуловимости и внезапное исчезновение, по-видимому, соответствовали контрпереносной ситуации как архетипически (моя таинственная анима), так и на личном уровне (мои ускользающие чувства и фантазии).
Табл. 4
| Пациентка | Контрперенос |
|---|---|
| Несколько месяцев спустя Ф. позвонила мне снова, домой. Она сказала, что получила новую работу со страховым обеспечением, которым скоро можно будет пользоваться. | Я почувствовал себя счастливым потому, что она позвонила. Звонить мне домой было довольно интимным шагом. но на моем автоответчике был этот номер. |
| Она спросила меня: 1) снижаю ли и когда-либо свои цены, и 2)смогу ли я принять ее сейчас, но в страховке потом обозначить другую дату? | Как и во время ее первого звонка, я был вынужден отвечать на важные, серьезные вопросы, к которым я не был готов. |
| (Я ответил, что в некоторых случаях снижаю цену.) | Вообще-то я не хотел снижать цену, но мне нужен был новый пациент по финансовым и учебным причинам, а также вероятно в связи с потребностями «анимы». |
| (По поводу страховки я ответил, что «это было бы мошенничеством» и потому я не могу этого сделать.) | Меня самого удивила непреклонность моего отказа совершить «мошенничество» — ведь я мог бы просто вежливо ответить «нет». |
Обсуждение
Пациентка начинает проникать в мою жизнь, и это вызывает некоторое сопротивление и замешательство. Даже с желанными клиентами (или возможно, в особенности с ними) взаимная аналитическая «вовлеченность» иногда является обременительной. Так что обычно мне требуется время и достаточно четко сформулированный договор, прежде чем я смогу «заняться» пациентом. Это феномен, связанный с границами. Однако, в отношении данной пациентки у меня уже была, так сказать, подходящая «констелляция». То, что я назвал ситуацию со страховкой «мошеннической» отчасти было попыткой контролировать вызывавшие во мне чувство вины романтические фантазии по поводу этой привлекательной клиентки (бессознательно я опасался нарушить правила анализа): я хотел напомнить нам обоим, что я занимаюсь «исключительно делом».
Но интересно, что как только я столкнулся со своей уязвимостью по отношению к сфантазированному соблазну, Ф. в тот же момент попросила об особом отношении, даже сговоре. Моралистский тон был вызван не только попыткой самоконтроля и соблюдения «рамки», но также и тем, что ей удалось каким-то образом нарушить эти границы. Хотя я не знал этого тогда, Ф. нужен был кто-то, кто ради нее «совершил бы подвиг», или, по крайней мере, исполнял бы отеческую покровительствующую роль.
Все это было до того, как Ф. пришла на первую встречу. В действительности, обсуждение этих моментов в идеале должно происходить на сессии, а не по телефону. Хотя эти нюансы невротического и комплементарного контрпереноса, сопротивления пациента и терапевта, нарушение границ и формирование контейнера тогда представлялись мне лишь смутно, они уже были целиком задействованы.