Раненый целитель: Контрперенос в практике юнгианского анализа
Шрифт:
Табл. 19
| Перенос | Контрперенос |
|---|---|
| Ф. сказала, что позвонила на мой автоответчик, чтобы «услышать» мой голос после крупной ссоры со своим мужем. В конце сессии она неожиданно спросила, может ли она позвонить мне домой в случае необходимости. | Я вновь ощутил себя в сложном положении. Мне не хотелось выглядеть холодным. Я понимал, что ее потребность в зависимости была довольно сильной, но данная просьба не была вызвана срочной необходимостью, и я чувствовал, что удовлетворить ее было бы ошибкой. |
| (Я сказал, «Мой номер записан на пленке... Некоторые люди звонили мне.») | Я чувствовал, что моему ответу недоставало решительности (как это и было на самом деле), и он звучал как-то по-ослиному. |
Обсуждение
Это было подобно предыдущему давлению на «рамку» анализа — снижение цены, страховка и т.д. Тогда она давила, и я поддавался из-за сильного контрпереноса, но в итоге мне удалось установить границы. Но в этот раз я почувствовал внутренний раскол и в смущении предложил одно, чувствуя при этом, но до конца не принимая, другое. Эта была первая из серии сессий с Ф., в которых я допустил ошибки.
Работа изнутри контрпереноса (да и любой другой позиции) требует принятия множества деликатных решений на уровне чувств в контексте переносных состояний пациента. Ошибки неизбежны, и может быть, даже необходимы. Промах в данном случае был не в неудачном выборе ответа, а скорее в его неопределенности и неаутентичности.
Табл. 20
| Перенос | Контрперенос |
|---|---|
| В конце одной из нескольких сессий, на которых она периодически рыдала, описывая образы потерянного ребенка, и говорила о том, насколько эмоционально «неуклюжим» был ее отец, Ф. спросила, есть ли у меня, что сказать на то, что она только что рассказала. | Я почувствовал некоторую требовательность в ее комментарии, но был неспособен «связать ниточки» вместе. Я осознавал, как близится к концу время аналитического часа, и вспомнил, как иногда мой собственный аналитик не произносил на сессии ни слова. |
| (Я сказал: «Не думаю»,- но напомнил ей о том, что время подходит к концу.) | Я подумал, что она. быть может, вне себя от ярости, и что, возможно, я выглядел резко обрывающим ее или отстраняющимся. |
Обсуждение
Я очевидно проявляю здесь ту же неуклюжесть, что и ее отец в раннем Детстве, когда она чувствовала себя отвергаемой. Когда мой собственный аналитик ничего не говорил, я чувствовал бесполезность проведенного времени. Сохранились ли у меня остаточные злость и идентификации со времени моего анализа, или же это был комплементарный контрперенос «негативного отца» (или матери), — в любом случае возникшая ситуация переживалась как эмпатический промах. Ошибки исходят от аналитика, их нельзя рационализировать, называя «индуцированными» пациентом. Однако, дело не в том, что аналитик из-за контрпереноса оказался «слеп» к чему-то. Скорее, его ошибки связаны с проблемой «скорости», т. е., терапевт может не поспевать за процессом. Например, в данном случае эмпатические фантазии контрпереноса движутся в верном направлении, к синтонному пониманию (как будто я вдруг стал чувствовать, что именно она переживала), но на практике я еще ничего не делаю в этом направлении.
Табл. 21
| Перенос | Контрперенос |
|---|---|
| Чувствуя себя задетой и злясь, Ф. сказала: «Я вижу, что вы заодно с моим отцом». | Я знал, что обидел ее, но сделал это неумышленно из-за неудачи в проявлении эмпатии и холдинга. |
| Как и он, я дал ей только «структуру», но не поддержку, и подобно ее отцу и мужу, и оказался в сущности «бессильным, беспомощным и слабым». | Когда она меня разоблачала, я вспомнил замечание одного психолога о том, что это чрезвычайно важно для пациента — как следует разозлиться на своего аналитика. |
| Она чувствовала себя «потерявшейся в толпе» других моих пациентов. Она много плакала и говорила о своем «паническом страхе того, что если я не получу помощи и поддержки, я не выживу». | Пока она рыдала, я почувствовал импульс приблизиться к ней и по-доброму прикоснуться к ее плечу. Я решил, что делать этого не следует. |
Сон пациентки
У друга ее мужа были груди, наполненные молоком.
(Ассоциации: этот друг был одним из «других мужчин», которые ее привлекали. Она вспомнила этот сон с огорчением, после того как выразила свои сомнения по поводу меня и других мужчин: «Что, таковы все мужчины? Черт бы их побрал. Все они пустые, от них ничего не дождешься, им нечего дать».)
Обсуждение
Мои недавние ошибки, к счастью, вылились в терапевтическое движение благодаря ее стойкости (или возможно, ее компенсаторному сну). Казалось, она старалась построить со мной отношения, основанные на доверии, а я продолжал терпеть в этом неудачу. Было неясно, почему я никак не могу ответить на ее потребности. Я продолжал «быть» травмирующим ее эмоционально неуклюжим, пустым (формальным) как оболочка без содержания отцом. Как показывает сон, идея кормления была каким-то образом связана с мужчинами, и со мной в контрпереносе (и с сексуальностью). Мой импульс мягко коснуться ее, хотя и не реализованный, свидетельствовал, что я, хотя бы временно, оказался в более материнской, менее безгрудой и не столь ригидно патерналистской позиции, которая ей как раз и была нужна. Это также соответствовало различным снам и переживаниям на сессии, когда Ф. чувствовала, что ее «трогало» то, что исходило от меня или от мистера С, ее шефа. Таким образом, здесь можно заметить продвижение от эмпатического провала к тому, что может быть названо компенсаторным или коррективным контрпереносом. Если терапевт действительно воплощает определенные аспекты психики пациента, тогда подобные сдвиги внутри терапевта могут оказывать модифицирующий эффект на констеллированные комплексы.
Табл. 22
| Перенос | Контрперенос |
|---|---|
| Ф. сказала, что ее отец входил в окружение ОДНОЙ широко известной фигуры. | Хотя она уже однажды говорила мне это, сейчас я вдруг «понял», что действительно услышал нечто о ее отце. |
| Затем она добавила, «Возможно, вы читали некоторые его (ее отца) книги». | Я не читал, но неожиданно вспомнил, что одна такая книга стояла на полках, когда я был подростком. |
| Затем она оглядела мой офис, чтобы увидеть, как она сказала, были ли здесь какие-либо из них. | Я поразился параллельности нашего мышления и этим пространственно-временным совпадениям между нами. |
| Выразив свою потребность в «доступной, постоянной, эмоционально питающей фигуре», Ф. добавила, что она тоже хотела бы стать аналитиком. | «Возможно, лучшим, чем я». — подумал я, чувствуя себя скверно из-за своей неспособности дать ей материнскую агапе вместо эроса любовника. |
Обсуждение
Продолжает проявляться проблема базового доверия. На волне недавних эмпатических провалов (возможно, представленных в воображении скалистой тропой с мертвыми кроликами, а также моей склонностью к поведению, подобному улюлюканью рабочих-строителей), я искренне сомневался в своей способности быть достойным доверия в эмоциональном отношении. Однако, даже эта явно моя личная «рана» могла оказаться существенной для обостренных чувств Ф. и ее аналогичных сомнений в отношении собственных родителей. И действительно, позже обнаружилось, что Ф. испытывает сильное чувство вины и отчаяния по поводу своей неспособности «вылечить» собственную мать. Контрпереносные состояния не являются дискретными, они текучи и действуют одновременно на различных уровнях. Так, здесь мы видим нечто подобное тройственному контрпереносу: мой невротически-депрессивный, комплементарный (я как неадекватный родитель) и синтонный (подобно ей, я чувствую себя неспособным вылечить человека, который в этом нуждается).
В то же время, однако, я признавал правильность ее обвинений (п. 21, с. 91) в моей типично мужской неуклюжести, и также воспринял проверку моей квалификации скорее как объективную критику, чем как желание быть аналитиком — «таким же как я». Для терапевта важно переживать такие депрессивные состояния как свои собственные (как те, которыми он по-настоящему «заразился») или как действительно принадлежащие его внутреннему «пациенту»—для того, чтобы аутентично заземлять процесс исцеления.
24. Сон пациентки
В розовом саду моей матери находится тарзаноподобный человек-зверь. Я говорю: «Он научился говорить на удивление хорошо».
Я звоню вам по телефону, затем удивляюсь: «Зачем я ему звоню?» Вы реагируете так, как будто были на свадьбе и напились, хотя очевидно, что это не так. Вы рассказываете мне о свадьбе, как о причине того, что вы не сможете увидеться со мной. Доктор X. должен вырвать вам зуб.
Теперь мы находимся в гостиной с вашей женой. Вы еще совершенно беспомощны. Я и ваша жена озадачены тем, как справиться с этим вместе. Вы не контролируете ситуацию, но, похоже, хорошо, что этими делами занимаются женщины. Я чувствую близость вашей женой.
Контрперенос
Переносные сны можно в первую очередь сверить с их контрпереносными эквивалентами. Я подумал о том, как я мог быть связан с этой примитивной фигурой Тарзана, но решил, что этот образ относится к ее матери. Однако, я был потрясен этим объективным видением того, что я «не контролирую ситуацию», а Ф. и моя анима-жена пытаются помочь мне. Этот образ определенно соответствовал моим чувствам вины за то, что я был «недостаточно хорошим» аналитиком или даже человеком. Я также почувствовал смущение (видимо идентифицируясь с образом пьяного из сна), от того, что моя пациентка заботится обо мне, а не наоборот, и саркастически заметил себе: «Она действует в союзе с моей анимой, в то время как я не понимаю, что же я, черт побери, делаю».