Чтение онлайн

Все знали, что она вертит Аликперовым как хочет, так что после такой ее оценки вопрос был решен, и Светлана приступила к репетициям.

Часть времени ей приходилось по-прежнему посвящать Театру музкомедии, всюду надо успевать, и все хлопоты, связанные с регистрацией брака и подготовкой свадьбы, легли на плечи Марка. Ему пришлось без отрыва от работы провернуть уйму всевозможных дел, включая хозяйственные вопросы. Но его энергии хватало на все.

– Мою квартиру временно сдадим, - весело делился он со Светой своими заботами.
– Встретил на днях знакомого американца, он имел с нами дело на гастролях в Штатах. Здесь возглавляет отделение своей фирмы; прибыл с семьей на два года; предлагает кучу денег - в валюте. Искал квартиру в Центре; моя подходит. Да, кстати, не забудь: во вторник у тебя примерка подвенечного платья, я договорился за дополнительную плату, сделают вовремя.

Марк избавил Светлану от всех забот. Даже Веру Петровну не привлекал к подготовке свадебного банкета - решил организовать в ресторане; только обсудил с ней меню.

– Может, все-таки устроим свадьбу дома?
– пыталась она его отговорить, пугаясь безумной стоимости мероприятия.
– При том же количестве гостей куда как дешевле. Квартира у нас большая, места хватит.

– А сколько вам работы, хлопот! Посуду побьют, грязь убирать - недели не хватит!
– безапелляционно возразил Марк.
– Да и непрестижно, - наш артистический мир любит тусовки в хороших ресторанах. Деньги - дело наживное! Сделаем все так, чтобы этот день мы со Светой запомнили навсегда!

Ему ничего не жаль для самого торжественного момента своей жизни, к которому стремился столько долгих лет!

За два дня до свадьбы, когда приготовления были практически закончены, произошло событие, которое чуть не обратило все в прах.

В круговерти событий Марк давно не виделся со своим другом Сальниковым, но не пригласить на свадьбу не мог и решил сделать это не откладывая.

На его настойчивые звонки долго никто не открывал. Он уже собрался уходить, когда в коридоре раздались неуверенные шаги. Марья Ивановна, понял он, соседка Виктора, - подслеповатая, глухая старушка.

– Заходи, Марик.
– Она пропустила его вперед.
– Прости уж меня! Плоха стала, совсем ничего не слышу.
– И ответила на его немой вопрос: - А Витек в больнице, в наркологической. У него какая-то... ломота, что ли, была. Вот его и увезли. Допился, что ли, сёрдешный? Что война с хорошими людьми делает! Куда молодому без ноги?

Она, наверно, еще долго причитала бы, но Марк, почувствовав угрызения совести - в радостной суете совсем забыл о друге детства, - повернулся и выбежал на улицу. "Успею! Еще не кончились приемные часы. Эх, такси бы найти!.."

Узнав в наркологическом диспансере, где находится Сало, он удачно поймал "левака" и вовремя добрался до больницы. Виктор лежал небритый, в большой общей палате, уставившись в потолок, и не расположен был разговаривать.

– Что, плохо тебе? Прости, что не заходил. Знаешь - женюсь; замотался, - скороговоркой оправдывался Марк.
– Вот зашел тебя на свадьбу пригласить. Когда выпишут? Может, сумеешь?

Сальников перестал смотреть в потолок и сел на кровати, по-прежнему стараясь не встречаться глазами с другом. Потом не выдержал и осуждающе, мрачно произнес:

– Тяжко мне очень, Марик. Иногда даже кажется, хуже не бывает. Только некоторым, может, еще тяжелее.

– Это кому сейчас хуже, чем тебе?
– насторожился Марк, инстинктивно чувствуя приближающуюся беду.

– Кому же еще, как не Мишке, - еле слышно произнес Сало, пронзительно взглянув ему в глаза.
– Он ведь жив, а ты его Свету уговорил!

Марка словно молнией ударило. Ноги сами собой подкосились, он покачнулся и обессиленно опустился на кровать рядом с Виктором.

– Ты, Сало, говори да не заговаривайся. Такими вещами не шутят! прерывающимся голосом промямлил он, глядя на друга так, будто хотел прочитать, что у него там, внутри.
– Как это - Мишка жив? А ты... откуда знаешь?

– Оттуда! Левка Челкаш недавно вернулся. Три года в плену да столько же по госпиталям провалялся. Живой Мишка! Сбежал вместе с каким-то чудаком на самолете, - поведал Виктор, с сочувствием глядя на бледного как смерть Марка.
– Его с этим другом долго прятали. Не хотели обменивать или еще что-то. Словом, это вполне достоверно. Левку полгода на допросы таскали, точно знает!

– А где он сейчас? Уже вернулся?
– упавшим голосом пролепетал Марк.

– Они на самолете то ли в Индию, то ли куда-то еще южнее перелетели, и там их местные власти интернировали. Пока неизвестно, где он, - пояснил Сало. Поднял лохматую голову и глядя в упор на Марка мутными, в красных прожилках глазами потребовал: - Свете надо все сказать, Марик! Иначе... нехорошо. Ведь Мишка вернется. Ты его знаешь!
– И вновь уронил голову на грудь, в сердечной тоске и печалях.

Находясь в столь незавидном положении, он не думал о себе, - душа его была полна сочувствием и состраданием к незадачливым друзьям детства.

Марк был ошеломлен; состояние его было близко к тому, что испытывает боксер в нокдауне. Соображал он медленно, но одно ясно: стоит заикнуться об этом Светлане - и свадьбе не бывать. О последствиях и думать не хочется... Несколько минут он молчал, постепенно приходя в себя, а когда в голове немного прояснилось, заверил Виктора:

– Ну конечно, скажу. О чем речь? Пусть сама решает - ждать или нет.

Видя, что Сало бросил на него взгляд, полный законных сомнений в его искренности, поспешил их развеять:

– Напрасно не доверяешь! Что хорошего нас ждет, если Михаил вдруг заявится? Я же с ума не сошел!

Не в силах больше ни о чем говорить и желая поскорее остаться наедине с самим собой, Марк встал и попрощался:

– Поправляйся побыстрее, Витек! Звони, если что надо. Дома не будет продиктуй на автоответчик. Ну пока, не поминай лихом!

В полной растерянности, обуреваемый противоречивыми чувствами, добрался он до дома. Нервы его не выдержали, - не стал ужинать и, не раздеваясь, повалился на постель.

– Надо успокоиться, собраться с мыслями и что-то решить!
– твердил он себе.
– В таком состоянии я ни на что не гожусь!

Принял успокоительное и вскоре забылся тревожным сном. Ему снились кошмары, и в них фигурировал Мишка, который либо душил его, либо пытался убить. Марк метался во сне, страдал; несколько раз просыпался от собственного крика, но тут же снова его голову дурманили сновидения. Часу в третьем ночи сон окончательно оставил его, и до утра он уже не сомкнул глаз.

Он с малых лет привязан к Мише, любил его. Тот всегда защищал более слабого Марика, и между ними никогда даже кошка не пробегала, - если не считать, что его предпочла Света.

"Не могу, не имею права сделать ему такую подлянку!
– шептал он, мучаясь совестью.
– Я ведь стольким ему обязан. Но правда ли?.. Жив ли?.. Почему я должен верить какой-то болтовне?"

На минуту представил, что передал услышанное Светлане, и ужаснулся. "Конечно, все рухнет! Свадьбы не будет! У нее возродится пустая надежда... Произойдет непоправимое: будет разбита и ее жизнь, и моя. А скандал?.. Обратно ничего вернуть нельзя..."