Чтение онлайн

– Всем приготовиться... На счет "три" начинаем...

Рено, заглушив двигатель, вышел из машины и осмотрелся - никого не было видно. Прикрыв дверцу, он вытащил из кармана сигареты и закурил.

Лицо Трумена стало необыкновенно серьезным. Держа перед собой радиотелефон, он начал отсчет:

– Раз... Два...

На счет "три" Энди включил полицейскую сирену - в какие-то считанные секунды автомобиль Жака Рено был окружен полицией. Выскочив из "ниссана", Трумен с пистолетом наперевес направился в сторону ничего не понявшего крупье и, прищурившись, точно герой вестернов Серджо Леоне, произнес:

– Жак Рено, ты арестован за убийство Лоры Палмер и попытку убийства Роннеты Пуласки... Руки вверх!.. И смотри, без глупостей...

Рено стал медленно поднимать руки. К нему, расстегивая на ходу наручники, спешил Томми Хогг.

– Руки!..
– крикнул он.

В этот момент Жак с отчаяньем обреченного человека выхватил из расстегнутой кобуры полицейского револьвер - все произошло так быстро и неожиданно, что никто, даже шериф, не успели среагировать. Казалось, еще мгновение - и произойдет непоправимое. Однако спустя какую-то долю секунды раздался выстрел - Гарри обернулся назад: позади него, судорожно сжимая пистолет, стоял Энди. Жак, схватившись за грудь, упал на землю...

Трумен, отлично знавший своего заместителя, ожидал от него чего угодно, но только не этого. Гарри только и смог, что пораженно прошептать:

– Ну, Энди...

Видимо, Энди сам был ошеломлен собственным геройством; по тому, какой крупной дрожью затряслись его руки, шериф догадался через несколько секунд, что это геройство было для Брендона едва ли не большей неожиданностью, чем для всех остальных.

Подойдя к своему заместителю, шериф по-дружески положил ему руку на плечо и произнес:

– Спасибо, приятель... Энди опустил пистолет.

– Это был мой долг...
– выдавил он из себя классическую фразу голливудского положительного героя-полицейского, - это был мой долг...

В то самое время, когда полиция занималась задержанием Жака Рено, в полицейском отделении раздался телефонный звонок. Трубку подняла Люси.

– Алло...

– Это от Лео, - говоривший произнес эту фразу столь зловеще, что девушка невольно вздрогнула.

– А кто говорит?..

В трубке послышался какой-то звук, напомнивший Моран бой курантов.

– Неважно...

Люси спросила голосом, в котором прозвучало нескрываемое беспокойство:

– Кто это? Я не могу разговаривать с человеком, не зная, кто он...
– добавила она.

С той стороны послышалось:

– Это неважно...

– Чего же вы хотите?..

– Лео просил меня передать кое-что для шерифа Гарри Трумена...

Люси, наконец, взяла себя в руки.

– Слушаю...

– Шериф наверняка знает некоего Джозефа Хэрвэя, большого любителя мотоциклов марки "Харлей-Дэвидсон"?
– с какой-то издевкой, как, во всяком случае, показалось Люси Моран, спросил неизвестный абонент.

– Да...

– Так вот: пусть он на всякий случай проверит, что хранит этот мотоциклист в бензобаке... Там можно найти очень любопытные вещи...

– Что вы имеете в виду?..

– Еще раз повторяю - пусть шериф поинтересуется бензобаком мотоцикла этого Хэрвэя...

– Кто это гово...

Короткие гудки в трубке дали понять, что разговор закончен.

Люси в тот вечер была слишком занята своими переживаниями, чтобы придать значение какому-то звонку; ей почему-то показалось, что это - не более, чем глупый розыгрыш.

"Тоже мне, - подумала она, - тоже мне, идиоты, нашли время для шуток... У меня такие серьезные проблемы, а они там развлекаются..."

На всякий случай Люси записала на отрывном календаре: "Звонили от Лео. Насчет бензобака "Харлей-Дэвидсона" Джозефа Хэйвэра".

"Нет, вы только подумайте, - от мысли, что ее осмеливаются беспокоить в критические моменты жизни, Люси едва не зарыдала, - они нашли время для розыгрышей..."

Хэнк вот уже несколько дней работал в закусочной своей жены Нормы Дженнингс - в фартуке из искусственной кожи, в брезентовых рукавицах он ничем не отличался от остальных подсобных рабочих, вечно суетившихся на хозяйственном дворе - катал бочки с пивом, носил из фургона ящики, мыл посуду... Норма старалась не замечать его - во всяком случае, она не делала для Хэнка никаких скидок: к немалому удивлению Нормы, Хэнк воспринял подобное отношение к себе достаточно спокойно и без лишних эмоций.

Однажды, когда закусочная уже закрывалась, Хэнк, подтащив ящики с консервированной ветчиной к стойке бара, несколько замешкался Норма, достаточно неплохо знавшая его, поняла, что тот желает с ней о чем-то поговорить.

– Хэнк?..

Тот обернул голову.

– Слушаю...

Норма улыбнулась, давая тем самым понять ему, что беседа будет носить не служебный, а, скорее, семейный характер.

– Ты хочешь что-то сообщить мне?..

Хэнк, аккуратно поставив ящики, подошел к Норме.

– Да нет... Ничего особенного.

– Так да или нет?..

– Да так, мелочь...

Норма вновь улыбнулась - в ее улыбке угадывалось: "Говори, Хэнк, не бойся... Мы же свои".

– И какая же мелочь?..

– Понимаешь - мне кажется, в подвале завелись какие-то грызуны...

Норма нетерпеливо махнула рукой.

– Послушай, ты мне все-таки муж... Не городи тут всякой ерунды. При чем тут какие-то грызуны?..

– Совершенно ни при чем, - согласно кивнул Хэнк.

– Так для чего же ты говоришь о них?..

Хэнк ухмыльнулся.

– Просто так... Я ведь прекрасно знал, что ты сейчас произнесешь именно эту фразу - "не городи всякой ерунды..."

Норма вновь улыбнулась.

– Так для чего же...

Хэнк тут же перебил ее:

– Для того, чтобы еще раз проверить, насколько хорошо я тебя знаю...

– Ну, и что же?..

– Ну, в общем, достаточно неплохо.

– Короче...

И тут Хэнк, совершенно неожиданно для Нормы спросил:

– Послушай, как ты думаешь, чего мне хотелось в тюрьме больше всего?..

Норма от удивления подняла брови.

– Ну, и чего же?..

Хэнк ухмыльнулся.

– Никогда не догадаешься... Больше всего в тюрьме хочется кого-нибудь трахнуть...

Норма от удивления едва не потеряла дар речи.

– Чего, чего?..

– Да, кого-нибудь трахнуть... Так вот, все это время я хотел только одного - дорваться до женщины, все

равно, до какой - грязной, потной, уродливой... И трахнуть ее.

– И ты...

Хэнк резко прервал ее:

– Не перебивай... Так вот, когда ты лежишь на тощем матраце в своей камере и рассматриваешь разные порно-журналы... Нет, ты даже не понимаешь...