Чтение онлайн

– Мы как-то не думали об этом, - шериф пожал плечами.
– Ну можешь, если хочешь, называть нас ребятами со склада. Так будет точнее.

Наконец, они завернули за стеллаж, из-за которого шел свет. Там, за столом со связанными руками сидел мужчина в рваной рубашке. Его рот был забит кляпом. Рядом стоял немного суровый на вид Джозеф в своей неизменной черной кожаной куртке, подбитой мехом.

Тут же на стуле, закинув ногу за ногу, сидел молодой парень. Он не спускал глаз со связанного. При появлении шерифа Джозеф и парень, сидящий на стуле, приложили указательные пальцы к своим вискам. То же самое сделали и вошедшие.

– Джозеф, - обратился Гарри к племяннику Большого Эда, - агента Купера ты уже знаешь. Представь своего товарища.

– Это Джоэл Добсон, - проговорил Джозеф.

– А вот это кто?
– указал пальцем на связанного Купер и немного недовольно скривился. Ему такие методы не нравились. Ведь связанный сидел не в полицейском участке, а в каком-то частном складе и неизвестно, виноват ли он хоть в чем-то.

– А это...
– усмехнулся шериф, - очень неприятный тип, это Бернард - брат Жака Рено. Ведь так?
– обратился он к связанному.

Парень что-то промычал из-под кляпа и закивал головой.

– За что вы его связали?
– спросил Дэйл.

Гарри нехотя проговорил:

– Было за что. Сегодня утром он пересек границу, при нем нашли кокаин. И вот наши ребята словили его и доставили сюда.

Дэйл обратился к шерифу.

– Ну вот ты и словил того, кто возит наркотики.

– Не думаю, что он главный поставщик.

– Что ж, если мы прибыли сюда на допрос, то я думаю, стоит вынуть кляп изо рта.

Джозеф вытащил изо рта Бернарда Рено скомканную тряпку.

– Так вот, - сказал Дэйл, обращаясь к Бернарду, - ты когда-нибудь продавал наркотики Лоре Палмер?

– Нет, нет!
– поспешно проговорил парень, - я вообще не торгую наркотиками.

– А я слышал о другом, - сказал Дэйл.
– Твой брат, Жак Рено платит тебе, чтобы ты был "ослом". Если ты и в самом деле торгуешь наркотиками, то должен знать, что это слово обозначает.

– Я не торгую наркотиками, - снова повторил Бернард, - но знаю, что "осел" это тот, кто возит наркотики, курьер.

Но тут отозвался шериф:

– Так что, ту унцию кокаина, которую мы отобрали у тебя сегодня утром, ты вез для собственных нужд?

– Конечно, я вез ее только для себя, - ответил тот.

– Зачем ты врешь?
– сказал Гарри Трумен, - и еще ответь мне, твой брат Жак уже несколько дней не выходит на работу, где он?

– Не знаю.

– С кем он еще имеет дело?

– Не знаю, спросите его сами. Сегодня он будет на работе.

– Когда?
– спросил шериф.

– Возможно, он уже сейчас приступил к работе.

– Так что, он сегодня вечером будет работать?
– уточнил Гарри Трумен.

– Конечно. Он же работает и барменом, и крупье. Вы же знаете.

Дэйл показал знаком шерифу, что хочет задать несколько вопросов Бернарду. Гарри Трумен отошел в сторону и уступил место специальному агенту ФБР.

– Послушай, Бернард, ты сидишь здесь связанный на стуле и не знаешь, что ждет тебя дальше, а не хочешь сказать нам, где твой брат. Зачем ты его покрываешь, почему ты не говоришь нам, где его найти? Ты же прекрасно понимаешь, что он где-то прячется.

– Но он же мне брат, - ответил Бернард.

– Похвальное чувство, - улыбнулся Дэйл.

Но ни полицейские, ни, естественно, Дэйл Купер не знали, что Жак Рено находится в городе. Он шел по ночной улице, даже не по тротуару, а прямо по осевой линии, засунув руки в карманы брюк. На нем была уже промокшая от дождя теплая кожаная куртка. Жак негромко насвистывал, надувая свои толстые щеки. Он спешил к дому своего брата Бернарда.

Жак каким-то шестым чувством ощущал, что сегодня не все будет благополучно, поэтому он решил войти в дом с черного хода. Но, еще не войдя во двор, из-за забора он увидел включенный над дверями черного входа красный фонарь.

Жак вздрогнул. Он тут же попятился, спрятался в тень и под прикрытием темноты заспешил в соседнюю улицу, он прямо-таки побежал. Осмотрелся, отыскивая взглядом таксофон. Наконец, в конце улицы блеснула полированным алюминием кабинка телефона-автомата. Жак порылся в кармане, вытащил целую пригоршню мелочи и принялся заталкивать в автомат монеты.

Лихорадочно набрал номер, абонент долго не отвечал, но Жак упрямо ждал, он знал, что тот, кому он звонит, обязательно должен быть сейчас дома. Ведь у них была задумана крупная операция, и на карту были поставлены большие деньги.

Наконец, на том конце провода послышался недовольный голос Лео Джонсона.

– Лео слушает.

– Послушай, Лео, я только что был возле дома брата Бернарда.

– Что такое?
– встревожился Лео Джонсон.

– У него горит красный фонарь. Значит у Бернарда неприятности.

– Неприятности?

– Да, ты должен немедленно увезти меня отсюда.

– Подожди, не горячись, Жак, - Лео прижал трубку плечом к уху и, стоя в кухне, продолжал править лезвие выкидного ножа о кожаную подошву ботинка.

– Как не горячиться, Лео? Ты понимаешь, у Бернарда неприятности, горел красный свет. Я не могу больше оставаться здесь. Ты должен увезти меня.

Лео специально, чтобы позлить Жака, тянул время.

– Ты где сейчас, Жак?

– Я?
– Жак огляделся, - я в телефоне-автомате возле обувного магазина. Скорее приезжай, увези меня отсюда.

– Заткнись, - ответил Лео, - сейчас я за тобой приеду. Не паникуй.

Он повесил трубку.

Встревоженная громким голосом мужа, разговаривавшего по телефону, в кухню вошла Шейла. Она немного удивленно посмотрел на него, не так уж часто ему кто-то звонил. У Лео, казалось, вообще не было друзей в этом городе.

– Ты куда?
– спросила она, увидев, как Лео берет свою дорожную сумку и снимает с вешалки теплую куртку.

– Тебе знать необязательно, - бросил через плечо Лео и вышел из дома.

Когда Шейла услышала звук отъезжающей машины мужа, она поставила на стол свою маленькую сумочку и вытащила из нее большой блестящий никелированный пистолет.

Шейла долго вертела в руках оружие, никак не могла придумать, куда бы его спрятать, чтобы его не мог найти муж. Наконец, она сообразила, лучшее место для этого - шуфлядка для грязного белья. Туда Лео заглядывает только для того, чтобы бросить в него какую-нибудь свою перепачканную смазкой майку.