Чтение онлайн

От прикосновений пальцев мужа Надин вздрогнула и затрепетала, она придвинулась к нему, заглядывая одним голубоватым глазом в лицо Эду. А он поправил ее черную повязку, которая немного сползла в сторону.

– Спасибо, Эд. Вчерашняя ночь была просто великолепна, - шептала Надин, - Эд, ты вернулся ко мне. Спасибо тебе, спасибо. И у нас ведь сейчас есть бесшумные шторы, которые не визжат и не делают вжик-вжик-вжик. Ты помнишь, как раздражал нас этот звук? Помнишь?

– Конечно, помню, Надин. Я очень рад, что ты смогла усовершенствовать конструкцию карнизов.

– Но не забывай, сколько мне пришлось над этим думать. Я не спала до четырех часов, все прикидывая, как бы мне выйти из безвыходного положения и, наконец, под утро... Представляешь, Эд, это тогда, когда тебя задержали в больнице, когда тебе ударили по голове, я придумала, меня буквально осенило. И утром, едва только открылся универмаг, я помчалась туда и накупила два огромных пакета ватных тампонов.

– Так что, карниз не скрипит благодаря тампонам?

– Конечно, а почему же еще? Ведь я не могла ничего придумать лучше. И эти тампоны нас с тобой буквально спасли.

Эд чуть сдерживался, он не знал, как остановить словесный поток Надин. Он упорно соображал, пытаясь придумать такой вопрос, на который Надин не сможет ответить сразу и замолчит надолго и будет сосредоточенно думать.

И будет размышлять над какой-нибудь новой неразрешимой проблемой. Пусть лучше Надин думает, как сделать, чтобы не скрипели пружины в матрасе или, чтобы не скрипели доски пола. Она обязательно до чего-нибудь додумается, что-нибудь сделает, и не будет надоедать ему своими приставаниями и объяснениями в любви. Но он так ничего и не придумал. Воспользовавшись моментом, Надин вновь обвила его шею руками и потерлась носом о его губы.

– Как хорошо, Эд, что мы снова вместе. Я так счастлива.

– Я тоже, - промямлил Эд.

– Я так счастлива.
– повторяла Надин, заглядывая в лицо мужа своим единственным глазом.

– Эд, вспомни, как все началось...

Эд немного недоуменно глянул на Надин. Он никак не мог понять, к чему она клонит. На всякий случай он пожал плечами.

– Эд, помнишь, как все начиналось? Еще в школе? Я смотрела на тебя и на Норму во время этих... футбольных матчей?

Эд и в самом деле припомнил, что в школе он неплохо играл в футбол и был хав-беком.

– Норма тогда была очень красивая, совсем не то, что теперь. Вы с ней были такой прекрасной парой. Просто глаз не оторвать, я понимала это. Да это понимали все.

– Не вспоминай, не надо.

– Я не могу этого забыть.

– Ладно, Надин, не мучай себя. Успокойся.

– Нет, Эд, я знала тогда... я понимала, что я никто для тебя. Что ты меня просто не замечаешь.

– Прошу тебя, Надин...

– А я тогда уже поставила себе цель быть только твоей, Эд.

– Не надо.

– Но я не могла заставить тебя посмотреть на меня, привлечь твое внимание.

– Мне тяжело слышать это.

– Я не думала, что и я красивая, что я достойна тебя, мой Эд.

Она положила руки на плечи мужу и припала к его груди. Она шептала прямо в его галстук:

– Эд.

Мужчина чувствовал ее горячее дыхание.

– Мой Эд.

Большому Эду стало жаль Надин за то, что она так унижается перед ним.

– Я была тогда, - продолжала Надин, уже всхлипывая - маленькой серенькой мышкой. Даже не серенькой, коричневой, - уточнила она. Такой маленькой, которую никто не мог заметить.

– Успокойся, замолчи.
– Эд говорил и думал:

"А существуют ли в природе коричневые мыши?"

– И даже, будучи такой маленькой коричневой мышкой, всхлипывала Надин, - я знала, я была уверена, что ты, когда узнаешь меня лучше - станешь моим. Не сможешь пройти мимо.

Эд гладил жену по плечам.

– Я в этом была уверена.

– Успокойся.

Эд грустно кивал, продолжая гладить Надин по плечам, по голове.

– Мне так спокойно с тобой.

Его пальцы путались в ее редких волосах, повязка на глазу Надин совсем уже сбилась на бок.

– Мне сейчас хорошо, как никогда. И я знала, Эд, что только лишь однажды ты заметишь меня, и мы будем вместе, всегда.

– Хорошо, хорошо.

Она сильнее сжала его плечи. Эд поморщился.

– Никому не отдам тебя. Ведь я столько сил положила, чтобы ты стал моим.

– Понимаю.

Во дворе послышался звук мотоцикла.

– Ведь это не твой мотоцикл?
– прислушалась Надин к звуку мотора.

– Конечно, не мой.

Мужчина тоже прислушался.

– Это мотоцикл Джозефа.

Рокот двигателя стих, щелкнула подножка. Послышались уверенные шаги. и в гостиную вошел Джозеф.

Он с удивлением посмотрел, как его дядя Эд Малкастер обнимает Надин. Такого он не помнил уже давно. Но за лучшее Джозеф посчитал сделать вид, что ничего не заметил. Надин с удивлением посмотрела на племянника. На том была все та же неизменная кожаная куртка, подбитая мехом, старые потертые джинсы, клетчатая рубаха, высокие черные сапоги.

– Послушай, Джозеф, почему ты так поздно приехал?
– спросил Эд.

Джозеф молчал.

– Джозеф, я спрашиваю тебя, почему ты так поздно приехал?

Парень пожал плечами.

– Ведь мы не должны опаздывать на похороны Лоры Палмер, ведь так?

Джозеф не отвечал.

– Ведь ты даже не одет, как положено в таких случаях, Джозеф.

– Я туда не поеду, - тихо, но упрямо проговорил, наконец, Джозеф.

– Джозеф, подумай, ведь хоронят не кого-нибудь, а твою подругу.

– Я не могу.

– Джозеф!
– крикнул Эд.

Но парень уже хлопнул дверью, завел свой мотоцикл и полетел прочь от дома своего дядюшки.

Глава 17

Любопытная Одри подглядывает за сборами своего брата Джонни на похороны. И кстати, кое-что узнает.
– Погода соответствует настроению собравшихся у могилы.
– Справедливые слова священника. Спокойствие похорон первым нарушает Роберт Таундеш. Молитва Джонни Хорна, но полиция, как всегда, на высоте.
– Мистер Палмер хочет быть погребенным заживо, миссис Палмер с этим не согласна.
– Впервые на горизонте появляется старик Хилтон.
– Интерпретация событий на кладбище, сделанная Шейлой Джонсон для двух лесорубов за стойкой бара.
– Тайное общество и незаконные действия его членов.