Чтение онлайн

Сначала как бы совершенно случайно его рука опустилась с ее талии на ягодицы и слегка сжала их. В ответ на возмущенный взгляд на лице Блейка появилось выражение веселого недоумения. Другая его рука последовала примеру первой. Он оглаживал ее ягодицы и одновременно прижимал к себе, давая почувствовать напряженное свидетельство его страстного интереса. Минерва подавила вспыхнувшее на мгновение желание игриво потереться о его плоть. Сейчас для этого было не то время и не то место!

Блейк, очевидно, считал иначе, и спустя миг она ощутила легкое дуновение воздуха по своим внезапно оголившимся икрам. Она опустила руку, чтобы удержать ползущие вверх юбки, но попытка оказалась тщетной. Большего Минерва позволить себе не могла, так как боялась, что их услышат. Его сухая теплая ладонь скользнула по бедру, до середины обтянутому чулком, и миновала подвязку, щекоча голую ногу. Попытка уклониться от этой принудительной ласки привела лишь к тому, что ноющее ощущение в самом низу живота лишь усилилось, а его до предела напрягшаяся плоть требовательно прижалась к ее телу.

Ее захлестнула нелепая смесь злости и возбуждения, но Минерва абсолютно ничего не могла поделать. Лорд Блейкни получит достойную отповедь, как только она сможет без опаски заговорить в полный голос. А пока она довольствовалась тем, что, припав губами к его горлу, довольно чувствительно прикусила гладко выбритую кожу. Нельзя было не признать, что Блейк проявил завидное самообладание: ощутив болезненный укус, он лишь коротко вздрогнул. Несколько секунд они стояли неподвижно, и Минерва решила, что супруг усвоил урок.

Но тут его рука поднялась выше и, неожиданно оказавшись в ее панталонах, принялась ласкать внутреннюю сторону бедер.

Когда Блейк обдумывал соблазнение своей жены — а подобные мысли занимали его значительную часть дня, — он представлял, как все это будет происходить на его огромной постели. Но ласкать жену, стоя в тесном закутке комнаты, в которой другая пара предавалась любовным утехам, никоим образом не входило в его планы. Все эти игры в рабское подчинение никогда его не привлекали, а уж его молодую жену подобная сцена похоже повергла в настоящий шок.

Однако Минерва еще раз доказала, что сделана из очень крепкого материала. Изумлена, да, но и только, ей-богу! Он, конечно же, заметил, что ее возбудили странные фантазии хозяина и его гостьи, не подозревавших о присутствии посторонних. Но то, что поначалу казалось не более чем фривольной шуткой, сейчас грозило выйти из-под контроля. Неужели она решила, что легкий укус в шею остановит его наступление? Чтобы не расхохотаться, Блейку пришлось стиснуть зубы.

Когда его рука начала путешествие по атласной коже внутренней поверхности бедер, Минерва дернулась, пытаясь высвободиться, но Блейк свободной рукой обхватил ее за талию и без видимых усилий удерживал на месте. Она, конечно же, вовсе не хотела, чтобы их обнаружили, поэтому сейчас полностью была в его власти, и Блейк вдруг с удивлением понял, что, хоть и против собственного желания, Минни наслаждается этим. Нежные завитки щекотали его ладонь, продолжавшую исследовать ее лоно, и когда его средний палец уверенно вошел внутрь, она дернулась всем телом, но лишь помогла его пальцу проникнуть глубже. Проникнуть в ее влажный жар. О Боже!

Дыхание Блейка стало затрудненным, а Минерва, старательно впитывая новые ощущения, прикрыла глаза. Она подалась навстречу его движению, поощряя Блейка на новые ласки. И он оправдал ее ожидания, прикоснувшись к самой чувствительной точке. Минерва, не в силах сдержаться, застонала, обнаруживая свое присутствие, но ничего ужасного не произошло. Там, на кабинетном столе, принцесса Вальштейнская почти достигла самого пика наслаждения, и ее страстные крики заглушали все остальные звуки.

Но Блейк не обращал на любовников никакого внимания, поскольку все оно было поглощено девушкой, которая, расцветая в его объятиях, быстро превращалась в женщину. Господи, как ему хотелось, чтобы эта парочка поскорее убралась отсюда, тогда он смог бы вывести Минерву из этого чертова дома и вместе с ней отправиться прямо в постель. Пересилив себя, Блейк с сожалением убрал руку, и юбки Минервы с тихим шорохом опустились вниз. Он скорее почувствовал, чем услышал ее протест и погасил его, припав к ее губам. Он уже знал, что ей нравится целоваться, и видел, что в этом виде искусства она делает значительные успехи. Не удовлетворяясь простым поцелуем, Минерва тотчас приоткрыла губы и жадно вобрала в рот его язык.

В этом поцелуе открылось ее отношение к жизни — эта девушка ничего не делала наполовину. Однако ему требовались немалые усилия, чтобы при всем при этом сохранять самообладание. Блейк крепко обнял Минерву, словно пытаясь слиться с ней в одно целое.

Принцесса прекратила тявкать, и теперь в комнате слышалось лишь учащенное дыхание. Блейк с Минервой осторожно отстранились друг от друга. Он отвел глаза от ее губ, которые только что целовал, и встретился с Минни взглядом. В ее глазах, таких огромных и поначалу несколько затуманенных, уже через секунду, когда парочка по ту сторону ширмы обменялась короткими фразами, мелькнула озабоченная настороженность. Не зная немецкого, Блейк догадался о значении прозвучавших англо-саксонских слов, которых наверняка не было в словаре его высокообразованной супруги.

«Займитесь этим где-нибудь в другом месте», — взмолился он.

Его мольба была услышана, и две пары ног прошествовали из комнаты. Полминуты спустя Минерва и Блейк, взглянув друг на друга, одновременно улыбнулись, еще через мгновение Минерва коротко кивнула.

Блейк показал себе на голову, напоминая Минерве о необходимости забрать шляпку, которая слегка утратила свою привлекательность, и, попятившись, выбрался из-за ширмы. Держась за руки, они на цыпочках пересекли комнату, скользнули мимо полуоткрытой двери в спальню, из которой уже опять доносились возгласы страсти, и шагнули в коридор, бесшумно прикрыв за собой тяжелую дверь. Как только Блейк и Минерва завернули за угол и вышли на галерею, они одновременно остановились, дав волю нервному веселью.

— О Боже, Блейк, — Минерва дрожа, поправляла шляпку перед одним из зеркал, пытаясь привести в порядок помятые перья, — я думала, что умру там.

Блейк едва сдерживался, чтобы не расхохотаться во весь голос.

— Ты сумасшедшая, Минни. Совершенно сумасшедшая. За тобой нужен глаз да глаз.

— Чепуха. Мой план был хорош, и он бы сработал.

— Он бы сработал, если бы эта парочка действительно обсуждала реставрацию империи — ты это имеешь в виду?

— Тише! Может быть, сейчас они говорят именно об этом.

Он встретился с ней взглядом в зеркале и поднял брови.

— Впрочем, наверное, нет. Какая странная пара. То, чем они занимались, нельзя назвать нормальными отношениями.

— Это и не в моем вкусе тоже.

Минерва оставила в покое шляпку и, обернувшись, посмотрела ему в лицо:

— Нет?

— Все эти собачьи игры просто нелепы.

Минерва хихикнула:

— Я не верила своим глазам.

— Однако я вполне могу представить, что захочу отшлепать тебя.

— Как ты смеешь!

— Мне уже сейчас хочется уложить тебя к себе на колени и хорошенько отшлепать.

Она не знала, верить ли ему, и не могла понять, возмущаться ей или смеяться. Это смятение чувств отразилось на ее лице, и Блейк, усмехнувшись, продолжил:

— Но лишь для того, чтобы отбить у тебя охоту к подобным глупостям.

Сильная мужская рука легла на ее плечо, помешав преданно завилять хвостом.

— Позволь напомнить тебе о моих вкусах, Минни, — мягко произнес Блейк и обхватил ее губы легким, но долгим поцелуем. Их дыхание смешалось, а его естество, несколько успокоившееся во время чудесного спасения, вновь напомнило о себе.

— Давай выбираться отсюда, — прошептал он.

Десять минут спустя он уже оценивал удобства французского кабриолета. Легкий двухместный экипаж с откинутым верхом не скрывал седоков от взоров прохожих, и Блейк не мог целовать жену по дороге домой. Однако даже в таком экипаже оставалась возможность для эротических шалостей, поскольку до самого пояса пассажиров укрывала кожаная полость. Блейк по-хозяйски положил руку ей на колено, через шелк платья оглаживая приятную округлость.

— Почему ты отправился меня искать?