Чтение онлайн

– Мой дорогой Гресси, - сказал Понтойс.
– Вы, наверное, располагаете более надежными фактами, чем лорд Раше и Хаверн.

– Да, располагаю, - заявил Гресси, и уважение, которым он пользовался, все же заставило многих прислушаться.
– Динебри старается объяснить вам, что Висмин может вторгнуться в Балию в любой минуту. Я уверен, что уже сейчас их войска сосредоточены в центральной части страны. Они организованы и сильны, так что завтра на рассвете я выступаю на помощь Блэксону.

– Неужели?
– На губах Понтойса застыла улыбка.
– Дорогая затея.

– Деньги - ничто, - сказал Гресси.
– Главное - выжить.

За столом послышались смешки.

– Ваши опасения не соответствуют фактам, - заявил лорд Раше.
– Должно быть, ваши мозги протухли с годами.

– На протяжении поколений мы - я включаю сюда и свой род - проживали богатства Балии, ее людские и природные ресурсы. Мы упивались ее красотой и наслаждались безопасностью. Все наши разногласия разлетались, как солома, под яростным ветром войны, когда запад раздирали на части полчища Висмина. Но сейчас все иначе. Противник объединился, и он гораздо сильнее нас. Его армии лучше подготовлены и по численности превосходят наши войска, - сказал Гресси.
– Неужели вы не видите этого? Разве вы не слышите, о чем вам твердит Динебри?
– Он повернулся к Понтойсу.
– Я буду рыдать от радости, барон, стоя на стрелковой галерее своей крепости и наблюдая, как ваши люди вновь пытаются овладеть замком Танцующих скал. Но если мы не покончим с угрозой, которая нависла над нами сейчас, то над моим замком будет развиваться знамя Висмина.

– Я предпочту дожидаться этих висминцев, попивая вино из твоих подвалов, - сказал Понтойс.
– В это время года погода в Балии очень непостоянна.

Его слова были встречены с одобрением. В зале снова послышался смех.

– Смейтесь, смейтесь, - с горечью произнес Гресси, - пока можете. Мне жаль вас, но мне жаль и Балию. Я люблю эту страну. Мне хочется и впредь по утрам смотреть из окон своего замка и видеть, как блестят в лучах утреннего света далекие Терновые горы, как с пастбищ поднимается туман, и наслаждаться свежестью воздуха.

– Я буду счастлив зарезервировать место для вашего кресла-качалки на своих галереях, - сказал в ответ Понтойс.

– Я, честно говоря, надеюсь, что вы умрете гораздо раньше, чем мне потребуется кресло-качалка, - презрительно проронил Гресси.
– Я буду проклинать каждый день своей жизни, когда защищал ваши поганые шкуры. Вместо этого мне и другим жителям этой страны нужно было спасать свою родину.
– Он повернулся и зашагал к двери, а вдогонку ему несся хохот. На пороге Гресси задержался.
– Подумайте, почему здесь нет Блэксона, почему все четыре университета в эту минуту совещаются на озере Триверн. Подумайте и о том, почему Вороны сегодня работают на Зитеск, хотя они поклялись никогда не делать этого. Они все хотят спасти нашу страну от Висмина, а наших женщин - от поругания. И любой из вас, кто откажется присоединиться к Блэксону, Андерстоуну или университетам, простится с жизнью гораздо раньше, чем боги Балии сойдут на землю и настанет час расплаты. А он обязательно настанет.

С этими словами Гресси вышел из банкетного зала ТСК, оставив после себя тяжелую тишину.

В сумерках Денсер увел отряд в лес и остановился, только когда с дороги их уже невозможно было заметить. Все спешились, и Ричмонд развел небольшой костер.

Денсер огляделся, потом что-то прошептал на ухо своей лошади, показывая пальцем куда-то в чащу. Кобыла коричневой масти неторопливо направилась в ту сторону, куда показал маг, и увела за собой остальных лошадей.

– Отличный фокус, - заметил Ричмонд. Денсер только пожал плечами:

– Ничего особенного.
– Он сел, прислонившись спиной к дереву, и зажег свою трубку. Кот высунул голову у него из-за пазухи, спрыгнул на землю и исчез в траве.

– Ну и какой у нас план, Денсер?
– спросил Талан, протирая глаза от дорожной пыли.

– Очень простой. Амулет должен указать нам дверь в мастерскую Септерна. По нашим предположениям, она находится в пространстве между измерениями. Илкар прочитает надпись на амулете, произнесет заклинание и откроет дверь.

– Действительно просто, Денсер, - пробормотал Илкар.
– Я всю жизнь только и делал, что произносил заклинания измерений.

– А то нет?
– хмыкнул Хирад.
– Я сам слышал, как ты разглагольствовал об измерениях и порталах между ними, но до сих пор понятия не имею, о чем ты говорил. Может, все-таки попробуешь объяснить так, чтобы я понял?

Илкар и Денсер переглянулись. Зитескианец кивнул эльфу.

– На самом деле общая концепция довольна проста, - начал Илкар, - но чтобы привыкнуть к ней, требуется некоторое умственное усилие. Фактически, одновременно с нашим существует множество других миров - или измерений, как называют их маги. Мы - под словом "мы" я подразумеваю в первую очередь магов - пока хорошо знаем два, хотя их, несомненно, гораздо больше.

– Ясно, - буркнул Хирад, поджав губы.

– Что не так?
– спросил Илкар, и его уши встали торчком.

– Я знаю, что ты видел дракона, и помню твои слова о том, что он находится в каком-то другом измерении. Но сейчас ты утверждаешь, что все вокруг захламлено другими мирами, - сказал Талан.
– Вот мы видим небо, землю и море. А потом хочешь, чтобы мы поверили, что в этом месте и в эту минуту существуют другие миры, но мы их увидеть не можем. Да еще радостно заявляешь, что сам знаешь о двух таких мирах.

– Прости, Илкар, - добавил Ричмонд, - но для нас все это является большим сюрпризом.

– Да, - снова вмешался Талан, - и я хочу знать, как кому-то в голову могла прийти сама мысль об этом?

– Денсер?
– предположил Илкар. Из травы появился кот, прыгнул Денсеру на колени и устроился там, неотрывно глядя в глаза своему хозяину.

– Мы пришли к выводу, что Септерн знал об этом всегда, хотя, вероятно, как он обо всем догадался, так и останется тайной. Он первым из магов допустил существование других измерений, кроме того, о котором нам известно достаточно давно благодаря исследованиям маны. Сейчас утверждение Септерна уже не вызывает сомнений и он считается гением, но в то время его подвергли обструкции. Из-за этого ему пришлось покинуть Додовер и построить собственный дом.

– Я не мудрец, - серьезно проговорил Хирад.

– Самое правдоподобное предположение таково: что-то заставило Септерна обратить внимание на особенности потоков маны, которые свидетельствовали об активной деятельности за пределами нашего измерения. Он был способен чувствовать и видеть то, чего никогда не мог почувствовать и увидеть ни один маг на земле. Он был уникальным человеком, - сказал Денсер. Простите, что говорю слишком общо, но многие из ранних работ Септерна утеряны. Он знал обязательную магию, хотя впоследствии развил и собственное учение, на основе которого строятся заклинания для создания порталов между измерениями. А может быть, это всего лишь наши догадки.

– Хорошо, - произнес Безымянный.
– Допустим, мир драконов существует отдельно от нашего. Они проникают к нам, чтобы спастись. При этом их совершенно не волнует, нравятся они нам или нет и будем ли мы о них заботиться. Но возникают два вопроса. Что мешает драконам любой из враждующих сторон установить здесь свое господство и что происходит в других измерениях?
– Он поднялся и подбросил в огонь хвороста.

– Денсер, это снова к тебе.
– Тон Илкара нельзя было назвать дружелюбным.