Растворяюсь в тебе
Шрифт:
Монстр похоти внутри меня бьется о грудь и испускает первобытный крик.
Эмилиано говорит: — Ты здесь по делу или поесть?
— Бизнес. Мне нужно посмотреть записи с камер наблюдения.
— Конечно. С какого момента?
— Прямо сейчас. Прямая трансляция из ресторана.
Он не задает вопросов. Просто занимает свое место, поворачивается к компьютеру, минуту щелкает мышкой и открывает трансляцию. Экран разделен на шесть секций, каждая из которых показывает одну из зон ресторана внутри и снаружи. Он еще немного пощелкал мышкой, и вот я уже смотрю на обеденный зал.
Я сканирую экран, затем касаюсь его, указывая на столик у входа.
— Вот.
Эмилиано увеличивает изображение. На экране появляется изображение Шэй и ее светловолосой подруги, с которой она была в тот вечер, когда мы познакомились. Они склонились друг к другу над корзинкой чипсов тортилья, увлеченные разговором.
— Сделай звук погромче. Я ничего не слышу.
— Пф. За кого ты меня принимаешь, за Джейсона Борна? У меня нет звука.
— Сколько раз я тебе говорил, что нужно поставить систему получше?
— У меня четыре питбуля. Они достаточно хороши.
— Твои собаки такие же злые, как хомяки.
— Да, но никто этого не знает. Они выглядят очень крутыми. Итак, эти девушки, на которых мы смотрим. Кто из них твоя?
— Все не так.
Он поворачивается ко мне со вздернутой бровью.
— Ты сказал, что это бизнес.
— Да. Но я не буду ее перевозить.
Он хмурится.
— Она не переезжает?
— Нет.
— Ну и что дальше? Мы теперь просто извращенцы? Подглядываем за девчонкой, на которую ты запал?
Когда я бросаю на него тяжелый взгляд, Эмилиано усмехается.
— Да ладно. Ты же знаешь, что это на меня не действует.
— Именно поэтому я продолжаю пытаться.
— Так что там с блондинкой?
— Это не блондинка. Это брюнетка.
Эмилиано снова поворачивается к экрану. Приближает изображение, щурится и поджимает губы.
— Одно негативное слово, и я вызову окружного санитарного инспектора, чтобы он закрыл твое заведение.
Он отмахивается от меня рукой, словно отгоняя муху.
— Я не собирался говорить ничего плохого о твоей девушке.
— Она не моя девушка. Она работает на меня.
Эмилиано смотрит на меня с сомнением.
— Я серьезно. Она моя новая помощница. Только начала работать на этой неделе.
— И теперь ты преследуешь ее?
— Да.
— Ты когда-нибудь слышал о законах о преследовании?
— Ты когда-нибудь слышал о том, чтобы не лезть не в свое дело?
— Да. Это переоценено. Так вот что для тебя свидание? Так ты подкатываешь к женщинам? Собираешься подглядывать в окно ее спальни?
— Не говори глупостей.
— Эй, не я тот парень, который шпионит за своей секретарШэй. Это глупо.
— Она не мой секретарь. Она мой помощник.
— Ты так говоришь, будто это что-то меняет.
Я бы вздохнул, но, пообещав себе никогда больше так не делать, вместо этого закатил глаза к потолку.
— О, привет. Посмотри, как этот гуэро9 подкатывает к твоей подруге. Похоже, у тебя появился конкурент.
Веселый голос Эмилиано возвращает мое внимание к экрану компьютера.
Мужчина стоит у стола Шэй, спиной к камере. Он среднего роста, среднего телосложения и блондин — отсюда и прозвище, которым его назвал Эмилиано. На нем белая рубашка с закатанными рукавами и черные брюки.
В нем есть что-то смутно знакомое. Я смотрю на его изображение, пока он не поворачивает голову в одну сторону, и я хорошо вижу его профиль.
Это Дилан. Тот самый, который рассмешил Шэй в тот день, когда она начала работать на меня. Тот, чей кабинет находится рядом с ее.
Это какое-то свидание?
Дилан придвигает стул к столу с Шэй и ее подругой. Садится и накладывает себе в корзинку чипсы тортилья. Затем он говорит что-то, от чего обе женщины смеются, и мне приходится физически сдерживать себя, чтобы не сорвать монитор со стола Эмилиано и не швырнуть его через дверь на кухню.
Глядя на мое выражение лица, Эмилиано присвистывает.
— Ну вот, опять, блядь, это страшное лицо, ese. — Он делает крестное знамение над грудью. — Проклятье. Я помолюсь за гуэро. Судя по твоему виду, сегодня он встретит своего создателя.
Я не отвечаю, а просто смотрю на экран, чувствуя, как кровь течет по всем венам моего тела, горячая и злая.
Я сижу с Челси всего пять минут, когда замечаю Дилана у барной стойки. Мы ненадолго встречаемся взглядами, прежде чем я отворачиваюсь, молясь, чтобы он не подошел к нашему столику.
Поскольку Богу я не нравлюсь, Дилан подходит к нашему столу.
— Так, так, смотрите, кто пришел! Привет, Шэй.
— Здравствуй, Дилан.
— Кто твоя красивая подруга?
Челси окидывает его взглядом, в течение одной наносекунды определяет, что у него не те часы, туфли или стрижка, которые соответствуют ее финансовым требованиям, и дарит ему одну из своих улыбок, которые появляются раз в миллион лет.
— Я Челси. Привет.
Не понимая, что его уже оценили и определили недостаток, Дилан улыбается ей.
— Приятно познакомиться, Челси. Мы с Шэй работаем вместе.
Она говорит: — Как захватывающе.
На этой неделе я старалась избегать его, но было несколько запоминающихся столкновений. Во вторник он застал меня в комнате отдыха за кофе и спросил, замужем ли я. Когда я ответила, что нет, он сказал, что, возможно, скоро это исправит, и при этом уставился на мою грудь.
В среду он бежал к лифту, в котором я ехала, пока двери закрывались. Мы вместе спустились на парковку, пока он рассказывал анекдоты о членах, а я подумывала о том, чтобы сообщить о нем Рут в отдел кадров.
А сегодня утром он случайно прислонился к раме открытой двери моего кабинета и спросил, не слышала ли я о новом потрясающем клубе в центре города. Когда я ответила, что нет, он принялся описывать его в мельчайших подробностях. Уже через несколько секунд стало ясно, что он говорит о стриптиз-клубе.