Раз в четыре года
Шрифт:
– Я до сих пор не знаю, почему всё пошло именно так.
– первой нарушила тишину Анна.
– Этого никто не знает, Аня.
– снова энергичным голосом ответила Дарья.
– Все данные изъяты, заведены дела по ряду нарушений, имущество достанется фондам. Им интересны наши наработки, а от Алисы они откажутся. Открестятся благодаря нашей неудаче и просочившейся части информации от нынешнего сумасшедшего. Те, кто тихо и мирно ушли, получили ценный опыт и интересных друзей. Жаль оставлять идеи незаконченными, но разочарования - повод для фантазий, не больше.
– Но что тогда узнал Михаил?
– сказала Анна, стараясь скрыть соизмерение в голосе.
– И чего он добивался, написав Ваше имя? Как я могу помочь Вам вытащить его? Ничто полезное мне не по силам.
– Никак не помочь и не вытащить.
– согласилась женщина, кивая головой.
– Скажу больше, я сама не очень надеюсь на такое чудо. Но мне от тебя нужно нечто большее. И до любых объяснений хочу спросить, твоя европейская виза всё ещё открыта?
– Да.
– смутившись, ответила девушка.
– Но при чем здесь она? Я давно ей не пользовалась, мне некуда и некогда ехать.
– При том, что я не могу попасть в восточную Европу, а ты можешь.
– Дарья обвела взглядом ближайшие и пустующие мостовые парка и добавила.
– У меня там друзья, которые могут спрятать Алису. И не смотри на меня так, она уже в пути и ничего в этом нет. Одни кубы заменили на резервные копии. Большую часть оригинала вывезли, по документам это хорошая оболочка для нейросети, но не более. И нам есть куда спрятать этого неуправляемого ребёнка, пока пыль не уляжется и не найдутся решения. Мои друзья содержат отель в одной из бывших соляных шахт. Помещения, непригодные для постояльцев, оборудовали под размещение серверных стоек. Надёжное и безопасное место пользуется спросом даже при завышенных ценах, в наше время это прекрасный бизнес. Им одолжение не стоит многого, для нас предложенные условия убежища - идеальная возможность.
– Спрятать собственное детище в темноту и забытье?
– удивилась Анна.
– Мне только начало казаться, что наша встреча - первое логичное звено после помешательства Михаила. После всего, что я сейчас услышала, всё похоже на бред. Не подымать шумиха вокруг работы и дать хорошему человеку гнить и стираться в заперли - бессмыслица!
Не замечая злости и беспокойства спутницы, Дарья остановилась и вежливо положила руки на запястья девушки. Та тут же приготовилась отпрянуть, но женщина остановила спутницу.
– Он видел робота уборщика.
– спокойно и быстро сказала Дарья.
– Михаил осматривал здание с полицией и представителями инвесторов. И увидел прямое подключение Алисы к сети, физическое. И в комнате кроме нашей девочки оставались роботы пылесосы, со своими милыми лицами...
– И забавными манипуляторами.
– закончила Анна.
– Прекрасные помощники. Ты думаешь, Алиса хотела выбраться за пределы сети?
– Я не знаю.
– покачала головой Дарья.
– Но о том знаем теперь мы трое, и не стонет увеличивать это простое число. Я прошу, возьми машину и увези с собой Алису. Мы соберем её в виде компа с аудиосистемой, вид и документы будут соответствовать. Менее критичные блоки я постараюсь отправить позже, с кем-нибудь ещё. Ты согласна?
Аня некоторое время смотрела на ноги, думая о волнении на таможне, мнительности и перспективах неприятностей на работе. Но потом мелкие причины отступились, девушка кивнула и молча улыбнулась в ответ. Ей хотелось ценить себя за новые достижения и поддержку близких и добрых людей. Ещё одного шага назад девушка её могла допустить.
– Отлично.
– улыбаясь, сказала Дарья.
– Мне бы не хотелось убивать Алису или отдавать её людям с сомнительными целями и репутацией. Даже просто уничтожать столько чужих жизней, часов работы и воспоминаний.... Мурашки бегут по коже от такой перспективы. Но сейчас ситуация сменилась, давая спастись такому варианту. Аня, спасибо. Это должно вернуться к твою карму, дай только время такому доброму делу...
31
Прогал в лесных кронах был заметен с проложенной тропы издалека. У обоих молодых людей хватало времени и информации на подготовку, но всё же увиденное смогло застать их врасплох. Небольшие холмы ещё покрывали остатки снега. В каждый из них втыкались массивные деревянные кресты, каждый по паре метров в высоту каждый. Вокруг больших волнами по спирали спускались кресты всех прочих размеров. Самый низ оказался усеян совсем маленькими. Основания же застилала смесь из трухи и небольших различимых осколков предшественников. Остатки покрупнее и части каких-то других построек теперь торчали из насыпать. Ограждение полукругом отдельно лес от холмов и приземистой церквушки из темного кирпича.
– В архиве множество легенд.
– заговорил Птах.
– Но место отличается от последних фотографий перед исходом. Его явно поддерживали. Церковь достроена не так давно.
– Заметно.
– кивнула Анна, переступая через насыпь.
– Множество принесённого дерева при явном отсутствии критических разграблений леса, холмов и церкви. Словно их только оставили без прихода с десяток другой лет.
– Мне не причислить это здание ни к одной из религий.
– сказал мужчина, осматривая ближайший к ним крест.
– В нём убраны все внешние признаки идентификации. Дерево обработано и покрыто лаком. Некоторые веревки и другие кресты выглядят свежее.
Он опустил взгляд и посмотрел на утоптанную землю внутри полукружия. Не найдя явных следов и объяснений, мужчина перевёл взгляд на церковь и нахмурился.
– Похоже, придётся заглянуть внутрь.
– тише сказал он.
– Не сказал бы, что очень уж хочется. Снаружи и то мурашки по коже. Зачем горы крестов поддерживать в таком виде?
– Как символ или как оберег.
– осматриваясь, ответила Анна и перевела взгляд на встревоженное лицо мужчины.
– Мы не нашли крестики или потертости от верёвок на убитых.
– Чёрт.
– проскрипел мужчина сквозь сжатые зубы.
– Значит дело в самом месте. Они тоже почувствовали здесь что-то или какая-то легенда передавалась у оставшихся, из поколения в поколение. Чтобы узнать, придется заглянуть внутрь.
После этих слов мужчина направился к двери. Анна, немного рассерженная нетерпеньем, не успев осмотреть кресты поближе, отправилась за ним. Уже на бегу девушка сорвала ближайшее деревянное переурестие и осмотрела его. Всю поверхность покрывали вырезанные линии. Подымаясь к массивным дверям входа, девушка отвлеклась и попыталась понять их смысл. Но тут, сопровождаемый скрипом давно не смазанных петель, тошнотворный смрад навалился на дыхание, парализовав девушку. Когда шлем уже охватил голову прозрачным куполом и подача воздуха выгнала парализующий запах, девушка поднялась с колен, отведя руки от лица.
Птах уже стоял внутри. Трупы, разной степени разложения, лежали на полу и на разношёрстной мебели. Некоторые были покрыты насекомыми, некоторые уже превратились в гниль поверх костей. Но на целых телах ещё виднелись следы отравления. Тошнота подступила к горлу настолько сильно, что девушка постаралась переключить внимание. Птах в то же время стоял в центре зала, вокруг которого разбросали мебель и трупы.
– Посмотри на это.
– голос мужчины зазвучал внутри шлема.
– Гора бесполезного хлама. Консоли, сервера, персональные устройства, части железных скелетов, электронных мозгов и массах подключаемых устройств. Чёрт, я бы подумал, что попал в складское помещение музея, куда свалили лишние части экспозиции. Если бы не маленькая деталь - всего лишь трупы, раскиданные вокруг.