Чтение онлайн

– Должно быть, ты потомок каких-нибудь американских red-neck’ов?
– заметил Броз.

– Парень, в первую очередь я потомок белой расы! На наших плечах держится новый мир.

– Эй, hommie, успокойся, или я вытру твоим белым лицом свою черную ниггерскую жопу!

– Воу, воу, воу!
– замахали руками другие психонавты, забыв о боевом задании.

– Заткнитесь, ублюдки! Ты, представься.
– обратился Броз к психонавту среднего роста.

– Шейн, подрабатываю программистом.

– Да? И на что тратил бонусные очки?
– перебил Чейз.

– Забудь! Когда мы трахнем этот Архетип, ты будешь купаться в ванне из миксованной наркоты! Йоу!
– психонавт-негр сделал энергичный жест.

Шейн уже не стал раскрывать рта. Пожалуй, он является классическим примером скрытой депрессии.

Убедившись, что предыдущий психонавт закончил, представился следующий, прилизанный и тщедушный.

– Привет, ребята, я Броди. Э-э, раньше любил пофапать, но что-то случилось в башке… - глаза Броди даже заслезились - теперь не стоит и не помогают таблетки. Это все Архетип виноват!

– Ничего, мальчик. Ты знаешь, сколько человечество потело, чтобы сделать существование таких отморозков, как ты, реальным? Теперь сами отморозки закончат начатое.

– И смогут фапать бесконечно?

– Да, чувак… Кстати, я Эррол, - сказал накаченный негр с накачанными ботоксом губами и белыми татуировками на лице, - В Утилитрониуме опускал выскочек вроде Чейза.

– Мой виртуальный зад этого не чувствовал, а уведомление не пришло, так что извини!
– отозвался Чейз.

– Это мы еще посмотрим. Я - би.
– сказал Эррол и подмигнул.

– Вот и отлично, познакомились!
– подытожил Броз.
– Собрались настоящие герои, давайте покажем, на что мы способны, спасем этот вшивенький мир!

– Да!
– крикнул Броди.

– Хо-хо-хо, - одобряюще загоготал Эррол.
– Онанисты идут в бой! Да, черт возьми! Мы сделаем это! Во имя всего, мать его, человечества!

– Так держать… так держать… - приговаривает Стефания в наушники.

Через пол часа пути из-за туч выглянуло Солнце, как на заре мира, и земля буквально расцвела. Вокруг психонавтов руины мегаполиса, поросшие жизнерадостной растительностью, как в тропическом лесу. Здесь поют птицы, вокруг жужжат и издают звуки разные необычные насекомые.

Броз пригляделся к одному. Не говоря о том, что насекомое сравнительно большое и внушает омерзение своими двумя головами, оно переливается магическими отливами синевы и пурпура, оставляя ощущение чуждости и пугающей новизны этого параллельного мира бессознательного. То же можно сказать о всех живых тварях, встречающихся по пути.

– Не будем задерживаться.

Через сотню шагов в архитектуре заброшенного города начала проявляться определенная тенденция. И обозначить ее можно было бы одним емким и универсальным для гражданина Центра словом – тоталитаризм. Он выражается в монументальности сводов, стенных узоров, но больше всего в скульптурах.

– Это настоящий фашизм!
– заметил кто-то из психонавтов.

Все скульптуры выдержаны в эпическом стиле.

Вдали завиднелась огромная циклопическая статуя.

– Вождь… - сплюнул Броз.-

– Ого, неужели это сам Император Евразии?! Как он здесь оказался?

Образ этого персонажа успел стать известным массовой культуре Центра. Как правило, он изображался в пурпурной византийской мантии, с окладистой, но не длинной, бородой и большими иконописными прорезями глаз. Таким же он был запечатлен в статуе, только в руке его был разбитый жезл власти, давно сошла краска, а каменная борода рассыпалась от попадания в нее осколков бомб, отчего Император выглядел немного жалко и смешно, потому что вместе с бородой оторвалась и нижняя челюсть.

– Мне кажется, я начал догонять. Это все отражение наших идейных побед и достижений в области гуманизма.- заметил Шейн.- Смерть Императора, разрушенные города тоталитарных государств, уничтоженные примеры эпического искусства...

По мере углубления в город, все психонавты стали ощущать на себе подавляющее воздействие энергетики Сверх-Я. Такое чувство, что ты вошь и ничтожество. Эту энергетику излучает все - опустошенные здания, полуразбитые монументы и статуи и даже мусор, как будто укоряющий психонавтов в разрушениях, которым они подвергли город.

Психонавтам сообщилась невероятная уверенность в том, что это они виновны во всех окружающих разрушениях.

Но особенно сильный поток энергии исходит от униженной статуи Императора. Его отчаяние живо ощущается, как и его ненависть к психонавтам, пришедшим попрать прах его города.

– Будьте осторожны, - передает сообщение Стефания.- Сверх-Я будет пытаться взять контроль над вашим сознанием. Особенно избегайте музеев, ни в коем случае не пытайтесь обследовать их.

– А я-то думал, что у нас будет экскурс по маргинальному искусству!
– заметил Чейз.

– Жаль, ты бы не нашел там много интересного для своего реднековского мировоззрения.
– сказал Эррол.

– Как необычно, что все это живет в нашем сознании… Если бы мы могли поднять эти руины… для анализа, исследования мы бы, наверно, смогли многое понять в нашей истории. – заметил Шейн.

– Да и хрен с ней, с историей. На кону судьба Утилитрониума и всего человечества.
– отрезал Броз.

Через еще час пути психонавты вышли за пределы города. Здесь резко начинается лес, но по мере углубления в него местность становится все более болотистой. Туман усиливается.

– Отряд, будьте осторожны. Вы вступаете на периферию Сверх-Я. Так как оно отсутствует у большинства граждан Цивилизации, вся энергия его вытеснена на периферию.

– Отлично! Наконец-то какой-то экшен. Острые ощущения. В мире меня давно ничто не заводит… - наивно сказал Броди.

Жалкий мальчишка. Он не понимает, что его ждет.

– Приготовьтесь к сопротивлению. Оденьте шлемы. Это лишь остаточные, фрагментарные силы, которые будут давить на ваше так называемую совесть. Не обманывайтесь. У вас нет души, нет совести, истина не существует!

Эту триаду Стефания повторила несколько раз.

Все психонавты одели шлемы, кроме Броди.

– Screw it, я задохнусь к черту в этом шлеме. Тут и так дышать невозможно.

Броз обернулся на него.

– Мне плевать. Можешь сдохнуть, - сказал он.

Броди неуверенно ухмыльнулся. Он уже передумал, но отступать не хотелось.

Психонавты углубляются в болотистый лес, вода все глубже. Неожиданно перед ними предстает какой-то человек в лохмотьях с факелом и хлыстом в руках.

– Что вы делаете здесь? Вы не должны здесь быть!