Чтение онлайн

Этюд 3. Собака чем–то (придумать — чем) разозлила своего хозяина, и хозяин на нее накричал. Собака злобно залаяла в ответ и выскочила на улицу. «Не вернусь домой!» — подумала она. Но потом стемнело, стало холодно, пошел дождь. Собака подошла к двери своей квартиры, поскреблась, ей открыл хозяин… (Диалог.)

Этюд 4. Собака поспорила во двор с другими собаками (о чем?). И решив, что им все равно ничего не докажешь, расстроенная вернулась домой. «Что с тобой?» — спросил хозяин. «Мне все надоело, все опротивело», — заскулила собака и побежала на кухню. Через минуту она вернулась с огромным кухонным ножем в зубах (подобные этюды мы даем лишь тем демонстративным детям, в поведении которых есть и такие штришки). «Вот тебе нож», — в отчаянии обратилась она к хозяину. — Убей меня. Мне надоело жить!» Хозяин взял собаку на руки, ласково погладил по вздыбленной шерсти и сказал… (Что ей сказал хозяин, чтобы успокоить?)

Кого–то, наверное, удивило, что, написав так много о демонстративности, мы даже не упомянули о столь ярком ее проявлении, как шутовство. А ведь это весьма распространено. Дети–клоуны, дети–шуты — редко какой класс обходится без них. Для неопытной учительницы, когда на уроке сидит такой «артист», работа становится пыткой. Да и у родителей часто опускаются руки. И на улице, и в гостях, и дома — стоит лишь кого–то пригласить — ребенок начинает вытворять черт знает что! Корчит рожи, хохочет как ненормальный, выкрикивает глупости… Не успеваешь за него краснеть! Особенно страдают те родители, которые по натуре застенчивы. Им кажется, что ребенок постоянно привлекает к себе негодующее внимание окружающих. И тогда они перестают ходить в гости, ведут замкнутый образ жизни, лишают сына или дочь удовольствия пойти в театр, на елку, на именины. В конце концов раздражение становится для родителей привычной эмоцией.

Правда, многие из них успокаивают себя тем, что с годами дитя образумится, посерьезнеет. Но чаще всего это ложные надежды. Подрастая, ребенок–шут нередко связывается с хулиганами, и его шутовство делается не только раздражающим, но и небезопасным. А примыкает он к хулиганам потому, что «благовоспитанное общество» его отвергает. Хулиганы же, во–первых, сами по натуре демонстративны, а во–вторых, всегда рады пополнению рядов.

Ну и что же, спрашивается, делать? Как «вылечить» ребенка от шутовства?

Прежде всего перестать раздражаться. А как перестанешь, если он своими выкрутасами доводит до белого каления?

И тем не менее сделать это необходимо. Иначе возникает не просто замкнутый круг, а круг порочный. Ну, а искать, где начало круга, — занятие бесперспективное. Да и что толку выяснять, кто был первым? Ребенок, спровоцировавший раздражение родителей, или родители, своим раздражением (а то и просто невниманием) побудившие ребенка к шутовским демонстрациям? Как бы то ни было — размыкать этот круг надлежит взрослому. И потому, что взрослому это легче сделать, и потому, что отношениями между взрослыми и ребенком должен руководить взрослый.

Но тогда возникает другой вопрос: а как, в каком звене разомкнуть?

Самое главное — понять природу шутовства, его скрытую мотивацию. Она не очень проста и безусловно связана с определенными особенностями характера. Но у ребенка невротического склада суть, как правило, сводится все же к чувству непризнанности, недооцененности. И это накладывается на некую врожденную склонность к шуткам, юмору, гротеску. В семье же такого ребенка зачастую шутить не принято. А «клоунничать» и подавно. Особенно суровы бывают отцы. «Кончай паясничать, шут гороховый! Надоело!» — вот характерный окрик.

Чего хотят родители от такого ребенка? Вдумчивости, спокойствия, а главное — серьезного отношения к жизни. То есть как раз всего того, что несвойственно его характеру. В результате подобного «искоренения» недостаток только усугубляется, а давление на ребенка выходит боком: могут появиться энурез, заикание, тики (последнее родитеди тоже иногда считают нарочитым кривлянием — скажем, когда ребенок кривит рот), суетливые, хаотичничные движения, частая смена настроений — от эйфории до меланхолической подавленности.

Мы же уверены и не устаем твердить родителям, что недостаток гораздо продуктивнее не искоренять, а элевировать, постепенно, но неуклонно возводя в ранг достоинства.

Давайте разберем это на примере шутовства.

Ребенку–шуту следует дать понять, что его кривлянье — это скрытый актерский дар (как, собственно говоря, часто и бывает), только всему этому нужно oнайти правильное время, место и обстоятельства. И вы готовы ему помочь.

Он паясничает, когда приходят гости? Прекрасно! Пусть подготовит самостоятельно или с вашим участием какой–нибудь номер, а то и целую программу: изображает цирк, эстрадных певцов, рассказывает анекдоты (естественно, не выходящие за рамки приличия), показывает кукольный спектакль. Ваших друзей или родственников нужно потихоньку об этом предупредить, чтобы, когда начнется «представление», оно было встречено не насмешками и раздражением, а напротив — бурными аплодисментами и восторгами.

Ребенку тоже нужно задать определенные «рамки игры»: сказать ему, что развлекательная программа всегда бывает после еды, потому что, поев, зрители будут более благосклонны. Пусть, к примеру, заранее сделает пригласительные билеты, в которых будет указано время начала спектакля. Но и слишком долго растягивать ожидание не следует, а то праздник превратится в муку. Дети–шуты обычно нетерпеливы, и у них может произойти нервный срыв. Очень хорошо, если удастся заснять представление на видеопленку или сделать фотографии, а потом демонстрировать знакомым и, конечно, самому ребенку.

Только не надейтесь, что после одного такого представления произойдет чудо, и в следующий раз, когда придут гости, ребенка будет не видно и не слышно. Повторяем: страсть к актерству, к тому, чтобы быть на людях и вызывать их потрясение, у таких детей в крови. И важно не отучить их от этого, а позаботиться о том, чтобы он не были посмешищем. Допустим, ребенку надо втолковать, что разным гостям еще можно показывать одну и ту же программу, но тем, кто ее уже видел, повторение будет не очень интересно. Предложите какие–то новые варианты, побуждайте «артиста» к творчеству, а если он затрудняется, обязательно помогайте ему.

Предостерегаем вас и вот от какой ловушки. У детей–шутов и без того повышенная жажда внимания (поэтому они, собственно, и ведут себя таким образом — чтобы любыми средствами привлечь внимание к себе, пусть даже это внимание будет негативным!). Готовясь к представлению, они могут постоянно «тянуть одеяло на себя», требовать, чтобы вы бросили все дела и рисовали афишу, готовили декорации. Здесь нужно пойти на разумный компромисс, причем задавать условия опять–таки должны вы, а не ребенок. Хорошо привлечь к репетициям и всему прочему других детей, если они у вас есть. А если нет — соседского мальчика или девочку.

Параллельно стоит заниматься тренировкой внимания и усидчивости детей–шугов. Конечно, тоже в игровой форме и не забывая подкрепить успехи разнообразными поощрениями. Например, таким детям час–то не нравится читать. Можно вначале ориентировать их на чтение детских стихов, где много прямой речи, принадлежащей разным персонажам (К. Чуковский, А. Барто), а потом — на чтение пьес, причем читать их с ребенком по ролям.

Если он готовит к завтрашнему уроку параграф по истории, можно — в качестве награды за хорошо усвоенный материал! — предложить и помочь ребенку разыграть какие–то исторические картинки (скажем, показать первобытных людей или важных, надутых бояр в шубах с длинными рукавами).