Чтение онлайн

— Но как?

— Я всё сейчас принесу.

С полупрозрачной косынкой, закрывшей часть декольте, я могла смело отправляться в главный зал.

Люську решила оставить в комнате, та не возражала. Утомлённая долгой дорогой и вкусно пообедавшая тем, что принесла Милли, пушистая соня обрела рай на мягкой подушке у горящего огня.

— Вас проводить? — предложила Милли.

— Нет-нет, спасибо, милая, я сама доберусь. Тут только по лестнице спуститься и направо повернуть, ты ведь сама говорила.

В коридоре оказалось более прохладно, чем мне прежде казалось. Но возвращаться назад и портить весенний наряд зимней накидкой я не захотела. Отправилась дальше и услышала громкие голоса, доносящиеся из-за прикрытой двери. Говорящих я сразу узнала.

— Но, леди Макария, так нельзя. Какое бежать? Зачем вам бежать? И как вы это сделаете, когда магия здесь не работает?

— Но я не могу здесь оставаться. Произошла страшная ошибка, и только я могу всё исправить. Иначе моя жизнь будет кончена.

— Вы ведь уже согласились стать женой герцога Валентайна, — горячо возразила Инес. — О чём вы говорите, боги! Он ведь прямо предложил вам разорвать помолвку, а вы отказались.

— Я не отказывалась!

Что? Как это она не отказывалась, когда в присутствии всех заявила, что желает стать герцогиней Блэквуд?

Инес повторила мои мысли почти слово в слово.

Макария в ответ ещё повысила голос:

— Да, я так сказала, но хотела сказать совершенно другое! Я ведь говорила тебе, что потеряла контроль над собой! Этот голос, ужасный голос в моей голове, я не могу сопротивляться ему, он...

Я слушала признания, предназначенные не мне, приоткрыв от удивления рот. Но ещё сильней удивилась, когда истеричные нотки в один миг исчезли из голоса Макарии.

Следующие её слова прозвучали непривычно жёстко:

— Инес, почему вы стоите? Немедленно подайте мне свадебное белое платье. К столу я спущусь только в нём.

— Но продолжение ритуала планируется провести после обеда...

— Разве я спрашивала ваше мнение? Вы здесь находитесь лишь для того, чтобы выполнять мои указания.

«Семь пятниц на неделе — нет, семь пятниц в течение четверти часа!»

Я клялась, что не буду вмешиваться в это дело. Но о том, что Макария слышит голоса и ведёт себя до крайности непоследовательно и странно, решила всё-таки герцогу рассказать.

Глава 24. Чёрное — белое

Стоило подойти к дверям гостиной, как они торжественно распахнулись передо мной. Прислуги рядом я не увидела, значит, чья-то магия пригласила меня войти внутрь. Учитывая, что приезжие маги не могли пользоваться своими силами в этом месте, а в прислугах тут лишь простаки-тролли — лавры заботливого хозяина следовало приписать герцогу Валентайну.

Даже странно так думать о высокомерном наглеце, наговорившем мне невообразимой чуши у порога своего дома.

Войдя внутрь гостиной, я остановилась неподалёку от входа. По местным обычаям дала присутствующим минутку себя рассмотреть. Заодно огляделась по сторонам и решила, что мне здесь нравится.

Гостиная оказалась на удивление уютной для помещения таких размеров. Прохлада коридоров и лестниц сменилась теплом от двух горящих каминов. Обстановку составляли диваны и кресла, несколько круглых столиков со стульями, как будто приготовленных для карточных игр, шкафы с книгами, картины на стенах, круглые люстры с горящими свечами.

Валентайна в гостиной не оказалось. Здесь собрались все новоприбывшие, кроме Макарии и Инес. Молодые люди заняли диван и кресла возле дальнего от входа камина. Возле ближайшего, опираясь локтем на каминную полку, с наполненным бокалом в руке стоял Оливер Престон.

В Азарии не только женщины, но и мужчины из высшего общества одевались ярко и пышно. Престон если и переоделся, то в точно такой же, как прежде, уныло чёрный сюртук. Скорей всего, его религиозный сан требовал подчёркнутого аскетизма. С другой стороны, брат Оливер что-то пил, а значит, не был полностью чужд желанию подарить своему телу приятные ощущения.

Мужчина вежливо поклонился, в ответ я изобразила реверанс. Глубокий ровно настолько, как преподаватели объясняли. Но вот улыбнулась ему я уже от себя. Престон тоже мне улыбнулся, и его лицо сделалось привлекательней, мягче. И только тогда я вспомнила о дурацком правиле про опущенный взгляд.

Пришлось потратить пару минут на необходимые объяснения. Я как будто оправдывалась перед почти незнакомцем, не будучи ни в чём виноватой. Не самые приятные ощущения, но мне показалось, что так будет проще. Не хотелось, чтобы ещё один мужчина решил, что я раздаю ему авансы. Тем более скандальные, что речь идёт о почти что священнике.

— Ваш мир удивителен, — заметил Престон в ответ на мою маленькую речь. — Буду иметь в виду, что за вашими взглядами кроется лишь любопытство и естественный интерес познающего новый мир человека.

Он отреагировал на моё признание намного проще и с большим доверием, чем Валентайн. Объяснил это так:

— Герцог — человек старой формации. Пятьсот лет назад скромности поведения молодых женщин уделялось намного больше внимания. Времена меняются, этот обычай постепенно уходит. В народе его соблюдают всё меньше и меньше. В высшем обществе скромницы всё ещё ценятся, но все понимают, что глаза в пол — это условность, не имеющая отношения к истинной чистоте и невинности.

У меня как камень свалился с души. Наконец я нашла собеседника, который понимал всю искусственность и нелепость этих отвратительных «глазок в пол».

— Спасибо, — я прижала руки к груди, — от всей души благодарю. Вы даже не представляете, как тяжело притворяться слепой, будучи зрячей. И как неприятно, что все вокруг твердят, что чёрное — это белое и наоборот.

Он протянул мне ладонь, и я пожала её с подзабытым уже, но невероятно приятным ощущением, что в первую очередь, во мне видят человека, а женщину — во вторую.

— Не думайте, что в нашем мире все ведут себя так, как герцог Валентайн, — уверил меня брат Оливер.

— Я так и не думаю. В королевском дворце я общалась со многими людьми, никто не вёл себя так, как герцог Валентайн.

— Он был груб с вами?

Я перевела взгляд на горящий в камине огонь.

Брат Оливер как будто почувствовал мою неуверенность.

— Простите, если мой вопрос прозвучал неуместно.

— Когда я попала сюда, то видела вокруг себя ожившую сказку. Чем дальше уезжала от столицы, тем меньше мне нравилось то, что я видела. — Я посмотрела в его лицо и тут же отвела взгляд. — Дело не в грубости герцога Валентайна. Как и в каждом человеке, в нём есть и лучшие, и худшие черты. Общение с ним помогло мне избавиться от иллюзий и многому научило. Магия не панацея, в любом мире люди остаются людьми.