Чтение онлайн

Однако Сфере было начхать на его мечты, и тогда Зиверг вспомнил кое-что сказанное профессором Беликовым перед смертью: только его ученик мог разобраться в тонкостях управления Сферой. Это значило, что у него ещё был шанс восстановить статус-кво. Что ж, если эта проклятая штуковина так хочет попасть к некоему Акуднику, пусть будет так. В конце концов он всё равно вернёт её себе, и никто из людишек не сможет ему помешать.

Прошло ещё несколько месяцев, прежде чем душманам представилась такая возможность. В тот раз они схлестнулись с крупным отрядом полковника Метисова. Вырезав всех солдат, Зиверг лично преподнёс полковнику подарок, снабдив его пояснительными указаниями о взаимном сотрудничестве. Глупые людишки заглотили наживку.

С тех пор прошло долгих три года. Всё это время Пантелеймон терпеливо ждал, периодически выходя на связь с генералом Гробченко, который курировал в ССВЛ проект «Сфера Римана». Как только душман почувствовал, что генерал начинает юлить и подбирает слова, он понял, что время пришло. Пора ему было забрать свою «прелесть» обратно.

***

Когда Борис выбежал из кабинета отца, направляясь в школу, Лев Вениаминович также поспешил прочь, только в другом направлении. Сейчас все его мысли были прикованы к лаборатории. Сторонний наблюдатель мог бы подумать, что профессор весьма чёрствый человек, однако это было не так. Он тоже волновался за Гришу, но не мог позволить себе проявить неблагоразумие и сорваться. Акудник-старший знал, что сейчас именно от него и других лаборантов зависит, завершится ли успехом их миссия длиной в несколько лет или же мутанты победят и заберут Сферу Римана обратно. Не хотелось бы, чтобы это произошло, ведь теперь он гораздо лучше знал, что собой представляет таинственный артефакт. Относительно недавно ему удалось пообщаться с ним, и Сфера многое поведала ему из области того, во что солдафоны никогда бы не поверили. Этих глупых, заскорузлых в своём невежестве людей в принципе не волновали проблемы вселенной, они верили только в красные линии и превентивные удары. Именно такой подход восемь лет назад стал началом всеобщего конца. После массированной ядерной атаки, которую их Родина инициировала против Европы и Штатов, рассчитывая на прикрытие Красного Протокола, надеяться на благоразумие подобного контингента было попросту невозможно.

Оказавшись в зоне для тестирования артефакта, Лев Вениаминович увидел Павлушу, который заканчивал настройку резонаторов.

— Ну что? Всё готово?

— Да, профессор, — сосредоточенно ответил тот. — Но скажите, что там происходит? Мы слышали сирену.

— Ничего такого, с чем не справились бы наши доблестные войска. Не беспокойся, Метисов разберётся со всем. А теперь сбегай за Лизонькой. Нам не помешает, если кто-то ещё будет стоять за пультом.

Павлуша покинул зону А1, но вскоре вернулся с миловидной розовощёкой девицей.

— Начинаем, — сказал Акудник-старший. — Нужно успеть провести синхронизацию браслета и Сферы, используя финальную выборку данных.

— Главное, чтобы не вышло как вчера, — рассмеялась девушка. — Борис так расстроился, когда вы на него накричали. А ведь он был ни в чём не виноват.

— Мы уже с этим разобрались, — отрезал профессор и приблизился к небольшой консоли, из которой торчал гибкий провод. Подсоединив его к неказистому карбоновому браслету на своей руке, он запустил процедуру инициализации.

Павлуша сосредоточился на огромных коробках с резонаторами, издающих неприятное жужжание, а девушка погрузилась в изучение тестовых логов, которые строка за строкой бежали на дополнительном терминале.

— Включай, — приказал профессор Павлуше, и тот поочерёдно дёрнул несколько рубильников.

Дополнительный поток энергии заструился по проводам к небольшому пятачку, укрытому за тремя пластиковыми перегородками. Сфера взлетела чуть выше, а затем начала светиться. Профессор с радостью почувствовал через браслет, как она откликнулась на его призыв. Перед мысленным взором учёного появилась виртуальная панель управления. Однако уже через секунду что-то пошло не так, и она исчезла. В одном из трансформаторных ящиков заискрило.

— Отрубай, отрубай, — рявкнул Лев. — Пока не взорвалось.

Павлуша выполнил приказ.

— В чём дело? — промычал профессор, изучая показатели в мониторе. — У меня всё нормально. На этой фазе не должно быть никаких девиаций.

Одновременно с этим, он мысленно ругал себя за вчерашний поступок. Если бы не его саботаж, у них уже имелся бы готовый контур. Но кто же знал, что душманы атакуют город. Такого никто не мог предсказать. Слишком уж это звучало фантастично. Неожиданно Елизавета, погруженная в чтение тестовой информации, радостно взвизгнула:

— Я поняла, Лев Вениаминович. Всё дело в неправильном порядке синоптических соединений.

Профессор сразу же переключился на код. Действительно. Похоже, эта ошибка осталась со вчерашнего дня.

— Сейчас исправлю, — пробормотал Акудник, быстро внося изменения. — Пробуем ещё. Павел, включай.

Поток, усиленный резонаторами, снова устремился к Сфере. Профессор сжал кулаки, чувствуя нарастающее напряжение. Сейчас не оставалось времени для ошибок. Артефакт снова ожил, засветившись ярко голубым светом. Лаборанты затаили дыхание, ожидая завершения синхронизации.

— Сделано! — торжествующим голосом воскликнул Лев, после чего сразу же оторвал провод от браслета. Теперь он больше не требовался. Сфера обязана была подчиняться каждой команде оператора не только в лаборатории, но и за её пределами.

В этот момент со стороны офиса до него донеслись странные звуки, усиленные артефактом. Похоже, там кто-то кричал. Лев Вениаминович активировал Картограф и наложил на него фильтр, убирая лишние точки.

— Что такое, профессор? — поинтересовался Павлуша, с удивлением наблюдая как переменился в лице начальник.

— Вам срочно нужно бежать отсюда, — прошептал Лев. — Мутанты уже здесь.

— А как же вы? — нахмурилась девушка, не желая бросать его.

— Обо мне не нужно беспокоиться. Кыш отсюда. Уходите через южный выход, а я активирую систему безопасности!

Павел схватил Лизоньку за руку и потащил её за собой, не обращая внимания на попытки вырваться.

— Какой же я мерзкий и подлый человек, — поздно раскаялся профессор. — Неужели они все из-за меня погибнут? Из-за одного только моего глупого желания закончить начатое.

Быстрее, они уже идут…

Чужая мысль проникла в мозг Акудника-старшего, пронзив его раскалённой иглой. Лев Вениаминович вздрогнул и активировал сейф-ловушку, экранированную свинцовой плитой. Там тебя никто не найдёт, пробормотал он, не беспокойся. Главное, чтобы Борис догадался, когда окажется в лаборатории. Но это было уже не в его, Льва, власти.

Двери в зону А1 резко распахнулась, и внутрь вбежал Павлуша. Его взгляд был затуманен ужасом, а руки окровавлены. Профессор понял, что Лизонька погибла, и сердце его снова похолодело от чувства вины. Следом за Павлом в помещении показался звереподобный мутант. Мишутка Гризли! Профессор слышал о нём. Вообще-то он слышал о них всех. Отъявленные преступники и кровожадные убийцы. Вся банда душманов неторопливо вошла в лабораторию; на их лицах ухмылки, в глазах нетерпение.

Мишутка, словно играюче, подскочил к упавшему на пол Павлуше и одним махом когтистой лапы разодрал его. Одна рука отправилась в полёт, но её успел подхватить Клу — и теперь медленно пожёвывал её, хрустя человеческими костями.

— Этого не трогать, — велел Зиверг, выступая перед остальными.

Лев Вениаминович почувствовал, как ему отказали ноги, и, чтобы не упасть, прислонился спиной к терминалу. Ему было известно о том, что главный душман по кличке Изверг, в миру Зиверг Пантелеймон Иванович, может менять свою внешность. Однако это не помешало профессору почувствовать мистическое изумление, когда он разглядел знакомое лицо — Валерьян Домовой — один из ведущих профессоров ВНИИ, представляющий кафедру холодного синтеза.