Чтение онлайн

— Кто ты такой? — пробормотал Зиверг, наконец понимая, что его враг совсем не тот, которого он помнил. На лице Энгельса не дрогнула ни одна мышца.

Внезапно Пантелеймон обратил внимание на необычную деталь, точнее, две детали, которые ещё больше выбили его из равновесия. По ворсистой земле волочились две хорошо знакомые ему головы, словно приклеенные к волосам Чёрного. Это были мёртвые головы, ещё недавно принадлежащие Карло и Клу. Открытые рты обоих мутантов как будто кричали от невыносимой боли. Зиверг вздрогнул от неожиданности. В последний раз он видел их, застрявшими в царстве Пиковой Дамы, и вот они здесь. Как же этот перевёртыш добрался до них? Неужели даже такая опасная аномалия ему была не почем? И где, чёрт побери, тогда Гризли?

Эти и многие другие мысли пронеслись в его голове в одно мгновение, а затем густые кусты рядом с ним громко затрещали, как будто с другой стороны начало ломиться какое-то чудовище.

Мишутка! Это был он.

Зиверг поначалу обрадовался, неправильно оценив ситуацию, но жестокая атака зверя развеяла его иллюзии. Бросок медведя был по-настоящему страшен и не поддавался никакой блокировке. Тело генерала от удара взлетело в воздух и отправилось к озеру, грузно грохнувшись на разноцветную гальку. Гризли продолжил движение, намереваясь закончить начатое. Ещё через мгновение его окровавленная пасть сомкнулась на горле Зиверга, и начала мотаться из стороны в сторону, терзая плоть прежнего хозяина и не позволяя тому прийти в себя. Вскоре голова генерала отлетела в сторону и приземлилась прямо у ног Энгельса-перевёртыша.

Кровь сочилась из оборванной трахеи, и вместе с ней наружу выползло довольное мерзкое и жалкое существо. Оно тут же попыталось зарыться в землю, как умело когда-то, но что-то не получилось. В следующий миг голая нога прекратила мучения Зиверга, с хрустом раздавив его насекомоподобную оболочку. От когда-то наиболее опасного врага человечества осталась лишь красная грязь, едва выделяющаяся на фоне оранжевой травы.

Хобот нагнулся, чтобы поднять с земли голову генерала, и лизнул окровавленную щёку, пробуя того на вкус. Видимо, вкус человеческой крови ему понравился, потому что он прицепил её к своим волосам — туда, где уже находились головы Карло и Клу. Теперь Чёрный Человек напоминал безумного индейского шамана с неухоженными космами, идущего тропой войны.

Мишутка приблизился к Энгельсу, на ходу изменяя свой цвет. Последние бурые пятна на его шкуре исчезли полностью, обратившись в чернильные кляксы, а воспалённая глазница затянулась чёрной коркой. Теперь и он, Михаил Грязнов, исчез навеки, исполнив свою месть, а его тело безраздельно принадлежало частичкам безумного Эфириала, как и вся лакуна целиком.

Хобот-Энгельс, словно заправский всадник, взобрался на спину своего зверя, и Он-Они двинулись к близкой границе, на другой стороне которой — Он-Они чувствовали это — уже укрылись их заклятые враги. Время бесконечно ускорилось, приближаясь к развязке.

Они застыли посреди заброшенного города, пытаясь перевести дыхание после продолжительного забега. Перед ними возвышалась бетонная конструкция, напоминающая будку. На железной двери висел разбитый и покорёженный пульт доступа к её содержимому.

Наконец-то, подумал юноша, опускаясь на землю, наконец-то они добрались до цели. Отец, ты доволен?

Где-то там, глубоко под землёй, укрывался таинственный бункер с научной лабораторией, а вокруг, на поверхности, шелестел листьями осенний ветер, превращая крохотный городишко в неуютное царство разрушенных надежд и чаяний. Борис огляделся. Серые двухэтажные коробки домов, несколько заброшенных магазинов, невзрачная школа и не менее невзрачная ратуша. Чуть далее к юго-востоку, сразу за рощей клёнов, стояли три унылые многоэтажки, маяча своими полусгнившими остовами. Похоже, они так и не были достроены до Первой Волны, а после неё это уже никому не было нужно.

— Борис! — неожиданно подпрыгнула Эльвира, — Смотри туда! — её палец указывал в небо.

Борис кивнул. Он и сам уже успел заметить первые изменения на небосводе. Воздушные массы резко потемнели, в воздухе начинали скапливаться переливающиеся антрацитовые хлопья, похожие на сажу.

— Мы должны спешить, — негромко сказал Шон. В его словах и жестах скрывалось напряжение. — Хобот догоняет.

— Сколько же это будет продолжаться? — простонал юноша, поднимаясь на ноги.

Вопрос был риторическим и не требовал ответа. Злокозненный Эфириал будет преследовать их до тех пор, пока не доберётся до Сферы и не уничтожит её. Акудник знал, что это будет борьба до самого конца.

Артефакт подлетел к металлическим дверям, а затем испустил несколько коротких, сменяющих друг друга вспышек. Они каким-то образом закоротили нужные контакты в пульте управления, и створки дверей сдвинулись на пятьдесят сантиметров. Теперь путешественники стояли перед входом, зная, что им нужно сделать следующий шаг, но почему-то боялись, ощущая всю необратимость этого поступка.

— Чего стоять без толку? — спустя мгновение решился Акудник. — Идём вперёд. Время пришло.

***

Борису уже давно было интересно, по какой причине здешний центр изучения плазмы и холодного синтеза назывался так странно и вычурно. Форт Боярд! Почему Форт? Почему Боярд? Оказавшись внутри, понятнее не стало. Борис представлял себе примерное устройство здешнего центра: три вложенных кольца коллайдера формировали единую систему, известную как генератор цветовых вихрей, знаменитое изобретение Эдуарда Беликова. Все кольца опоясывали город где-то под землей, а в центре находился командный мостик, с которого операторы могли управлять разгоном адронов до скорости света и формировать из освободившихся кварков вихри различных цветов.

Сейчас они двигались по беспросветному бесконечно длинному коридору. Казалось, ему нет ни конца, ни края. И только благодаря встроенной в анализатор ночной оптике, они ещё ни разу не врезались в стены или сторонние предметы.

— Дядя Борис, — начала канючить Эльвира. — Ещё долго? Я уже устала.

— Мы почти пришли, — ответил вместо Бориса его поддельный брат. — Осталось немного, несколько десятков метров.

Эфириал не обманул. Добравшись до вычурной металлической решётки, более уместной в старинном готическом замке, Борис с удивлением уставился на двух бронзовых львов по обеим сторонам. Внушительные статуи скалились на них, словно живые.

— А это что ещё за бред? — пробормотал он. — Мы где находимся, на научном объекте или в коттедже проворовавшегося нувориша?

— А мне нравится, — сказала Эля. — Смотри, какая интересная игрушка, — девочка подошла к огромному металлическому гонгу и ударила в него небольшим молотком, который был прикован к стене тонкой цепью.

Только теперь Борис, спустя месяц совместного путешествия с Эльвирой, догадался, что она может видеть в абсолютной темноте.

— Ну если нравится, тогда пусть будет, — с улыбкой «разрешил» юноша, а затем попытался поднять или сдвинуть решётку. Он ещё не понял, в какую сторону она должна двигаться.

— Не так, — вмешался Шон. — Здание полностью обесточено, поэтому нужно проломить преграду. Это единственная возможность.

— Тогда ломай, умник, — с насмешкой произнёс Борис.

Шон кивнул — и Сфера отправилась назад, метров на сто-сто пятьдесят прочь от людей.

— Расступитесь, — сказал Эфириал. — А ещё лучше, спрячьтесь за теми фигурами. Сейчас здесь будет немного громко.

Борис и девочка сделали так, как велел Шон: скрылись за бронзовыми статуями и даже закрыли уши. Сфера начала снова светиться, как тогда, во время столкновения с военными. Затем она отправилась к ним, с каждым мгновением разгоняясь словно метеор, и врезалась в металлическую решётку, будто тяжёлое ядро, выпущенное из корабельной пушки. Металл прогнулся — и преграда с грохотом выскочила из стены, оставив изуродованный пролом. Борис с малышкой вышли из укрытия и отправились дальше, рука об руку. Впереди их ждал огромный подземный зал, заполненный распределительными ящиками, вычислительными модулями и прочими устройствами, о которых Борис ничего не знал. Несколько рядов панелей и потухшие мониторы насмешливо смотрели на него.

— И что теперь? Здесь же ничего не работает.

— Пока не работает, — ответил Шон. — Для начала я должен выполнить своё главное предназначение.

— Какое же?

— Превратить эту лакуну в бесконечный источник энергии.

— И как ты собираешься это сделать? — не понял юноша.

— Ты уже знаешь, — ответил Шон. — Единственная функция моего Сефирота, которую ты ещё не применял.

Борис нахмурился, а затем его осенило.

— Хочешь преобразовать эту лакуну? Сделать из неё Аннулированную Зону?