Чтение онлайн

Аарон единственный активно показывал, что ему некомфортно, но когда его глаза переместились на Тодда, в них блеснуло подобие темноты, из которой состоят ночные кошмары. Он ненавидит Тодда также сильно, как и остальные парни Хавок, он просто не упивается погоней, как они. Может в этом разница между созданными монстрами…и монстрами, рожденными такими? Вик, определенно, был рожден чудовищем.

Тодд выдал свой код, и Хаэль включил его телефон, ища контакт Корали. Он нашелся, и Вик улыбнулся.

— Идеально. Теперь, вот, что ты сделаешь.

Я приняла телефон, когда Вик объяснял свой план Тодду, пролистывая номер Корали, чтобы найти номер Эрика. Если буду глубже анализировать свои чувства, то струшу. Позвонить Эрику, позволить Тодду подразнить его мыслью обо мне, и затем использовать мой голос, чтобы подбить его на мысль прийти сюда. Это отвратительно.

Но и увлекательно.

Кто знал, что месть так заводит?

Глава 18

Деревья на переднем дворе — прекрасны, взрослые и нетронутые жадностью человеческих рук. Большинство их них — вечнозеленые, поэтому они все еще красивые, несмотря на то, что зима уже на пороге. То тут, то там возвышается бесплодный дуб — напоминание о том, что когда-то это поместье принадлежало элите Спрингфилда; они всегда отмечали свои земли дубами как символом статуса.

Виктор и я, оба — принадлежали «старым деньгам», а потом превратились в грязных нищих.

— Тебе нравится этом место? — спросил Каллум, останавливаясь рядом, в толстовке, сгорбленный, руки в переднем кармане. На удивление, его капюшон опущен. Это один из его щитов, и он хорошо его использует. — То ест, ты действительно хочешь выйти замуж здесь? — он замолчал, когда я посмотрела в его сторону, изучая его обнаженные икры, колени и все серебряные шрамы, пересекающие его кожу. — Знаю, что Виктор хочет потому, что дом его бабушки, даже если он слишком упрямый, чтобы признать это, он любил ее больше всех.

Последовала длинная пауза, но я не потрудилась заполнить проблемы вслух. Я знаю, о чем думает Кэл: кроме тебя. Возможно, кроме Хавока.

— Мне здесь нравится, — призналась я, оглядывая передний двор с разваливающейся беседкой, пожухлой травой, крыльцом, которое явно видело лучшие времена. — Когда-то это было чем-то, сейчас — ничто. Хорошее напоминание, что жизнь может измениться в одно мгновение.

Я полезла в карман своей кожаной куртки и достала косяк. Кэл подошел до того, как я попросила, и достал зажигалку из своего кармана, поджигая косяк до того, как я вообще попросила.

Я поднимаю на него глаза, и он улыбнулся.

— То, что Тодд здесь, не беспокоит тебя? — спросил он, но я покачала головой.

Каждая пролитая капля крови Тодда принадлежит мне. Это покаяние, и оно погружается в эту освященную землю, как благословение. Земля изнывает от жажды, а я — от голода.

Мне причитается сладостный вкус мести.

— Каждое имя в моем списке станет жертвой, — сказала я, делая два затяга прежде, чем передать косяк Каллуму. Наши пальцы соприкоснулись, зажигая в моих руках радость, которая последовала прямо в сердце. — Это как подношение темной богине, сидящей в моем сердце.

Каллум откинул голову назад в смехе, хриплом, сломленном и, о боже, таком красивом.

— У тебя получаются красивые метафоры, Берни, — сказал он, сверкнув зубами. Мое внимание привлекли татуировки на его обнаженных руках, подчеркивающие толстые, округлые изгибы его бицепсов. В средней школе, когда Кэл был худощавым, стройным и выглядел ангельски, я никогда бы не подумала, что он вырастит таким или что он будет покрыт таким количеством чернил. Видимо боль меняет людей, не так ли? — Никогда не прекращай. Жизнь без тебя была настолько скучной.

Я улыбнулась, когда Кэл протянул косяк обратно. На какой-то момент все стало простым и обычным, просто два подростка, тусующихся на заброшенном участке.

Затем все поведение Каллума изменилось, и он обошел меня, словно защищает от чего-то. Звук машины на пустой дороге дошел до меня эхом спустя несколько секунд.

Эрик здесь.

То есть, мы послали ему приглашение.

Дело в том, когда я взяла телефон Тодда у Вика и приложила свои губы к динамикам, я почти подумала, что Эрик распознал мой голос.

Но нет.

«Твой папочка сказал, что если я буду хорошей девочкой, ты дашь мне немного денег. Мне бы очень пригодились деньги, чтобы помочь с арендой».

Фу.

Другая вещь, за которую я переживала, было то, что я могла звучать старше для его извращенных предпочтений.

Видимо, нет.

Кэл и я стояли на месте, скрытые деревьями, когда Эрик припарковался рядом с передним крыльцом, вылезая, чтобы осмотреть дом с обеспокоенным выражением лица. Я наблюдала за ним со своего места, львица на охоте.

Он выглядел точно таким, каким я его помнила: словно какая-то кукла Кен с обесцвеченной кожей и белокурыми волосами. Когда мне было одиннадцать и мы впервые встретились, я посчитала его красивым. Он меня до смерти пугает, даже отсюда.

— Он собирается сбежать, — прошептала я Кэлу, мои глаза вглядывались в напряженное тело Эрика, его рука все еще лежала а дверной ручке Мерседеса.

— Думаю, ты права, — согласился он, его большое тело обвило мое, наблюдая, защищая.

Я чувствовала себя в чертовски сильной безопасности с Каллумом Парком за спиной. Непобедимой. Мы обменялись взглядами, и он кивнул, ускользая, пригнувшись, когда перебежал на поле слева от меня.

— Эрик, — позвала я, настолько сладостно, насколько могла, выходя из-за дерева и подавая голос высоко и четко. Он обернулся, чтобы посмотреть на меня, его лицо вспыхнуло триумфом…а затем страхом.

Нет…не страхом, ужасом.

Он был в ужасе. Потому, что узнал меня, как только увидел. В этом я не сомневаюсь. Когда он закружился, отчаянно хватаясь за ручку машины, Каллум был тут как тут, ползя по крыше, как паук.

— Привет, Эрик, — сказал он, и затем схватил Эрика за затылок и ударяет его лицом об Мерседес, оставляя его падать на землю.

Я медленно подошла к своему защитнику, когда остальные парни Хавок вышли через переднюю дверь, медленно, обычно, полностью доверяя мне и Кэлу разобраться с ситуацией.

— Может занесем его внутрь? — спросил Оскар, снимая пиджак и закатывая свои рукава своей белой рубашки.

Его серые глаза встретились с моими, и могу сказать, что мы собираемся сделать шаг вперед вместе. Не знаю, какой это буде шаг, но он грядет.

И быстро.

Я просила парней Хавок раскрыть все свои секреты.