Чтение онлайн

— Мне жаль, — с трудом выговорил я, несмотря на ствол у горла. Но это была правда. Ни один ребенок не заслуживал того, что выпало Маркусу.

Маркус отдернул руку и ударил меня рукояткой пистолета по челюсти. Перед глазами поплыли круги.

— Тебе жаль? Ты такой же, как он.

Я попытался сосредоточиться, но мир раскачивался.

— Как он?

— Все думали, что он добрый, умный, щедрый. Деньгами завоевывал расположение людей. А какой он был на самом деле — никто не знал. Точно так же и ты. Все считают тебя золотым мальчиком. Летние лагеря, благотворительные сборы, наставничество для юных игроков. А на деле тебе плевать на команду и всех остальных.

Он резко втянул воздух и сжал мою рубашку еще сильнее:

— Я пытался показать им правду. Подкинул журналистам информацию, слил видео, где ты меня ударил. Хотел, чтобы все увидели, как ты обращаешься со своими.

Меня осенило:

— Ты сам спровоцировал ту драку.

— Я показал им, кто ты есть на самом деле, — прорычал он. — Но этого было мало. Не помог и анонимный донос о стероидах. Даже когда я подрезал тормоза у Тедди. Им все равно казалось, что ты святой. Это ведь из-за тебя он поехал в ту глушь — проверить, как ты держишься. И даже твое прощальное слово на похоронах они сожрали, как последние лицемеры.

Он сжал мою рубашку так, что она впилась мне в горло:

— Знаешь, сколько времени я потратил, чтобы выследить его здесь? Нанял хакера, чтобы тот зациклил запись с твоих камер, пока я возился с его машиной.

В ушах зазвенело:

— Ты убил Тедди.

— Нет, ты его убил. Он бы не погиб, если бы не ты. Как и твой брат с отцом.

Ярость взорвалась во мне мгновенно, как спичка. Тедди у нас отнял он. Не случайность. Не дождь на трассе. А тот, кого мы считали братом по команде.

— И теперь я убью тебя, — процедил Маркус.

Я не стал ждать. Не надеялся, что смогу выиграть время разговорами, пока Трейс или Энсон найдут возможность выстрелить. Нужно было действовать сейчас.

Я резко дернул головой вперед, а потом со всей силы откинул ее назад, ударив его по носу. Хруст был мерзкий, но чертовски приятный. Маркус заорал от боли, пистолет дрогнул.

Я не терял ни секунды. Попытался вспомнить хоть что-то из спаррингов с Каем. Схватил его руку с оружием и ударил коленом. Хотел, как Саттон с Романом, попасть в пах, но промахнулся — попал по внутренней стороне бедра.

— Ты не победишь! — завопил Маркус.

Он снова навел пистолет на меня. Я боролся изо всех сил, помня, ради чего сражаюсь. Ради Луки. Ради Саттон. Ради нашей семьи.

Маркус взвыл от ярости, и в следующее мгновение прогремел выстрел. Адская боль пронзила мои ребра, дыхание сбилось. Глаза распахнулись от шока, мир закружился.

Вокруг кричали, но казалось, что звуки доносились откуда-то издалека.

Огонь охватил всю грудь, и я упал на землю.

Перед глазами померкло, но прежде чем темнота накрыла меня, я успел услышать, как Саттон зовет меня по имени.

56

Саттон

Я слышала выстрел дважды, но он все равно звучал не так, как я себе представляла. Это был не оглушительный треск, как в кино. Скорее, тихий хлопок. Такой звук я бы ни за что не связала с пулей, если бы не увидела, как кровь стремительно уходит с лица Коупа, пока я бежала за угол амбара.

Все происходило, как в комиксе или супергеройском фильме — кадры сменялись то в замедленном действии, то в ускоренном, будто время сошло с ума.

Только это была не выдумка. Это была наша жизнь. Моя и Коупа. И когда он рухнул на землю, а кровь расползлась по его белой футболке, я поняла — его жизнь ускользает. Утекает по каменному полу, исчезая навсегда.

Вокруг раздались крики. Трейс повалил Маркуса на землю, но его яростные выкрики не доходили до моего сознания — весь мир сузился до Коупа.

Я не заметила, как побежала, пока почти не достигла его. Упала на колени так сильно, что боль пронзила позвоночник, а челюсть щёлкнула от удара. Но все это не имело значения.

Я видела только кровь. Она растекалась по левой стороне его груди, слишком близко к сердцу.

— Прижми, — скомандовал Трейс, борясь с Маркусом, чтобы надеть на него наручники. — Держи рану.

Я не колебалась ни секунды. Склонилась над Коупом, прижала ладони к ране и навалилась всем весом. Его веки дрогнули — я знала, что причиняю ему боль.

Слезы потекли по щекам, смешиваясь с кровью, что просачивалась сквозь мои пальцы.

— Прости меня. Я не хочу тебе больно, но иначе нельзя. Ты должен остаться. Ты не можешь уйти сейчас, когда все только началось. Лука нуждается в тебе. Я нуждаюсь в тебе.

Вдалеке послышались сирены, все ближе с каждой секундой. Энсон опустился рядом, его пальцы нашли пульс на шее Коупа.

— Есть. Слабый, но есть.

Слезы хлынули сильнее, но я не издала ни звука. Я просто продолжала давить на рану, будто силой своих рук могла удержать в нем жизнь. Удержать его целым, как он держал меня столько раз.

Новые голоса пробились сквозь звон в ушах. В амбар хлынули люди из управления шерифа. Кто-то звал медиков.

Чьи-то руки легли мне на плечи.

— Теперь можешь отпустить. Медики уже здесь.

По голосу я узнала Трейса, но не смогла поднять голову, не смогла оторвать взгляд от Коупа. Я боялась, что стоит мне отвернуться — и он исчезнет.

— Я не могу, — прошептала я. — Я держу его здесь. Я не отпущу.

Трейс сжал мои плечи крепче.

— Ты все равно с ним. Всегда с ним. Но сейчас нужно дать медикам работать.

Один из фельдшеров уже стоял с другой стороны, вставляя катетер в вену Коупа. Другой готовил кислородную маску. Но я не могла сдвинуться. Казалось, мое тело превратилось в камень.

— Я... я не могу. Я не оставлю его. Он ведь не оставил меня. Даже когда должен был.

Энсон пошевелился рядом, позади меня разлилась какая-то чужая энергия, и вдруг меня подняли на руки. Звук, что вырвался из меня, был звериным, нечеловеческим. Крик боли и отчаяния, обращенный только к Коупу.

— Я должна его спасти! — закричала я, почти не узнавая собственный голос, пока Трейс прижимал меня к себе.

— Ты уже спасла его, Саттон. Но теперь должны помочь медики, чтобы он добрался до больницы.