Чтение онлайн

— Всё так, как я тебе и говорил. Ты не ненавидишь нас. Ты не можешь насытиться нами. Ещё пара минут в таком состоянии, и твои трусики наверняка намокнут.

Она проводит зубами по моему члену, и я шиплю. Мне следовало бы усвоить со вчерашнего дня, что она не боится использовать зубы.

— Осторожно, — говорю я, — а то снова окажешься связанной и с кляпом во рту. Но тебе ведь это нравится, правда? Моя шлюха.

Она со шлепком выпускает мой член изо рта.

— Заткнись, или я заткну тебе рот кляпом.

Я смеюсь, беря её голову в свои руки и направляя её обратно к моему члену.

— Конечно, заткнешь.

Как бы мне ни хотелось, я не трахаю её лицо. С её травмами я не хочу затруднять ей дыхание. Может, мне и нравится причинять ей боль, но не так. Многие скажут иначе, в том числе и я сам, но у меня есть сердце… где-то внутри.

Ателия стонет, принимая мой член так глубоко, как ей удобно. Она творит чудеса своим языком, и я крепче сжимаю её волосы.

— Какая жадная шлюха, не так ли? Ты прожила один день без моего члена, а теперь посмотри на себя. Стоишь на коленях при первой же возможности.

Она впивается ногтями в мои бёдра, но это шутка с её стороны, потому что мне нравится боль. Я уже был близок к этому, а с такими темпами у меня, наверное, не осталось и минуты.

— Не останавливайся, ma belle. Ты слишком хорошо выглядишь с моим членом во рту.

Я не смог бы отвести от неё взгляд, даже если бы попытался. В прошлый раз, когда она это делала, она не знала, что это я. Это было по-своему захватывающе, но это в тысячу раз лучше. Она должна была просто сидеть и позволять мне кончать ей на лицо, но она хотела этого.

Эта мысль заставляет меня переступить через край. Я сильно кончаю, все моё тело становится твердым. Глаза закрываются, но тут я понимаю, что не хочу пропустить ни секунды.

— Не смей глотать, — прохрипел я.

Она хнычет, её губы всё ещё обхватывают мой член, когда я заливаю её рот своей спермой. Но она не глотает, а смотрит на меня с вопросом в глазах.

Я выхожу из неё, захватывая её челюсть и удерживая её открытой. Вот так. Ателия Харпер, отмеченная и моя.

Наклонившись, я сплевываю ей в рот, прежде чем отпустить челюсть.

— Проглоти всё до последней капли.

Она так и делает, не сводя глаз с моих.

Если бы я не понимал девушку, стоящую передо мной на коленях, я бы отвел её в душ и заставил кончить так сильно, что она разбудила бы Кэла и Уэса. Но я точно знаю, как работает Ателия.

Она извивается и трется бёдрами друг о друга — маленькая жалкая сучка. Но ей нравится быть униженной. Быть использованной.

Поэтому я улыбаюсь ей и покровительственно глажу по щеке.

— Хорошая девочка. Ты можешь уйти. Теперь я с тобой закончил.

— Что? Но…

— Шшш… — Я прижимаю палец к её губам. — Хорошие игрушки не говорят в ответ. Они слушаются.

Ателия выглядит так, будто хочет меня задушить, но под этим я вижу, как ей это нравится. Я никогда не забуду всё то, что узнал о ней за те первые две недели первого курса. Ателия более извращена, чем можно подумать, глядя на неё.

Не говоря больше ни слова, я отворачиваюсь и иду в душ. Дверь закрывается, и я наблюдаю, как она со взволнованным вздохом опускается на пятки. Стекло запотело, но я могу представить себе её выражение лица.

Ошеломленное. Лишенное дара речи. Нуждающееся — и в то же время благодарное.

Через минуту она встает.

— Пошел ты, Келлан.

Я хихикаю.

— Тебе бы это понравилось, да?

Единственный ответ, который я получаю, — это звук захлопывающейся двери ванной, когда она выходит.

Ателия

Этот грёбанный ублюдок.

Не стоило думать, что парни забудут, что мне нравится в постели. То, что Келлан говорил мне, пока я сосала его член, так заводило меня, что казалось, я вот-вот взорвусь. Он знал об этом и послал меня подальше, не удостоив даже вторым взглядом.

Я бы разозлилась ещё больше, но я знаю, что он сделал это, потому что так я ещё больше возбужусь. Келлан, может, и придурок, но ему тоже нравится давать мне то, что я хочу. Это была идеальная возможность для обоих.

Уэс на кухне наливает кофе из кофейника. Когда мы замечаем друг друга, оба замираем. Даже не скажешь, что я пыталась причинить ему боль прошлой ночью. Нет ни синяков, ни следов. Он как всегда привлекателен — ещё больше, потому что на нем нет рубашки.

Татуировки Уэса выставлены на всеобщее обозрение. Змея на шее, рукав из роз, начинающийся на плече и спускающийся по руке, и ревущий тигр на грудной клетке. Есть и другие, но эти выделяются больше всего.

— Невежливо пялиться, — спокойно говорит он, потягивая свой чёрный кофе.

Мгновенно я отворачиваюсь.

— Где Кэл?

— Всё ещё спит.

Я бегу обратно по коридору к закрытой двери в конце.

Кэл — наименее невыносимый из них троих, и, надеюсь, он более ручной, когда хочет спать.

Мой план прошлой ночи ещё свеж в памяти, но к черту Уэса. Я могу поработать над сближением с двумя другими. Мои отношения с Уэсом со временем станут глубже, но, если я сделаю очевидным, что у меня есть предпочтения, это заставит его ревновать. Это дополнительный бонус ко всему этому.

Я не стучусь, входя в комнату Кэла. В любом случае, это не имеет значения. Он всё ещё крепко спит, лежит на боку, лицом ко мне.

Когда я забираюсь на кровать, он не шевелится. Я трясу его, но всё без толку.

Конечно, он крепко спит.

— Кэл, — говорю я, снова тряся его. — Пора просыпаться.

— Ещё пять минут, — простонал он.

— Нет. Уже девять.

Он бормочет что-то, чего я не могу разобрать, и я срываю с него одеяла. Он ворчит от холодного воздуха, и мои глаза расширяются, когда я понимаю, что он совершенно голый.

У него больше татуировок, чем когда мы были моложе, и пока он сонно хватается за одеяла, я рассматриваю их. На его груди красуется большое дерево с крепким стволом и детально прорисованными листьями. Но больше всего меня привлекает цветок лотоса на его правом бицепсе. Он не совсем сочетается с остальными, и мне интересно, значит ли он что-то для него.