Разум за Бога: Почему среди умных так много верующих
Шрифт:
В конце 60-х годов XX века я учился в колледже, изучал Библию в рамках курса литературы и познакомился с мнениями о ней, преобладающими в то время. Мои преподаватели объясняли, что новозаветные Евангелия берут начало в устных традициях церковных общин Средиземноморья. Рассказы об Иисусе составляли в этих сообществах, чтобы отвечать на вопросы прихожан и удовлетворять конкретные потребности каждой церкви. Главы этих церквей следили за тем, чтобы в рассказах Иисус поддерживал политику и убеждения того или иного сообщества. Рассказы годами передавались из уст в уста, обрастая подробностями и превращаясь в подобие легенд. И наконец, спустя долгое время после того, как произошли все эти события, Благая весть появилась в письменном виде. К тому времени было уже почти невозможно определить, в какой мере она отражает реальные исторические события и отражает ли их вообще.
В таком случае кем же был настоящий Иисус? Ученые, с трудами которых я знаком, предполагали, что реально существовавший, «исторический» Иисус был харизматическим учителем справедливости и мудрости, который подстрекал оппозицию и по этой причине был казнен. Есть мнение, что после Его смерти появились группы Его последователей, придерживающихся разных точек зрения на то, кем был Иисус. Одни верили в Его божественную природу и воскресение из мертвых, другие считали, что Он был просто человеком, наставником, духовная жизнь которого продолжалась в сердцах Его учеников. После борьбы за власть сторонники «божественного Иисуса» победили и составили тексты, в которых изложили свои взгляды. По-видимому, они пресекли распространение других взглядов и уничтожили все альтернативные тексты, в которых Иисус представал совсем в ином свете. Но в последнее время некоторые из этих запрещенных альтернативных представлений об Иисусе всплыли вновь – подобно «гностическим» Евангелию от Фомы и Евангелию Иуды. Это свидетельствует о том, что раннее христианство представляло собой весьма разнообразный набор учений.
Если такой взгляд на происхождение и развитие Нового Завета верен, он может радикально изменить наши представления о содержании и значении самого христианства. Он означает, что никто не может знать, что именно говорил и делал Иисус, следовательно, Библия не может служить авторитетным источником наших норм, правил и убеждений. Отсюда следует, что большинство классических христианских идей – о божественности Иисуса, искуплении грехов человечества и воскресении – ошибочно и опирается на предания.
Меня, студента, эта мысль поначалу потрясла. Неужели столько выдающихся ученых могут ошибаться? Но когда я сам взялся за исследования, то удивился, как мало было оснований для подобной исторической реконструкции. На мое счастье, подтверждения более давних, скептических представлений о Библии неуклонно рушились на протяжении последних тридцати лет, несмотря на поддержку популярными СМИ таких книг и фильмов, как «Код да Винчи».
В числе тех, кто с удивлением обнаружил, насколько неубедительны доказательства существования простого человека, «исторического Иисуса», была Энн Райс. Она известна как автор романа «Интервью с вампиром» и других книг, жанр которых можно было бы назвать «ужасами с примесью эротики». Воспитанная в традициях католичества, Энн Райс утратила веру в светском колледже, вышла замуж за атеиста и приобрела состояние как автор романов о Лестате – вампире и рок-звезде. Литературное и медиа-сообщество было потрясено, когда Райс объявила, что возвращается к христианству [140] .
140
В 2010 году Энн Райс объявила о том, что перестает быть христианкой. – Прим. ред.
Зачем ей это понадобилось? В послесловии к своему новому роману «Иисус. Возвращение из Египта» Энн Райс объяснила, что занялась подробными исследованиями, посвященными историческому Иисусу, и начала с чтения трудов ученых из самых уважаемых академических учреждений. Оказалось, их основной тезис заключается в том, что библейские документы, которыми мы располагаем, исторически недостоверны. Энн Райс поразилась тому, насколько малоубедительны их доводы.
Некоторые книги представляли собой нагромождения одних предположений поверх других… Выводы делались либо на основании ничтожных данных, либо при полном их отсутствии… Доказательства, подтверждающие, что Иисус, лишенный какой бы то ни было божественности, забрел в Иерусалим И был распят… всей этой картины, описания которой витали в либеральных кругах, которые я часто посещала за тридцать лет моего атеизма, – все эти доказательства так и не были приведены. Мало того, в этой сфере я обнаружила худшую предубежденность, с какой когда-либо сталкивалась в научных трудах [141] .
141
Процитировано в рецензии Джорджа Сима Джонстона «Иисус. Возвращение из Египта» в The Wall Street Journal, November 12–13, 2005.
Христианство требует веры в Библию [142] . Для многих она становится серьезным камнем преткновения. Мне случалось знакомиться с жителями Нью-Йорка после того, как они присутствовали на службе в церкви Искупителя. Центральный элемент каждой службы – проповедь по библейскому тексту. Как правило, посетители бывают удивлены и даже шокированы, обнаружив, как внимательно мы слушаем Библию. Большинство говорит, что им известно немало прекрасных притчей и высказываний из Библии, но сегодня «ее нельзя воспринимать буквально». Они имеют в виду, что Библия не заслуживает полного доверия, поскольку некоторые, а возможно, и почти все ее фрагменты невозможны с научной точки зрения, исторически недостоверны, регрессивны в культурном отношении. Первый из этих вопросов, о Библии и науке, мы рассмотрели в предыдущей главе. Теперь перейдем к двум другим.
142
Например, известный довод в пользу божественности Христа – «лжец, сумасшедший или Господь?» – не действует, если нельзя показать, что Иисус действительно претендовал на божественность. К. С. Льюис облек его в классическую форму: «Простой смертный, который утверждал бы то, что говорил Иисус, был бы не великим учителем нравственности, а либо сумасшедшим вроде тех, кто считает себя Наполеоном или чайником, либо самим дьяволом. Другой альтернативы быть не может: либо этот человек – Сын Божий, либо сумасшедший или что-то еще похуже. И вы должны сделать выбор: можете отвернуться от Него как от ненормального и не обращать на Него никакого внимания; можете убить Его как дьявола; иначе вам остается пасть перед Ним и признать Его Господом и Богом. Только отрешитесь, пожалуйста, от этой покровительственной бессмыслицы, будто Он был великим учителем-гуманистом. Он не оставил нам возможности думать так». (Просто христианство,книга 2, глава 3.) Проблема этого аргумента заключается в допущении, что в Библии точно переданы слова Иисуса. Для этого требуется установить, что Библия исторически достоверна, по крайней мере, в целом. Было бы лучше сформулировать тот же аргумент иначе: Иисус – «лжец, сумасшедший, легенда или Господь». Если мы не докажем, что изображенный в Библии Христос не является полностью вымышленным персонажем легенд, этот знаменитый аргумент не будет эффективным.
Христианство требует веры в Библию. Для многих она становится серьезным камнем преткновения
«Библии как историческому источнику нельзя доверять»
Широко распространено убеждение, будто Библия – исторически недостоверное собрание легенд. Разрекламированный форум ученых «Семинар по Иисусу» объявил, что найти историческое подтверждение можно не более чем 20 % высказываний Иисуса и описаний Его деяний из Библии [143] . Как реагировать на такое утверждение? В этой книге мы не ставим перед собой задачу исследовать историческую точность всех фрагментов Библии. Вместо этого зададимся вопросом, можем ли мы доверять Евангелиям, новозаветным описаниям жизни Иисуса [144] как достоверным источникам исторической информации. Я говорю о канонических Евангелиях – от Матфея, от Марка, от Луки и от Иоанна, которые церковь еще в давние времена признала подлинными и авторитетными.
143
Семинар по Иисусу пользуется «двойными критериями несходства» как способом оценки исторической достоверности библейского текста. То есть его участники утверждают, что быть уверенными в исторической подлинности отрывка из Библии мы можем лишь в том случае, если его учения не могут исходить из иудаизма I века или ранней церкви. Следовательно, они должны противоречить тому, что нам известно о преобладающих убеждениях иудаизма или христианства I века. (В противном случае нельзя быть уверенными, что этот отрывок не был вставлен в подкрепление преобладающих убеждений.) Но эти критерии подразумевают, что на Иисуса не могло повлиять его иудейское наследие и что Он не мог наложить отпечаток на своих последователей. Так как это маловероятно, все больше библеистов подвергают резкой критике работу Семинара по Иисусу как неизбежно негативную и предубежденную против Евангелий.
144
Я пытаюсь настаивать не на том, что Библия всецело заслуживает доверия, а лишь на том, что жизнь и учения Иисуса изображены в ней с исторической точностью. В таком случае мы можем делать выводы о том, кем был Иисус, на основании прочитанной в ней информации. Если мы в конце концов уверуем в Иисуса, тогда Его представления о Библии станут нашими. Лично я считаю достоверной всю Библию не потому, что я каким-то образом «доказал» ее фактическую точность. Я принимаю ее потому, что верю в Иисуса, а Он верил в Библию.
В качестве аргумента нередко вспоминают, что новозаветные Евангелия были написаны через много лет после того, как произошли описанные в них события, значит, этим повествованиям о жизни Иисуса нельзя доверять – они сильно приукрашены, если не полностью вымышлены. Многие верят, что канонические Евангелия – всего четыре из множества подобных текстов и что они были написаны для поддержания иерархической власти церкви, в то время как все остальные (в том числе так называемые гностические Евангелия) оказались под запретом. Это убеждение подкрепляет в представлении общественности бестселлер «Код да Винчи». В этом романе исторический Иисус изображен как великий, но, несомненно, земной учитель, которого через много лет после смерти главы церкви превратили в воскресшего Бога, чтобы повысить свой статус в Римской империи [145] . Существует несколько веских причин, по которым евангельские повествования следует считать не легендами, а исторически достоверными источниками сведений [146] .
145
Научный, но легко читающийся ответ на «Код да Винчи» – Бен Уитерингтон, Код Евангелия (Ben Witherington, The Gospel Code, IVP, 2004). Опровержение Уитерингтоном исторических допущений в «Коде да Винчи» ошеломляет.
146
Существует большая и постоянно растущая группа самых видных ученых, которые настаивают на исторической достоверности Евангелий. Подробнее об этом см. в следующих примечательных книгах: Ричард Бокэм, Иисус глазами очевидцев, М.: 2011; Н. Т. Райт, Иисус и победа Бога, М.: 2004 и Воскресение Сына Божьего, М.: 2011, К. Бломберг, Историческая достоверность Евангелий (С. Blomberg, The Historical Reliability of the Gospels, IVP, 1987) и Историческая достоверность Евангелия от Иоанна (The Historical Reliability of John’s Gospel, IVP, 2002), а также более популярного и давнего автора Ф. Ф. Брюса Новозаветные документы: достоверны ли они? (F.F. Bruce, The New Testament Documents: Are They Reliable? Eerdmans, переиздано в 2003 году с предисловием Н. Т. Райта). Наиболее скептическая критика Библии предполагает такую опору, как скрупулезные исторические исследования, однако на нее в значительной мере влияют философские допущения (то есть альтернативные убеждения). Анализ этих философских обоснований см. в книгах: К. Стивен Эванс, Исторический Христос и Иисус веры (С. Stephen Evans, The Historical Christ and the Jesus of Faith, Oxford University Press, 1996) и Элвин Плантинга, «Два (или более) видов изучения Писаний» (Alvin Plantinga, “Two (or More) Kinds of Scripture Scholarship”, Warranted Christian Belief, Oxford University Press, 2002).
Евангелия относятся к слишком раннему периоду, чтобы быть выдумкой.
Канонические Евангелия были написаны самое большее через 40–60 лет после смерти Иисуса [147] . Письма Павла, написанные всего через 15–25 лет после смерти Иисуса, содержат краткое изложение всех событий Его жизни, вошедших в Евангелия, – Его чудеса, призывы, распятие, воскресение. Это означает, что библейские подробности жизни Иисуса передавались из уст в уста при жизни сотен человек, своими глазами видевших Его служение. Евангелист Лука утверждает, что написал историю жизни Иисуса со слов еще живых в то время свидетелей Его деяний (Лк 1:1–4).
147
С этим в настоящее время соглашаются буквально все историки. В XVIII и в начале XIX века европейские ученые находились под сильным влиянием рационализма, свойственного эпохе Просвещения, поэтому подходили к библейским текстам с предположением о том, что элементы чудесного в Евангелиях наверняка были добавлены гораздо позднее, спустя долгое время после составления первоначальных «фактических» повествований. Поскольку они знали, что описания исторических событий как легенды зачастую создавали спустя долгое время после самих событий, то постановили, что и Евангелия были написаны не ранее, чем через столетие после смерти Иисуса. Но за последний век найденные рукописи заставили даже закоренелых скептиков признать, что все эти Евангелия были написаны значительно раньше. Доступный отчет о том, как датируются различные новозаветные документы, в том числе Евангелия, см. в книге Ф. Ф. Брюса «Новозаветные документы: достоверны ли они?», изданной с новым предисловием видного ученого Н. Т. Райта. См. также: Пол Барнетт, Новый Завет (Paul Barnett, The New Testament). Многие утверждают, что Евангелие от Марка написано в 70-х годах, от Матфея и Луки – в 80-х, от Иоанна – в 90-х. Это разумно: Евангелия должны были писать в то время, когда апостолы и другие свидетели уже начинали умирать, но очевидцев, способных подтвердить сведения, оставалось еще много (см. утверждение Луки в Лк 1:1–4).
Ричард Бокэм в своем значимом труде «Иисус глазами очевидцев» приводит множество исторических свидетельств, доказывающих, что во время написания Евангелий было еще живо немало очевидцев служения и жизни Иисуса. Свидетели хранили память об этих событиях и принимали активное участие в жизни Церкви, служили источниками рассказов об Иисусе и гарантировали их подлинность. Бокэм пользуется доказательствами из самих Евангелий, показывая, что их авторы называют в тексте источники своих сведений, убеждая читателей в их подлинности.
Свидетели хранили память об Иисусе и принимали активное участие в жизни церкви, служили источниками рассказов о нем и гарантировали их подлинность
Так, Марк говорит, что помогать Иисусу нести крест на Голгофу заставили «отца Александрова и Руфова» (Мк 15:21). Автор приводит эти имена по единственной причине: потому, что читатели знают указанных людей и могут обратиться к ним за подтверждением. Марк словно поясняет: «Александр и Руф подтвердят, что я говорю вам правду, если вы спросите у них». Павел также призывает читателей обращаться к еще живым свидетелям, чтобы убедиться в правдивости его рассказов о событиях жизни Иисуса (1 Кор 15:1–6) [148] . Речь идет о пятистах свидетелях, которые в одно время видели воскресшего Христа. Нельзя писать такое в документе, предназначенном для публичного чтения, если на самом деле не существует свидетелей, которые единодушно могут подтвердить слова автора. Все это решительно опровергает предположение о том, что Евангелия написаны неизвестными авторами, являются плодом коллективного творчества и проистекают из устных традиций. На самом деле это записанные рассказы свидетелей, которые своими глазами видели события, о которых рассказывали, и запомнили слова и поступки Иисуса во всех подробностях.
148
Ричард Бокэм, Иисус глазами очевидцев, главы 2, 3 и 6. Более того, в четвертой главе Бокэм приводит исчерпывающий анализ имен персонажей, фигурирующих в сюжетах Евангелий. Он приходит к выводу, что эти имена типичны для палестинских иудеев до разрушения Иерусалима в 70 году н. э., и незначительно отличаются от типичных имен в иудейской диаспоре после 70 года. Следовательно, весьма маловероятно, что евангельские сюжеты происходили из более поздних христианских сообществ, находящихся за пределами Палестины.