Разведка по-еврейски: секретные материалы побед и поражений
Шрифт:
В 2004 году в Израиле стало известно, что Сильвия больна раком. Уже после того, как стало ясно, что ее состояние безнадежно, она продолжала держаться с тем же хладнокровием и мужеством, с каким когда-то держалась в суде. Приятели их семьи и родственники Сильвии говорили, что у нее надо учиться умирать. И только Энеус Сьюдт знал, как она боялась смерти, как плакала по ночам…
Он, Энеус Сьюдт, и привез по просьбе израильского правительства тело скончавшейся на 68-м году жизни Сильвии Рафаэль в Израиль. На кладбище Сьюдт заплакал и сказал, что она все-таки его обманула: будучи почти на 20 лет старше Сильвии, он был уверен, что уйдет из жизни первым.
Сильвию Рафаэль похоронили с высшими воинскими почестями – отдавая таким образом дань ее вкладу в безопасность и обеспечение самого существования Израиля.
Хотя в чем именно заключался этот вклад, повторю, узнают, скорее всего, только наши внуки…
1973-2007.
Азеф Ближнего Востока
27 июня 2007 года в доме номер 25, расположенном на одной из самых фешенебельных улиц Лондона, должно было состояться собрание Совета директоров одной из крупных международных компаний.
Один из директоров, англичанин иранского происхождения Джозеф Рафаси, незадолго до начала совещания вышел на балкон, чтобы насладиться кубинской сигарой и удивительно солнечным и в то же время не очень жарким днем, какие в последние годы не так часто случаются в старом добром Лондоне. Закурив сигару, Рафаси бросил взгляд на расположенный на противоположной стороне улицы особняк и увидел на балконе хозяина этого великолепного здания – своего старого друга и компаньона Асрафа Маруана, находившегося в компании, как скажет потом Рафаси, двух мужчин «восточного типа». Так как Асраф Маруан также являлся членом того самого Совета, совещание которого должно было начаться с минуты на минуту, Джозеф Рафаси должен был удивиться тому, что его друг почему-то не спешит присоединиться к уважаемому собранию. Но удивиться он не успел, потому что спустя мгновение на балконе произошло что-то странное, в воздухе мелькнули чьи-то ноги, а еще через секунду он увидел распростертое на мостовой тело Асрафа Маруана и расплывающееся под ним темное пятно…
Еще секунда ему понадобилась для того, чтобы поднять глаза и снова посмотреть на балкон особняка Маруана, но там уже никого не было. Хранящиеся в Скотланд-Ярде показания Джозефа Рафаси, а также скандальное интервью, которое он дал в середине октября британскому телевидению, явно противоречат опубликованным прежде официальным заявлениям британской полиции о том, что Асраф Маруан выпал с балкона, слишком сильно перегнувшись через него в момент сердечного приступа. Опровергают они и выдвигавшуюся некоторыми СМИ версию о том, что Маруан покончил жизнь самоубийством. Нет, Асраф Маруан был явно убит. Убит в своем хорошо охранявшемся доме, каждый квадратный метр которого находился под наблюдением видеокамер и в который, как казалось, просто по определению не мог проникнуть никто посторонний. Но вот точного ответа на вопрос о том, кем именно он был убит, мы, наверное, в ближайшее время не получим. Слишком уж много врагов было у этого человека, известного спецслужбам под именами Вавилон, Кардинал, Рашид и т. д. Сотрудники «Моссада» знали Асрафа Маруана как Хатуэля – самого высокооплачиваемого, самого ценного и высокопоставленного агента, который когда-либо работал на израильскую разведку. Того самого, который в ночь с 5 на 6 октября 1973 года сообщил тогдашнему главе «Моссада» Цви Замиру о том, что Египет и Сирия одновременно нападут на Израиль на исходе Судного дня этого года. До начала войны в тот момент оставалось меньше 20 часов…
В интервью, которые сын покойного Гамаль Маруан осенью 2007 года дал ряду британских газет и телеканалов, он самым категорическим образом отрицает, что его отец мог по каким бы то ни было причинам покончить с собой. Наоборот, вспоминает Гамаль Маруан, в последнее время он был необычайно деятелен, запланировал целый ряд совещаний и встреч в разных странах мира, собирался получить аудиенцию у британской королевы и с энтузиазмом готовился отметить в Италии очередную годовщину своей свадьбы с Моной Насер. И столь же категорично Гамаль Маруан опровергает любые утверждения о том, что его отец когда-либо работал на «Моссад» или какую-либо другую разведку и потому мог быть ликвидирован по приказу египетских спецслужб.
– Мой отец был пламенным патриотом и верным сыном египетского народа, – вновь и вновь повторял Гамаль Маруан.
И добавлял:
– Если кто-то действительно и хотел свести с ним счеты, то только враги Египта, – явно намекая таким образом на то, что к загадочной смерти его отца могут быть причастны израильтяне.
Но даже если не сбрасывать со счетов эту версию, стоит заметить, что буквально за пару недель до гибели Асрафа Маруана в Израиле завершилось рассмотрение арбитражного дела между бывшим главой «Моссада» Цви Замиром и бывшим начальником военной разведки Эли Зейрой. Ссора между двумя разведчиками началась с того, что Зейра в своих мемуарах сообщил, что агент, который накануне Войны Судного дня передал Израилю информацию о времени ее начала, был высокопоставленный египетский чиновник, чрезвычайно близкий сначала к Гамалю Абделю Насеру, а затем и к Анвару Садату.
Старый, так и не принявший новых веяний Цви Замир вскоре после выхода книги Зейры заявил, что по его описанию чрезвычайно легко вычислить имя работавшего на Израиль египтянина. И тут же, с ходу, обвинил Эли Зейру в том, что он в поисках денег и дешевой популярности нарушил главное правило кодекса чести разведчика – никогда, ни при каких обстоятельствах и даже во имя самых благих целей не выдавать имена своих агентов. И, нарушив этот кодекс, добавил Замир, Зейра поставил под угрозу жизнь агента, а также нанес ущерб безопасности Израиля, ибо кто захочет сотрудничать с разведслужбами страны, руководители которых строчат дешевые книжонки и треплют языком, как базарные бабы?!
Эли Зейра, разумеется, оскорбился и потребовал арбитража. Арбитры заседали долго и в конце концов признали, что Цви Замир прав: бывший глава военной разведки Израиля действительно нарушил кодекс чести разведчика и выдал секретную информацию, НАМЕКНУВ в своей книге, что информация о начале войны была получена от Асрафа Маруана, который к тому времени уже несколько лет работал на израильскую разведку.
Таким образом, если до решения арбитража у тех, кто читал книгу Зейры, еще оставались какие-то сомнения, что речь идет именно об Асрафе Маруане, то после него всякие сомнения в этом отпали…
Многие из тех, кто знал Маруана, говорят, что в последние месяцы жизни он, конечно, не собирался кончать жизнь самоубийством, но в то же время явно опасался за свою жизнь. Так, к примеру, Асраф Маруан выступил главным спонсором состоявшейся в начале ноября 2006 года в Лондоне конференции «50 лет войны в Суэце: от конфликта – к сотрудничеству». Но, выложив на проведение конференции огромные деньги, Маруан категорически отказался выступить на каком-либо ее заседании, не пожелал, чтобы его публично поблагодарили на церемонии ее открытия, и вообще был единственным ее участником, который не носил на лацкане пиджака металлическую табличку со своим именем.
Между тем в кулуарах конференции, опять-таки по словам друзей покойного, произошло весьма неординарное событие. Собрав самых близких к себе людей, Асраф Маруан включил в компьютер и продемонстрировал им… несколько глав своей книги об «Октябрьской войне» 1973 года. При этом Маруан с гордостью заявил, что когда книга выйдет в свет, она произведет эффект разорвавшейся бомбы как в Египте, так и в Израиле, в Великобритании, в США – да и во всем мире.
И, естественно, сразу после гибели Асрафа Маруана все стали искать следы этой неопубликованной книги. Но ни в столе, ни в личном компьютере покойного рукописи не оказалось. Члены семьи высказали предположение, что Маруан мог записать книгу на магнитофонную кассету или диск и передать этот носитель опытной машинистке, однако все попытки найти машинистку тоже оказались безуспешными.
Между тем речь идет о человеке, который и в самом деле был хранителем многих сокровенных тайн Ближнего Востока, и книга об этих тайнах, написанная его рукой, действительно могла произвести эффект разорвавшейся бомбы. И многие, слишком многие могли бы пойти на что угодно ради того, чтобы предотвратить этот взрыв…
Будущий доктор экономики, дипломат, политик и бизнесмен Асраф Маруан родился в 1943 году в Каире в весьма обеспеченной, а если называть вещи своими именами, то попросту богатой семье. Следуя указаниям отца, юный Асраф отправился на учебу в Лондон, откуда вернулся в середине 60-х годов в качестве обладателя степени доктора экономики. Аристократическая внешность, блестящее образование, широкие связи и не менее широкие финансовые возможности семьи распахнули перед молодым экономистом двери в высший свет египетского общества.