Чтение онлайн

В том же году на одном из приемов Асраф Маруан знакомится с Моной Насер – третьей дочерью президента Египта Гамаля Абделя Насера – и предлагает ей свою руку и сердце. Девушка отвечает согласием, и 7 июня 1966 года влюбленная пара сочетается законным браком. Теперь, на правах близкого родственника, Асраф Маруан входит в узкий круг лиц, облаченных особым доверием Насера, и доказывает тестю, что может блестяще исполнять его любые, в том числе и самые деликатные дипломатические поручения. В качестве тайного посланника Насера Асраф Маруан разъезжает в эти годы по всему миру, а после прихода к власти Анвара Садата становится одним из самых высокопоставленных чиновников в канцелярии последнего…

И в 1969 году этот человек сам явился в израильское посольство в Лондоне и предложил свое сотрудничество в обмен на приличные гонорары! Нужно ли говорить о том, что израильтяне поспешили с радостью принять его предложение и после очередной встречи с тем или иным сотрудником «Моссада» Маруан уходил, унося в кейсе от 150 до 200 тысяч долларов наличными?! Всего за годы сотрудничества Маруана с израильской разведкой Государство Израиль выплатило ему больше 3 миллионов долларов.

Сумма эта выглядит достаточно внушительной, если… если только забыть, что Асраф Маруан принадлежал к одной из самых богатых семей Египта и вдобавок был одним из самых высокооплачиваемых государственных служащих этой страны. Три миллиона долларов для него, как и для любого, в том числе и самого обеспеченного человека, были, конечно, немалыми деньгами. Немалыми – и все же не столь большими, чтобы ради них поставить на карту блестящую карьеру, саму жизнь, да и честь, наконец!

Поэтому уже в момент вербовки Асрафа Маруана в «Моссаде» нашлись люди, которые задавались вопросами о том, что толкнуло этого человека на сотрудничество с врагом, почему у него вдруг возникла такая острая потребность в деньгах, каким образом ему удается избавиться от подозрений собственных спецслужб? И не находили другого ответа на все эти вопросы, кроме одного: Асраф Маруан попросту ведет двойную игру, он был и остается верным гражданином Египта, которому поручено водить за нос наивных евреев.

Однако информация, которую поставлял Асраф Маруан в «Моссад», была необычайно ценна, все проверки показывали, что она полностью соответствует действительности, и потому вопросом о том, какие мотивы им движут, было решено не задаваться.

Ну а после того, как Асраф Маруан сообщил главе «Моссада» точную дату начала Войны Судного дня, доверие к нему в этой организации возросло многократно. Асраф Маруан стал считаться и до сих пор считается самым ценным агентом, которого когда-либо удавалось приобретать израильским спецслужбам.

Но между тем, как уже было сказано, в рядах этой организации всегда были люди, не доверявшие Маруану и считавшие привлечение его к сотрудничеству не самым большим достижением, а самым большим провалом «Моссада» за всю его историю. И доказательства этому они видят как во все тех же событиях октября 1973 года, так и в дальнейшей судьбе Асрафа Маруана.

Сначала свою встречу с главой «Моссада» Цви Замиром Асраф Маруан, носивший кодовое имя Хатуэль, назначил на 4 октября в Риме, но затем попросил перенести ее на 5 октября.

А точнее, на час ночи 6 октября в Лондоне. Считая информацию, которую передавал Хатуэль, чрезвычайно важной, Замир немедленно согласился на все его условия. Как только над Лондоном сгустились сумерки, глава «Моссада» прибыл в купленный Израилем через подставное лицо старинный особняк, расположенный в одном из самых дорогих и тихих районов британской столицы.

Отвечавший в «Моссаде» за вопросы охраны Цви Малхин немедленно подогнал к дому больше десятка своих подчиненных, которые должны были проследить, чтобы никто, кроме тех, кому положено, не мог войти в здание, пока в нем находится Замир. Одновременно Малхин просчитал, что за Асрафом Маруаном всенепременно должны будут следить как агенты египетской контрразведки, так и парни из британской MИ-6, которые висят на хвосте у любого дипломата. А потому израильтянам предстояло в нужный момент деликатно вмешаться и «отсечь» от Маруана все хвосты. Единственное, что оставалось непонятным, – на какой машине прибудет Хатуэль и где именно он ее остановит, чтобы дальше пойти пешком и не привести с собой «хвост»…

Опасаясь, что их разговоры по рации могут прослушиваться, Малхин говорил со своими подчиненными исключительно на идише, щедро пересыпая каждую фразу острым перцем ругательств и проклятий, зная, что эти крепкие идишские словечки для каждого еврея звучат как самая прекрасная музыка – музыка его детства…

Но когда Асраф Маруан подрулил на машине с дипломатическими номерами прямо к воротам дома, неспешно вышел из нее, поправил свой элегантный плащ и, даже не оглянувшись по сторонам, направился к двери, Цви Малхин удивленно присвистнул. Затем, увидев, что Маруана и в самом деле никто не «пас», он вдруг все понял.

– Сукин сын! – сказал он на все том же «мамеле-лошн» [58] . – Бьюсь об заклад, что он делит все получаемые от нас деньги с Анваром Садатом и они вместе смеются над нашей глупостью!

И до конца своих дней Малхин был твердо убежден, что Асраф Маруан никогда никого не предавал, а действовал по прямому указанию египетской разведки и президента Анвара Садата.

Журналист, писатель и историк израильских спецслужб Ронен Бергман, хотя и не заявляет о своем однозначном согласии с этим мнением Цви Малхина, в своем очерке «Код Хатуэля», опубликованном 7 сентября 2007 года на страницах газеты «Едиот ахронот», говорит, что в отношении Асрафа Маруана как агента «Моссада» есть как минимум 10 вопросов, ответов на которые до сих пор не найдено: 

«1. Асраф Маруан с самого начала был тем, кто на арго разведчиков обозначается термином walk-in, – трудно было понять, как он, занимая такую должность и зная, что за ним в силу его положения во время нахождения за рубежом должно вестись постоянное наблюдение, решился войти в двери израильского посольства в Лондоне?

2. Как получилось, что человек, занимавший столь высокое положение в египетском обществе, связанный родственными и другими узами с его элитой, никогда не испытывавший недостатка в деньгах, в одно прекрасное утро вдруг решил превратиться в «друга сионистов» и стал остро нуждаться в дензнаках?

3. Согласно отчетам Маруана, Анвар Садат не собирался начинать войну с Израилем до тех пор, пока у него, в соответствии с разработанной им военной концепцией, не появятся самые современные самолеты и ракеты среднего радиуса действия. На деле Анвар Садат отказался от данной концепции еще в сентябре 1972 года, однако Асраф Маруан никак не проинформировал об этом Израиль. Почему?

4. В своих мемуарах все египетские генералы утверждают, что дата начала войны 1973 года была окончательно определена 23 августа.

И в этот же период Маруан сообщает в Израиль, что Садат решил перенести дату начала войны на конец года. 25 сентября во время тайной встречи Голды Меир с иорданским королем Хусейном последний предупреждает ее о том, что Египет и Сирия намерены напасть на Израиль в самое ближайшее время. В эти же самые дни Маруан присутствует на встрече Садата с королем Саудовской Аравии Фейсалом. Садат делится с Фейсалом своими планами нападения на Израиль, но Маруан ничего не сообщает в «Моссад» об этой встрече.