Развитие креативности, или Дюжина приемов остроумия
Шрифт:
(Двенадцати.)
Что такое 33 января? (2 февраля.)
У стола четыре угла, один отпилили. Сколько углов осталось? (Пять.)
Одно яйцо варят 4 минуты. Сколько времени надо варить 5 яиц?
(Так же 4 минуты.)
В каком случае шестеро детей и две собаки не намокнут, забравшись под обычный зонт?
(Если нет дождя.)
Если курица стоит на одной ноге, то она весит 2 кг. Сколько будет весить курица, если будет стоять на 2-х ногах?
(Курица будет весить 2 кг.)
Абсурд — мнение, явно противоречащее тому, что думаем на этот счет мы сами.
Доведем бессмыслицу до абсурда — вдруг получится что-то осмысленное?
Логика — сердцевина абсурда.
Чем серьезней лицо, тем прекрасней улыбка.
Юмор — это добродушное созерцание и художественное изображение нелепостей жизни.
Краткость — душа и тело остроумия, и даже оно само.
Шутки, разного рода bons mots (фр. остроты), забавные случаи из жизни, которые придутся очень кстати в одной компании, покажутся плоскими и скучными, если их рассказать в другой.
С пятидесятилетнею женою маршала не следует обходиться так, как с пятнадцатилетнюю кокеткой: в первом случае разговор должен быть проникнут уважением и серьезной веселостью — да будет мне позволено сочетать эти два столь различных слова, — тогда как при встречах с молодой девушкой простительны обыкновенные шутки, приправленные даже некоторым озорством.
Он удивлялся тому, что у кошки прорезаны две дырочки в шкуре, как раз на том месте, где у нее находятся глаза.
2.2. Остроумие нелепости
Автор «Поэтики» Аристотель создал формулу, согласно которой: «…Смешное — это некоторая ошибка и безобразие, никому не причиняющее страдания и ни для кого не пагубное». Блестящим подтверждением формулы Аристотеля является прием «остроумие нелепости».
Остроумие нелепости может быть реализовано посредством нескольких способов создания комического эффекта: логическая несовместимость, бессмысленная детализация, нарушение логической последовательности событий, а также смысловая бессмыслица. Рассмотрим эти способы подробней.
Способ создания комического эффекта — логическая несовместимость или алогизм (греч. а — отрицание и logismos — разум, нелогичность, несовместимость с требованиями логики; сознательное нарушение логических связей с целью создания стилистического эффекта). Например, таким образом, как в этой коротенькой истории про слонов. Сидят два слона. Вяжут. Летит корова. Через некоторое время вторая. Затем третья. Один слон обращается к другому: «Послушай, может у них там гнездо?» Или такой анекдот из коллекции З.Фрейда. Вена, анекдоты о графе Артуре.
Какая разница между крокодилом? — спрашивает граф.
Между крокодилом и чем?
Не крокодилом и чем, а между крокодилом?
Не знаю.
Крокодил в воде плавать умеет, а по суше — нет.
Поискам «смысла в бессмыслице» посвящены некоторые страницы исследований Зигмунда Фрейда. Так, например, в работе «Я» и «Оно» автор пишет, что «к остротам — бессмыслицам примыкает целый ряд продукций, построенных по типу острот и не имеющих подходящего названия, но могущих претендовать на наименование „кажущегося остроумным слабоумия“». З. Фрейд пишет, что острот — бессмыслиц существует бесчисленное множество и приводит в своей работе два примера. Предлагаем их вашему вниманию.
Некто, сидя за столом, куда была подана рыба, хватает дважды обеими руками майонез и затем проводит им по волосам. На удивленный взгляд соседа он, как бы замечая свою ошибку, говорит:
— Pardon, я думал, что это шпинат.
Или:
— Жизнь — это цепной мост, — говорит один.
— Почему? — спрашивает другой.
— А разве я знаю? — отвечает первый.
З. Фрейд пишет: «Эти крайние примеры оказывают свое действие, потому что они будят ожидание остроты, так что каждый невольно старается найти скрытый за бессмыслицей смысл. Но смысла нет никакого. Это действительно бессмыслицы. Этот мираж создает на одно мгновение возможность освободить удовольствие от бессмыслицы, эти остроты не совсем лишены тенденции; это — „провокации“, они доставляют рассказчику удовольствие, вводя в заблуждение и огорчая слушателя. Последний утешается возможностью самому стать рассказчиком».
Другим способом реализации приема остроумия нелепость является способ создания комического эффекта — бессмысленная детализация. Этим приемом пользовались многие выдающиеся пис атели. Так, например, Ф. Рабле в бессмертном произведении «Гаргантюа и Пантагрюэль» пишет: «…В это самое время из города, спасаясь от огня, выбежало шестьсот — да нет, какое там шестьсот! — более тысячи трехсот одиннадцати псов…» Или вариант, вышедший из под пера А.П. Шполянского (Дона Аминадо): «Ольга Павловна медленно тянула замороженный „Пиппер-Айдзик“ и, запрокинув свою отяжелевшую от счастья голову, смеялась так, как смеются одни только близорукие шатенки тридцати четырех или тридцати пяти лет…»
Еще одной формой существования нелепости является смысловая бессмыслица или нонсенс (лат. non — не и sensus — разум, смысл. Нелепое, бессмысленное). Предлагаем еще один пример из коллекции З. Фрейда. Проситель встречает в доме богатого человека, своего товарища по ремеслу, который не советует ему продолжать свой путь. «Не ходи сегодня наверх, барон сегодня не в духе; он никому не дает больше одного гульдена». — «Я все-таки пойду наверх, — говорит второй проситель. — Почему я должен подарить ему этот гульден? Разве он мне что-нибудь дарит?»