Чтение онлайн

– Ничего, – сказала Кира сдержанно, – мне не очень нравится, потому что я в принципе не люблю этот… душераздирающий тон. Но для такого материала он как раз уместен. Только убери, что ты училась у него чувству юмора. Оно либо есть, либо нет, научиться ему невозможно. Кстати, у Костика его не было.

Верочка обиделась. Обида была легонькой, но ощутимой, как укус комара. Эта лошадиная морда, банкирская дочь, Аллочка Зубова – интересно, управился с ней Лешик, или она все ломается?! – сказала то же самое. Нельзя, мол, научиться чувству юмора, и все такое. Выходит, правильно сказала?!

– И еще вот здесь. – Кира рассеянно заправила за ухо свою суперчелку. – Вот этот абзац. Я бы его выкинула.

– Хорошо, – с готовностью согласилась Верочка, – конечно.

– Добрый вечер, – произнес низкий насмешливый голос, – идешь на рекорд? Самый длинный рабочий день в истории журнала «Старая площадь»? Многостаночница Кира Ятт?

– Это мой муж, – не поднимая головы от Верочкиного материала, с досадой представила Кира, – Сергей Литвинов. Сереж, это Верочка Лещенко, из редакции. Она привезла мне материал.

– Я вижу, – согласился Сергей Литвинов.

– Здравствуйте, – выпалила Верочка и улыбнулась ослепительно, но не вызывающе.

– Здравствуйте.

И что Кира в нем нашла?

Высоченный, худой, длинноносый, сутулый. Темные волосы и быстрые, внимательные, как будто птичьи, глаза. Ну, очки, джинсы, свитер – все очень дорогое и стильное и как-то примиряющее с общей невыразительностью облика.

Нет, Верочка не понимала, как можно выбирать таких мужчин. Вот Костенька – да, это был мужчина. От одного взгляда на него – глаза веселые, зубы белые, загар альпийский, волосы пшеничные – хотелось мурлыкать и сладко тереться об ногу.

А это что?! Разве это подходящий муж для такой красотки, как Кира?! Впрочем, ее посадят в тюрьму, и муж ей больше не понадобится. Интересно, если ее посадят, он сразу с ней разведется или будет благородство изображать? С разгону, возможно, и поизображает немножко, но разве мужики бывают верными?!

– Сереж, не мешай мне. Мы уже заканчиваем. Тим там что-то завывал про чай.

– Пап, ты пришел?!

– Пришел!

– Чай будем пить?!

– Сереж, – повторила Кира, морщась.

Верочка наблюдала и ждала.

– Мы с вами раньше не встречались, – сказал ей Сергей Литвинов. – Вы были у нас на даче, да?

Верочка удивилась, но виду не подала. Если муж могущественной начальницы – все-таки откуда он у нее взялся, раньше ведь точно не было?! – изволит вести с ней беседу, значит, она должна беседу поддерживать.

– Я, кажется… Кажется, да, была. Я привозила Кире Михайловне статью. А вы тоже там были?

– Был, – согласился Сергей, – но в другой раз.

– Кира Михайловна плохо себя чувствовала, мы все материалы к ней на дачу возили, а она статью писала про детективы, – затараторила Верочка. – Даже Леонид Борисович, а он у нас вообще никуда никогда не выезжает, целыми днями в редакции сидит, и то поехал! Потому что без Киры Михайловны…

Вдалеке вдруг что-то упало с таким грохотом, что с Кириных колен разлетелись белые листочки.

– Что там еще такое, господи!..

Она проворно выбралась из-за низкого столика, Верочка подобрала ноги, чтобы Кира не наступила.

– Мам, что такое?!

– Не знаю. – Кира выскочила в коридор, и ее муж следом, Верочка проводила их глазами.

Ничего особенного не случилось. С вешалки обрушился Верочкин пакет с бумагами и какой-то едой. Верочка сунула его на самый верх, очевидно, не сообразив пристроить пониже.

– Вера, – позвала Кира, обнаружив вывалившиеся на пол внутренности пакета, – у тебя тут катастрофа!

– Ах, боже мой! – воскликнула Верочка, выскочив в коридор, кинулась на пол и стала проворно втискивать содержимое пакета обратно. – Извините меня! Извините меня, пожалуйста!

– Ничего, – сдержанно сказала Кира.

Когда пакет был собран, Верочка взглянула на хозяйку, которая стояла посреди коридора, и поняла, что аудиенция окончена. Она быстренько оделась, кстати, муж пальцем не шевельнул, чтобы подать ей пальто, и попрощалась.

– Как она воняет! – высказался из кухни Тим, едва за посетительницей закрылась дверь. – Меня тошнит.

– Она не воняет, а просто сильно душится, – поправила Кира. – Ничего тебя не тошнит!

– Она не душится, а воняет!

– Тим, так говорить нельзя.

– Ну, конечно, воняет, – откуда-то подтвердил Сергей, – открой окно, Кира. Тим, ты тоже открой. У вас что, принято навещать по ночам начальство?

– У нас не принято, но она очень ответственная девочка.

– Ответственная, а воняет!

– Тим!

– Папа тоже сказал, что воняет!

– Ну конечно! Раз папа сказал, то воняет. Как это я сразу не сообразила?

– Ты несообразительная, – сообщил Сергей, появляясь на пороге. Кира посмотрела на него.

За что ей такое наказание? Мало того, что он обошел всех соседей, никого не забыл и перед всеми поставил ее в ужасное положение, еще и Верочку принесло, как раз когда бывший муж решил опять проживать в ее квартире! Кира вполне могла себе представить, что именно, кроме убийства бедолаги Костика, будет занимать завтра Магду Израилевну, Катю Зайцеву, Гришу Батурина и всю остальную компанию.

Ее личная жизнь, вот что.

– Федот Шубин и его няня по имени Вася вчера вечером видели, что на третьем этаже Лена Пухова разговаривала с Костиком, – невыразительно произнес Сергей. – При этом она плакала и от Васи с Федотом отвернулась.

Кира уронила на пол пачку сигарет. Сигареты рассыпались и закатились под стол и диван.

– Лена Пухова сказала мне, что весь вечер спала и никого не видела вообще, кроме нашей Валентины, которая выскочила из подъезда и дунула в сторону метро. Когда она мне все это излагала, она опять плакала. Вася с Федотом, когда строили в песочнице башню, тоже видели Валентину. Все.

– Что – все?

– Все, значит, все. Больше я ничего не узнал.

Кира взялась за щеки, позабыв, что собиралась курить.

– Сереж, этого не может быть… К тому времени, когда убили Костика, Валентина давно ушла.

– Вот именно.

– Что?

Сергей опустился на пол и пополз вокруг стола. Сигареты он собирал в кулак.

– Сергей!

Он лежал животом на ковре и шарил рукой под диваном. Ноги в меховых немецких тапках неожиданно оказались перед самым его носом.