Чтение онлайн

– Привет, Титовы, - голос такой же. Тонкий, будто имеешь дело с избалованной девчонкой.

– От Титовой слышу. Или теперь ты претендуешь на фамилию будущего депутата? Уже примеряла? Любовь Исмаилова! Как звучит, - ехидничал брат.

– Не хами, - бросила Люба и подошла к одному из стульев у стола.

Села не напротив, а рядом, смотрела на меня прямо. Такая разница по сравнению с той разбитой и растерзанной молодой женщиной, какой я ее запомнил. Я не жалел ее, как и не жалел себя. Мы все получили то, что причиталось.

– Что ты здесь делаешь?

– Пришла кое-чем поделиться.

– Не стоит, - Я киваю Егору, давая понять, что Любу лучше проводить отсюда и как можно скорее.

– Я так не думаю.

Прежде, чем мне удалось возразить еще раз, она достала красную папку и демонстративно сунула ее в руки брату. Тот с охотой подхватил увесистый талмуд и погрузился в изучение документов.

Все это было похоже на театральное шоу, где актер делает вид, что не замечает своего главного и единственного зрителя - меня.

Я исподтишка изучал женщину, которая сидела рядом. Спокойная, уверенная в себе. Спина прямая, натянута как струна. Я потерялся в годах, но ей должно быть уже чуть за тридцать. Не важно. Она почти не изменилась, возможно стала менее восприимчива к неудачам, более разборчива в тех с кем спит.

Хотя, нет.

Я не доверял Любе. У меня были на то свои причины, и даже тот факт, что она принесла нам нечто на Исмаилова не делало её в моих глазах помощницей и спасительницей ситуации.

– Егор, проверь, чтобы там не было подставы.

– Без сопливых скользко, - пробурчал брат, зарывшись в документы.
– Мы конечно все изучим под микроскопом, но баааатюшки… Люб, да ты принесла клад!

Я удивленно сглотнул. Значит, бумаги настоящие. Значит… Люба пошла против своего начальника, вот только зачем? Такая осторожная, честолюбивая девочка сделает все, чтобы сохранить теплое место под жопой, а благородство никогда не было сильной стороной Любы. Если кто-то заметит Фролову здесь, это приведет к потере работы, денег, покровителя. Лишь одно могло сподвигнуть человека на этот шаг - и это страх. Но чего она боялась? Или кого?

Егор перелистывал страницу за страницей. Медленно и вдумчиво. Он качал головой, усмехался, но не произносил ни слова. Мы все молчали, словно от выводов старшего брата зависело то, как дело пойдет дальше.

– Охренеть! Женщина, сколько тебе потребовалось времени, чтобы собрать все это?
– брат не добрался и до середины.

– Больше, чем ты думаешь.

– Макс, тут хватит не то что на шантаж, мы его упечем лет на пять минимум! Ну и на политической карьере можно смело ставить крест! Как ты вообще достала документы?

Люба ухмыльнулась.

– Это не важно. Важно то, как вы ими воспользуетесь.

– Воспользуемся самым эффективным образом, уж будь уверена, - Егор улыбался так, словно в его руках оказался пароль от главного компьютера Пентагона и он собирается классно повеселится.
– Проси все, что хочешь за этот без сомнения прекрасный набор ужасной инфы на Тиграна.

Люба покачала головой.

– Я серьезно. Это стоит огромных денег.

– Я похожа на женщину, которой нужны деньги?
– она сложила руки на груди. На одном из запястий блеснул браслет известного ювелирного дома стоимостью около миллиона рублей. И она его точно купила не сама.

– Деньги нужны всем. Но дело, конечно твое, Люба.

Егор закрыл папку и закинул одну ногу на другую. Номер снова погрузился в тишину, и ее разбавлял лишь шум тележки, которую по коридору тащила за собой горничная.

– Мне нужно поговорить с Максимом, - наконец-то выдала свое желание Фролова.

– Говори, я здесь.

– Наедине.

Брат перевел взгляд с женщины на меня и обратно, поигрывая бровями. Я закатил глаза в ответ на его тупой и неуместный намек.

– Иди, она меня не съест.

– Я бы на твоем месте не был так уверен, - он постучал ладонью по красной папке, положил ее на стол и оставил нас.
– Ладно, я пока позвоню кое-кому.

Он вышел из номера, но я еще несколько секунд слышал голос брата. Совсем другой: нежный, глубокий, живой. Он разговаривал с Пашей, единственной женщиной, которая смогла приручить это чудовище.

Нас же с Любой ждал свой, совсем другой разговор. И в этом союзе было не ясно, кто из нас дрессировщик, а кто монстр.

– Кто начнет первым?

– Как обычно я. У тебя для такого никогда не хватало смелости.

Мы несколько секунд молчим и смотрим друг другу в глаза. Я устало, Люба с вызовом. С идеально зачесанными волосами и всполохами пламени в зрачках она похожа на нарисованную картинку. Красивую, но не настоящую.

– Ты постарел, - констатирует моя бывшая жена.

– Молодильные яблоки нынче дефицит, - я прошел к столу, на котором мерцал цветными бликами хрустальный штоф, - будешь?

– Не пью.

– Я тоже.

С этими словами плеснул в тумблер виски и одним глотком выпил его. Алкоголь тотчас опалил гортань, опустился ниже, сводя желудок в судороге. Дрянь. Редкостная дрянь!

– Не хочешь узнать, что мне от тебя нужно, - вкрадчиво спрашивает Люба. От ее голоса по нервам нехорошо царапает когтями и хочется поскорее закрыть уши.

– Вероятно мою душу, товарищ Сатана.

– Юмор это не твое, милый. В этом тебе далеко до Егора.

Она берет стакан из моих пальцев и ставит его на стол. Штоф переливается на солнце хрустальными гранями, когда Люба поднимает графин в воздух. Медовая жидкость наполняет тумблер почти до самых краев. Я смотрю, как моя бывшая ассистентка вытягивает губы и медленно, с наслаждением пьет виски.

Не как крепкий алкоголь, а как молоко или шоколадный коктейль.

Даже не морщась.

Все это шоу рассчитано на меня, но я не понимаю, с какой целью.

– Чего ты хочешь?

– Чтобы ты уничтожил Исмаилова, - она улыбается одними губами. А в глазах по прежнему темно и пусто.

– Зачем это тебе?

– Очень хочется жить.
– Объявляет так просто, словно просит взвесить полкило помидор на рынке, но голос дрогнул. Лязгнул тем самым страхом, от которого не спрятаться за улыбкой и вежливостью.
– Я против Тиграна не устою, слишком мелкая сошка, без связей и влияния. А вот ты бы мог с ним пободаться.