Чтение онлайн

С новым заявлением об уходе иду к Матвею. Секретарша говорит, что он не занят. Пару раз стучу в дверь и опускаю ручку.

– Можно?

Матвей слегка удивлён, что я к нему пришла.

– Да, проходи, - отрывается от компьютера.

Плотно закрываю за собой дверь и сажусь на стул. На совещаниях в присутствии других людей мы общаемся на «вы», я называю Матвея по имени-отчеству. Но наедине в этом нет необходимости. Даже больше: будет слишком нелепо.

– Я думала несколько недель и решила уволиться, - приступаю сразу к делу.
– У меня осталось две недели отпуска, так что я возьму его с последующим увольнением. Подпиши, пожалуйста.

Кладу бланки Матвею на стол.

Он растерян. Опускает глаза в бумаги, читает, потом снова поднимает на меня.

– Почему ты решила уволиться? Антонина хвалила тебя, говорила, что вы сработались.

– Да, у тебя хороший главбух, мы нашли общий язык. И всё же я хочу уволиться.

– Потому что будешь исполняющей обязанности, а потом ее замом?

– Нет, по личным причинам.

Какой смысл скрывать и придумывать глупые отговорки? Я увольняюсь из-за Матвея.

– Из-за меня?

– Да.

Матвей вздыхает и откладывает в сторону ручку.

– Разве я как-то тебя обижаю или притесняю?

– Нет. Наоборот слишком хорошо ко мне относишься. Другие сотрудники начали замечать.

– И поэтому ты увольняешься?

– Я не хочу работать с тобой, Матвей, - честно говорю.
– Это странно. Мы были мужем и женой. У нас были счастливые два с половиной года и ужасные полтора года. У нас был не очень красивый развод, после которого мы не виделись три года. И сейчас вдруг работать вместе? Я так не могу. Я не такой робот, как ты.

– Я тоже не робот, Юля, - произносит устало.
– Мне тоже странно и необычно видеть тебя каждый день в качестве своей подчинённой, прилюдно разговаривать с тобой на «вы» и делать вид, что у нас не было четырёх лет вместе.

– Тем более.

– И всё же это не повод, чтобы ты уходила.

– Повод.

– Нет, Юль.

Боже, как же звучит его это «Нет, Юль». Как мольба. Быстро сглатываю непонятно откуда образовавшийся ком в горле.

– Матвей, давай не усложнять?
– тихо прошу.
– Просто подпиши.

Качает головой.

– Я не хочу подписывать.

– Почему?

Молчит. Смотрит на меня и молчит. Его взгляд в душу пробирается и наизнанку ее выворачивает. Зачем он это делает? Почему не может просто подписать?

– Подпиши, - требую.

Медленно качает головой.

– Подпиши.

– Нет.

– Подпиши!
– перехожу на крик.

Он даже не берёт в пальцы ручку.

– Ты просто издеваешься надо мной!
– вскакиваю на ноги.
– Можешь не подписывать. С понедельника у меня отпуск, а через две недели вернусь из него, чтобы забрать вещи и документы. Хороших вам выходных, Матвей Алексеевич.

– Юль, подожди.

Не успеваю развернуться к двери, как Матвей оказывается возле меня и хватает за руку. Его прикосновение обжигает словно пламя. Он, видимо, тоже что-то чувствует, потому что резко меняется в лице. Но не убирает руку, а идет дальше - кладёт вторую ладонь мне на талию.

– Юль.…

Меня парализует на несколько секунд, но удаётся быстро собраться. Вырываюсь из захвата Матвея и отхожу на шаг.

– Никогда не смей ко мне прикасаться, - шиплю.
– Сегодня у меня последний рабочий день. С понедельника отпуск с последующим увольнением. Мне все равно, подпишешь ты или нет. В понедельник меня здесь уже не будет.

Стремительно выбегаю из кабинета с колотящимся сердцем.

Матвей

Юля выбегает из кабинета, а я остаюсь наедине с её заявлением об уходе. Возвращаюсь в кресло и беру в руки бланк. Долго смотрю на красивый аккуратный почерк. Потом откладываю заявление в сторону и падаю затылком на мягкую спинку кресла.

Юля.…

Я не собирался сам возвращать ее в свою жизнь. Но она вернулась волею судьбы, и у меня ни идеи, что делать дальше. Одно ясно: отпускать не хочу. Но не понимаю, как хорошего бухгалтера или как девушку, от которой спустя столько лет ёкает сердце.

В прошлом мы совершили много ошибок. Сейчас, оглядываясь назад, я могу объективно оценить произошедшие события. Мы поженились в двадцать лет, а на момент свадьбы были знакомы всего пять месяцев. У нас была безумная любовь, мы друг в друге растворились. Но ни у меня, ни у Юли не было опыта серьёзных отношений. Брак - это не только любовь. Это ещё умение разговаривать, обсуждать проблемы и находить компромисс.

А с этим у нас были сложности с самого начала. Мы не умели договариваться и приходить к компромиссу. Например, Юля с первого взгляда невзлюбила моих друзей, даже толком не познакомившись с ними. Я привёл Юлю на одну из студенческих тусовок, а она увидела, что в нашей компании много девушек и сразу напряглась. Потом она заметила, как три мои близких друга - Сергей, Женя и Костя - легко общаются с девушками и к концу вечера уходят с ними в обнимку.

Всё. Это был конец света. Юля навешала на моих друзей ярлыков и запретила мне с ними общаться. Она почему-то полагала, что мои друзья могут плохо на меня влиять. Как будто мне пять лет, и у меня нет своих мозгов. Как будто если мои друзья выпрыгнут в окно, то я тоже выпрыгну в окно.

Юля очень ревнивая. Она не хотела замечать, что я осознанно выбрал только ее. Кто меня в двадцать лет заставлял вступать с девушкой в серьёзные отношения, а через пять месяцев жениться на ней? Никто. Я сам захотел, потому что полюбил Юлю. Я мог бы менять девушек как перчатки. Мог бы каждую ночь проводить с новой. Но я этого не хотел. Мне это было неинтересно. Я хотел быть только с Юлей. Но факт того, что из всех девушек вокруг я выбрал именно ее, не был для Юли доказательством моей любви. Она все равно меня ревновала.

Я ещё пытался подружить Юлю со своей компанией, водил ее на наши мероприятия. Но она была как не в своей тарелке. Ей никто не нравился, в том числе девушки. Особенно девушки. Ревновала меня к каждой однокурснице. Видя свободную и ничем не обремененную жизнь моих приятелей, Юля почему-то была уверена, что они собьют меня с пути истинного, и я начну ей изменять, а потом брошу. Один из моих приятелей неудачно пошутил, сказав, что я без разрешения своей девушки шагу никуда не делаю, и она вовсе восприняла мою компанию в контры.

Под Юлиным давлением я сократил общение с друзьями до минимума. Общался только по телефону, но никуда с ними больше не ходил. Что меня не пускает девушка, естественно, не рассказывал, но они сами догадались, потому что я стал игнорить приятелей именно с появлением в моей жизни Юли. Они же не слепые. Прекрасно замечали, как на наших мероприятиях Юля сидела в углу и ни с кем не хотела общаться, а я прыгал вокруг нее. Друзья начали надо мной посмеиваться и в шутку называть подкаблучником. Я не обращал на это внимание и не обижался. А вот Юле не нравилось.