Чтение онлайн

— Может быть, ты меня не хочешь… Но… Тигрица в тебе меня хочет… Уже в трусики потекла… Я обожаю твои трусики. И как я сразу не понял, мммм.. На тех фото были твои трусики!

— Потому что ты…. Дурак….

Ваня сбивает трусики в сторону, погружаясь в меня двумя пальцами. Открытая и влажная расщелина с благодарностью сжимается вокруг его пальцев. Он нажимает, надавливает там, где надо.

О, как сладко.…

Аж пальчики на ногах поджимаются, и вдоль позвоночника бегут царапающие мурашки.

Простреливает все тело, до самой макушки.

— Дурак, — соглашается Иван.

Оторвавшись от розового соска, ноющего от ласк его рта, муж подонимает на меня взгляд.

Сейчас его глаза сверкают, переливаются, будто посылая в меня лучи загадочного света.

Он улыбнулся, погладив меня по щеке. При этом его свободная рука продолжала блудить у меня между ног, заставляя извиваться.

Улыбка всего на миг освещает его лицо и глаза, потом он становится серьёзным. Скулы заостряются, губы выталкивают слова:

— Но у меня есть одно преимущество. Я — твой дурак. С момента знакомства и по сей день — твой дурак. Я не шучу и не играю, Наташ.

Он прижимается к моему рту, глубоко и жадно целуя.

Вбирает мой язык, покусывая его алчно. Самый кончит зажат между его зубов, он двигает по нёму своим быстро-быстро.

И его пальцы переходят в молниеносную атаку, частыми толчками вонзаясь в податливую плоть.

Как пошло и влажно звучат его пальцы…

Как громко хлюпает…

Я ещё больше раскрываюсь, балансируя с широко раздвинутыми ногами. Задница висит на самом конце кресла, хочу ещё и ещё…

Не останавливайся!

Остановится, убью… Но сначала сниму резинку с волос, пережму его член у самого основания и оседлаю, натрахавшись от души…

А потом…. хоть потоп!

— Давай, моя девочка… Давай…. Потеки для меня хорошенько, как я люблю! — рычит мне в рот муж, ускоряясь.

В вагину толкается третий палец, теперь он трахает меня тремя и немного меняет положение руки так, чтобы каждый раз влажно шлепать всей раскрытой ладонью.

Изнутри накатывает огненный шар, собираясь вспыхнуть.

— Покажи, как ты себя ласкала… Покажи… По переписке. Не поверю, что не заводилась ни разу! Давай же…

Прикусив меня за губу, муж испускает горячий, глубокий стон с рыком, дрожит всем телом. Его член как штык натягивает пижамные штаны.

Я слышу, как часто бьется его сердце, которому противопоказаны и волнения и перегрузки, и сладкое-жирное-копченое-соленое…

Вся жизнь должна стать пресной и размеренной!

Но именно сейчас я посылаю это все далеко-далеко за горизонт и позволяю себе насладиться яркими, горячими минутами близости с мужем.

— Ещё…. — требую я, сдавшись. — Ещё!

Он замедляется, я стискиваю его пальцы.

Он одобрительно присвистывает.

— Всегда любил твою сочную пизденку. Такую только разогрей и потом еби в свое удовольствие, да? — шепчет горячо и пошло мне на ухо, облизывая шейку чуть ниже. — Кого нужно выебать хорошенько? Говори!

Медленно-медленно истекают секунды до следующего толчка его пальцев, которые не доходят туда, куда надо.

Снова и снова…

Вместо жаркого спазма — пустой позыв.

Ах, он издевается нарочно…

— Я могу и сама кончить. Без тебя… — хриплю, опустив пальцы на клитор.

По телу запускается ток. От приливов потрескивает в ушах.

— Можешь, конечно. Но ты же знаешь, вот здесь хочется больше.… — вонзается пальцами в лоно мучительно медленно. — Вот здесь хочется пожестче…

Муж прижимается лбом к моему, палит взглядом в мои глаза, не щадя и не позволяя разорвать этот зрительный контакт.

Как поединок.

Или страстный танец.…

Схлестываемся взглядами, но продолжаем, не желая уступать.

Он медленно изводит меня пальцами, я балую себя, мастурбируя.

Получаю кайф, который проходится по самому краешку оргазма, но так и не превращается в него.

— Говори! — требует муж.

По вискам струится пот. Он тяжело дышит. От широченной грудной клетки во все стороны валит пар. Как всегда, вспотел, мокрое, грязное и пахнущее мужиком… животное.

Заводит ли это?

По телу горячая лава струится и закручивается там, где его пальцы лишь дразнят и вызывают ещё больший аппетит.

— Признайся…. Хорошей девочке Наташе всегда нравилось, когда плохой Ванечка ставил тебя… в позы и драл жестко. До дрожи в коленях. Так, чтобы до пяток текло.

Перед глазами темнеет и вспыхивает пространство комнаты, закручиваясь вихрем.

Затягивает в омут его глаз.

Все мои ощущения стягиваются невыносимо острой пульсацией и голодной пустоты.

Которую нужно сейчас же заполнить.

Снова и снова.

Большим, крепким, толстым…

— Хочу твой член, — сдаюсь.

— Отлично. Вот он.… можешь потрогать.

Иван дергает вниз штаны и тянет мою руку на свой толстый член, перепачканный смазкой. Какой несдержанный! Того и гляди, выстрелит спермой…

Я успеваю сжать пальцы кольцом вокруг его толщины, как он резко щелкает по запястью и отбивает мою руку:

— Потрогала? Пошла вон! Не заслужила…

— Скотина, — стону.

— Эта скотина сейчас тебя развернет, поставит на четвереньки и хорошенько выдерет. Хочешь?

Реальность превращается в безобразно жаркое месиво наших тел, запахов, ртов, языков.

Не разобрать, где заканчиваюсь я и начинается — он.

Всё едино.

Так есть ли разница…

— Да! — выдаю в воздух со стоном. — Трахни меня.

Легкий разворот, мир качнулся и перед глазами очень близко вспыхнул узор кресла, под щекой — его рисунок, немного выпуклый.

Ладонь Вани придавливает мою голову к поверхности кресла. Ладонью шлепает по ягодице, остальное я делаю сама — выгибаюсь, подстраиваюсь, дрожу в ожидании.

— Трахнуть тебя, говоришь?

По влажным складочкам проходит крупная головка в смазке.