Чтение онлайн

— Вы же понимаете, что единственный способ воздействия на такую сильную и волевую женщину, как ваша дочь — это ребенок.

В глазах Лидии появляется немой вопрос, и я спешу объясниться.

— Если она поймет, что у суда больше оснований для того, чтобы оставить Лею мне, а не ей, то она наверняка передумает разводиться.

Женщина морщит лоб.

— То есть ты хочешь выставить мою дочь в плохом свете перед судом?! — повышает она голос, привставая на месте, словно хочет меня ударить, но вдруг резко берет себя в руки.

В глазах проскальзывает секундное осознание. Ситуация разворачивается не в мою пользу.

— Я не отрицаю — способ у меня жестокий. Но как иначе вразумить Настю, что без меня она не протянет?

Лидия пытается привести новые аргументы, но я снова перехватываю инициативу.

— Вы же знаете, что ваша дочь совершенно не умеет зарабатывать. Знаете, что не протянет она без меня. Да и Лее то, как без отца расти?

Такую я всегда метко. Лидия на женщин в своем роду и не ставила никогда. Мальчика всегда хотела, а вышла дочка. Вот теперь и докажи ей, что без мужика Настя не протянет долго. А с прицепом то баба никому не нужна!

— Ох, Леша. Без отца это конечно не семья. Но может как-то иначе можно? Без суда и споров? За Лею ведь тоже она переживает.

— Без суда говорите?! А о самой Насте вы подумали? Думаете хорошо вашей дочке без мужа живется? Кредиты, ипотеки сама не потянет. Да и с прицепом думаете, нужна будет кому-то дочка ваша?

Понимаю, что иду ва-банк со своим предложением. Слишком уж рискованно говорить подобное старой женщине.

— Леша… прошу хватит, — шепчет она, прикрыв лицо руками, — правду рубишь. Даже не знаю, что тут еще сказать.

— Ну вот, Лидия Николаевна. Вы сами все знаете. Так помогите вразумить вашу дочь! А как вы знаете — самые жесткие меры, самые эффективные.

Женщина сидит молча, задумчиво глядя то в окно, то на мою нетронутую чашку чая.

— Ой некрасиво это всё как-то.

— А у вас есть другие идеи, как семью сохранить?

Очередной тяжелый вздох тещи выводит из себя.

Я столько времени потратил на ее обработку, чтобы теперь потерять такую союзницу.

Едва на меня накатывает новая волна злости, как Лилия, наконец, дает заднюю.

— Что нужно будет делать?

— Снотворное есть у вас?

— Снотворное? — расширяются глаза тещи, — зачем тебе снотворное?

Достаю из кармана несколько пластинок с таблетками и молча протягиваю женщине.

— Нужно будет дать Насте несколько таблеток в указанные дни. Так она родительские собрания проспит, работу, встречу с органами опеки…

— Леша… — голос Лидии почти хрипит он ужаса, — как-то это не по-человечески.

— А разрушать наши жизни спустя тринадцать лет брака это по-человечески?

— Но ведь органы опеки?! Так все серьезно!

— Да все хорошо будет. Она только поверить должна, что угроза для Леи существует. И сама сделает шаг мне навстречу.

Лидия молчит. Долго изучая упаковку с таблетками.

— Вы же знаете, что я для Насти же стараюсь.

Женщина молчит, пока я с тревогой жду ее решения, как вдруг из прихожей раздается звук открывающейся двери.

Вот же черт! Как это не вовремя.

Дверь с грохотом открывается и спустя секунду на кухонном пороге появляется моя ненаглядная женушка.

— Кисляков?! Мама? — Настя недоверчиво смотрит на нас обоих, — какого черта он делает у нас в доме, и что вообще здесь происходит?

Настя

Сергей стоит на пороге моего кабинета ровно без пяти шесть.

— Ты уже готова? — спрашивает он, заглянув в дверной проем.

Закрываю экран ноутбука и задумчиво смотрю на мужчину.

Последние несколько недель работа заставляла меня отвлекаться от мыслей о разводе, поэтому я засиживалась до последнего.

И только желание увидеть свою малышку Лею, заставляло меня возвращаться из офиса домой.

— Да, пойдем.

Сергей помогает мне надеть пальто, и, галантно придержав дверь кабинета, пропускает вперед.

Первые секунды в его машине, чувствую небольшую неловкость.

Едва знакомый мужчина. А уже отвозит меня домой…

Да я бы, и сама могла добраться. Наверное. Что там мне этот Кисляков? Я прожила с ним тринадцать лет, ему духу даже не хватит, чтобы мне навредить.

Мои мысли прерывает настойчивый голос мужчина.

— Ты в порядке?

— Если ты о сегодняшнем, то да. Кисляков больше не сунется в офис.

— Не только о сегодняшнем. Я в целом.

Этот вопрос дается мне гораздо сложнее. Некоторое время думаю над формулировкой, прежде чем ответить.

— Не думала, что развод дастся мне настолько сложно.

— Правда? Неужели ты полагала, что это будет легко и просто?! Ты ведь отпускаешь огромную часть старой жизни. Конечно, это страшно.

— Ты когда-нибудь разводился, чтобы знать какого это?

Понимаю, что меня немного заносит. Такие вопросы не задают мужчине, которого едва знают.

— Нет. Я вообще не уверен, что когда-то был влюблен.

— Правда? Как же ты жил? Как строил отношения? Как же самая чистая первая подростковая любовь?!

Сергей смеется в голос.

— Хм, подростковая любовь! За всю жизнь мне понравилась только одна девушка. Но с ней не вышло. А подобной искры, или как это у вас женщин называется, я и не испытывал никогда.

Он заезжает во двор, аккуратно подруливая к моему подъезду.

— Так ты ждешь свою «искру»? — переспрашиваю с ухмылкой.

— Я не уверен, что дождусь. Но в целом, да. Я, наверное, слишком романтичный, но не вижу смысла строить отношения с человеком, если между вами нет чувств.

Серега поднимает на меня взгляд. Долго и пристально изучает мои глаза, словно пытается что-то в них прочесть.

— Забавно, — вдруг говорит он, и на этом замолкает, только распалив мой интерес.

— Что забавно?

— Да ничего такого, — отмахивает он, явно стараясь избежать ответа. — Просто подумал, какое интересное совпадение.