Чтение онлайн

— Знаю, Марта, — твердым голосом ответила я. — Сейчас не время для волнений, время — действовать. Нам нужно накормить голодных и уставших людей. Много простой, сытной и горячей еды.

Я быстро продиктовала список: большие порции густой овсяной каши на молоке, все имеющиеся фрукты, поджаренные тосты, свежее масло, нарезанное вяленое мясо, варенье.

И обязательно — огромный чан крепкого, бодрящего кофе. Накрыть нужно в главном зале, чтобы всем хватило места и не было тесноты.

Марта слушала, кивая, но в ее глазах читалось настоящее отчаяние.

— Сегодня-то я справлюсь, родная, — запричитала она, заламывая в тревоге руки. — Но чем завтра удивлять короля будем? А послезавтра? Запасы-то на исходе, а пополнить их негде!

— Как негде? — не поняла я. — В окрестных деревнях купить. Или обменять.

В ответ Марта посмотрела на меня с такой глубокой, безнадежной грустью, что у меня внутри все похолодело. .

— Деревни сами голодают, дитя мое, — медленно и сокрушенно покачала головой она. — Потому наш хозяин и затеял все эти переговоры. Земля Хельгарда увядает. Уже пятый год урожаи скудные, а скот дохнет.

По спине пробежала ледяная волна. Вот она, подлинная причина всей этой суеты, этих смотрин, этой подавленной ярости Рикарда.

Не мужская прихоть, а отчаяние правителя, на чьих плечах — голод целой земли. А я тем временем забавлялась с колокольчиками и перемазанной в масле прислугой.

“Но, он сам виноват, — возмущенно подумала я про себя. — Мог бы и рассказать, вообще-то!”

— Сегодня накрывай, как договаривались, Марта, — сказала я уже без тени сарказма, максимально твердо. — А до завтра я что-нибудь обязательно придумаю. Обещаю.

Она посмотрела на меня с немым вопросом и сомнением, но все же кивнула — приказ есть приказ. И тут же, взявшись за дело, закричала на подмастерьев, разгоняя их по кухне.

Я же выскочила из кухни и помчалась по коридорам. Следующая задача — размещение. Первой же встречной служанке я отдала четкие указания: подготовить лучшие покои, свежее белье, горячую воду для “помыться с дороги” и обязательно заранее растопить камины.

Девушка замялась, нерешительно косясь на меня.

— Но, госпожа… лучшие покои уже заняты. Теми барышнями, что на смотрины приехали.

“Твою ж…” — выругалась я про себя.

Не теряя ни секунды, я развернулась и почти бегом направилась в кабинет Рикарда. Ворвалась туда без стука. Он стоял у большого окна, спиной ко мне, и его могучая фигура была напряжена, как струна.

— Невест нужно немедленно переселить в восточное крыло, — выпалила я, не давая ему опомниться. — И настрого запретить им оттуда выходить без сопровождения. Короля и всю его свиту размещаем в западных покоях. Пусть спят подольше и любуются на закаты — меньше будут слоняться по замку и разглядывать наши недостатки.

Он медленно повернулся. На его лице застыла все та же выжженная усталость, но в глубине золотистых глаз вспыхнула знакомая искра.

— Что, уже берешь командование на себя?

— Кто-то же должен, раз уж официальный главнокомандующий парализован, — не удержалась я от колкости, скрещивая руки на груди. — И, кстати, почему я, как последняя дура, только что от Марты узнала, что Хельгард беднеет, а народ голодает? Это, по-моему, довольно важное обстоятельство, о котором следовало бы упомянуть!

Он сжал кулаки и по его скулам пробежала резкая тень.

— Ты издеваешься надо мной, Галия? — прорычал Рикард. — Весь последний год я только об этом и говорю! Перепробовал уже все доступные способы, чтобы найти причину упадка и исправить положение, но все бесполезно. Эти переговоры — наш последний шанс. Наши магические кристаллы в обмен на их продовольствие. Иначе предстоящая зима станет для многих последней.

В его голосе звучала не привычная ярость, а сдавленная, хриплая горечь человека, загнанного в угол обстоятельствами.

— Ты же понимаешь, что по сути это кабала? — тихо спросила я. — Отдать свое главное богатство в обмен на миску похлебки?

— Я ВСЕ ПРЕКРАСНО ПОНИМАЮ! — прогремел он и стены кабинета содрогнулись. — Если бы у меня был другой путь, я бы по нему пошел, не раздумывая! Но пока его нет — я буду договариваться. А твоя задача, раз уж ты предложила мне свою помощь — подготовить мне в жены хоть кого-нибудь из этих… — он запнулся, не находя подходящего слова и досадно махнул рукой. — А пока что скажем, что хозяйке нездоровится и она не может присутствовать.

Я молча кивнула. Спорить сейчас было бессмысленно, а время утекало с каждой секундой. Прежде чем заняться невестами, я снова заглянула на кухню проверить подготовку — каша на столе аппетитно дымилась, а воздух был наполнен божественным ароматом.

— Марта, она божественна, — искренне похвалила я кухарку, отчего в ее глазах загорелся слабый огонек радости.

Сама же я отправилась выполнять неприятную часть поручения — на восток, в логово раздраженных претенденток.

Процесс переселения напоминал плохо организованный штурм. Возмущенные возгласы, негодующие взгляды, ядовитые комментарии — я парировала все это железной, саркастично-учтивой вежливостью, не оставляя пространства для открытого бунта.

Среди невест я выделила ту самую статную брюнетку с волосами цвета воронова крыла, с которой Рикард беседовал в первый день смотрин. Ее звали Аэлин.

Из всех, она выглядела самой более-менее спокойной и стойко принимала все тяготы переезда.

— Милая Аэлин, — завела я с ней разговор, помогая сложить одно из ее многочисленных платьев, — расскажи, пожалуйста, о своих землях. Чем славится ваш край?

Она, польщенная вниманием “бывшей хозяйки”, или просто решившая, что после истории с Лиот со мной лучше дружить, разговорилась. Я слушала вполуха, выуживая полезные детали о ее роде, связях и истинных амбициях.

Позже, поймав одну из старших служанок, я выяснила, что король прибыл с супругой и двумя высокопоставленными семейными парами. Остальная делегация состояла из нескольких мелких чиновников, подручных и слуг.

Весь день пролетел в лихорадочной суете, которую я всеми возможными способами пыталась организовать. К вечеру, когда делегация была накормлена, размещена, а замок погрузился в напряженное, выжидательное затишье, меня снова вызвали к Рикарду.

Его кабинет был погружен в полумрак, пахло дымом от камина и чем-то тяжелым, похожим на решимость. Он сидел за массивным столом, перед ним лежала аккуратная стопка пергаментов.