Чтение онлайн

— Мы нашли их базу, — без предисловий начал он. Голос звучал глухо, устало. — В двух днях пути отсюда, в старых шахтах. Там целый лагерь. Орден Чистоты не просто выжил — они готовятся к удару.

— Зимний пир? — спросила я, хотя ответ и так знала.

— Да. Они знают, что мы будем отвлечены, что все соберутся в замке. Эдрик хочет ударить в момент наибольшей беззащитности. Но мы ударим первыми. Герард, Аластор, Дариан и я выдвигаемся на рассвете. Разведка уже подтвердила: если застать их врасплох, можно уничтожить большую часть.

Я слушала и чувствовала, как внутри закипает привычная злость. На что? На него? На себя? На эту дурацкую ситуацию?

— А мы? — спросила я. — Мы с девочками?

— Вы остаетесь здесь, — он повернулся ко мне, и в его глазах горела та самая стальная решимость, которая не терпела возражений. — В замке. Под защитой стражи. Если что-то пойдет не так... ты уйдешь с Паулиной, Мари и Фреей в Вальдхейм. Герард оставит портал.

Я смотрела на него и не верила своим ушам.

— То есть ты хочешь сказать, что мы все это время готовились, зелья варили, кинжалы точили, а в решающий момент нас просто эвакуируют? Как детей?

— Как женщин, которых нужно защищать! — рявкнул он, и в голосе прорезалась драконья хрипотца. — Галина, ты не понимаешь. Это не игра. Эдрик будет использовать любую возможность, чтобы добраться до ядра. Если он захватит замок…

— Если он захватит замок, а нас здесь не будет, он все равно доберется до ядра! — перебила я, чувствуя, как внутри закипает знакомая буря. — Рикард, я не какая-то беспомощная барышня! Мне семьдесят три года, я пережила и дефицит, и перестройку, и старого пердуна в придачу! Я не собираюсь сидеть в норе и ждать, пока меня спасут!

— Ты моя жена! — он схватил меня за плечи, притягивая к себе. В его глазах полыхал золотой огонь. — Моя! И я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось!

Эти слова резали мою душу на маленькие кусочки. Никто и никогда мне не говорил такого с разрывающей сердце страстью.

Знаете, как мне хотелось поверить этим словам, упасть Рику в руки и больше никогда из них не выбираться? Очень сильно хотелось.

Но та часть меня, которая привыкла никому не доверять почему-то все еще была сильнее и диктовала свои условия.

Я понимала, что поступаю, как полная дура, но по-другому сейчас сделать не могла.

— Я твоя жена только по договору, — твердо взглянув в глаза дракону, ответила я. — И по договору обязана помочь тебе решить вопрос с королем и землями.

Лицо Рикарда приобрело какое-то нечитаемое выражение.

— И потом, — решила продолжить я, — камень, который нужен Эдрику, все еще у меня и он придет за ним, потому что без него — ему не осуществить свой план. Вот на этом и сыграем.

— То есть ты хочешь поиграть в героиню? — зло процедил дракон. — Хорошо! Я тебя услышал. Можешь остаться здесь.

После этих слов Рикард молча развернулся и ушел в темноту, а я осталась стоять у бойницы с чувством полнейшего идиотизма внутри себя.

Галина

Утро кануна Зимнего пира выдалось морозным, но солнечным. Небо над Хельгардом раскинулось бескрайним голубым шатром, и снег искрился так ослепительно, что хотелось зажмуриться. Или хотя бы надеть тёмные очки, которых в этом мире, конечно же, не водилось.

— Красота какая, — выдохнула Фрея, выглядывая из окна. — Прямо открытка новогодняя.

— Ага, — хмуро отозвалась я, пытаясь справиться с застёжкой тёплого плаща. — Только Деда Мороза не хватает. И чтобы без подвоха.

Подвох, как выяснилось, был, и заключался он в том, что наших мужей всё ещё не было. Они ушли на рассвете, и с тех пор — ни весточки. Браслет на моём запястье пульсировал ровно, без тревоги, но это слабо успокаивало.

— Вернутся, — твёрдо сказала Паулина, поправляя расшитую серебром шубку. — Герард обещал успеть к празднику. А драконы никогда не нарушают обещаний.

— Если только это не касается утреннего кофе в постель, — хмыкнула Марианна. — Вот тут у них хронический провал.

Мы дружно фыркнули, и напряжение немного отпустило. В конце концов, план есть план. Мы готовим ярмарку, украшаем ель, создаём вид беззаботного веселья, а мужья тем временем решают вопрос с бандой Эдрика. Всё просто.

Всё просто, если не считать, что у меня в кармане лежит камень, из-за которого весь сыр-бор, а на запястье пульсирует магическая связь с драконом, который сейчас неизвестно где.

Поляна за воротами замка преобразилась до неузнаваемости. Вокруг голубой ели, которая светилась даже при дневном свете, раскинулся настоящий ярмарочный городок. Десятки палаток и лотков пестрели товарами: расписные пряники, вязаные варежки, меховые шапки, деревянные игрушки, бусы из рябины и ещё тысяча мелочей, от которых у любого нормального человека разбегаются глаза.

Мы спустились туда ближе к полудню. Гости уже начали собираться — местные крестьяне в нарядных тулупах, купцы из дальних городов, несколько семей мелких дворян. Дети носились между палатками, визжа от восторга, и то и дело норовили стянуть с лотков леденец.

— Госпожа Грейстен! — ко мне подскочила запыхавшаяся Марта, раскрасневшаяся от мороза и суеты. — Всё готово! Пироги в палатке, горячий сбитень вон в тех двух котлах, мясо жарится на вертелах…

— Марта, ты волшебница, — искренне восхитилась я. — Без тебя бы мы пропали.

— Да ладно, — отмахнулась она, но щёки у неё порозовели ещё сильнее. — Я своё дело знаю.

Мы с девушками взялись за главное — украшение ели. Это оказалось целым приключением.

Фрея, пользуясь магией, подвешивала игрушки на самые верхние ветки. Марианна, рискуя сломать шею, карабкалась по приставной лестнице с гирляндой из сушёных ягод. Паулина руководила процессом с земли, покрикивая:

"Левее! Правее! Нет, это ужасно, давай заново!".

Я же отвечала за самую ответственную часть — определить звезду на верхушку. Пришлось залезть аж на самую верхотуру, цепляясь замерзшими пальцами за ветки, и водрузить туда огромную восьмиконечную звезду, которую мы смастерили из прутьев и блестящего тонкого материала, чем-то похожего на фольгу.

— Получилось! — заорала я оттуда, с высоты, чувствуя себя альпинистом-любителем. — Я — богиня!

— Слезай давай, богиня! — крикнула в ответ Марианна. — А то замерзнешь и превратишься в ледяную статую. Будет украшение.