Чтение онлайн

– Пять парсеков - прорва пространства. И пять минут, при иных обстоятельствах, - прорва времени.

И опять вояка бывалый давится своей непреклонностью. Такие-то сентенции, простецкие на грани солдафонства, - да в устах леди?! Ещё и космокатер, стервоза, пилотирует!

Крушение основ.

– Не абы какая ведь тут заштатная колония - Туарель, столичная планета Империи!
– почти извиняется он с сильным оттенком ура-патриотизма.
– Венценосное семейство, правящий кабинет, мозг и сердце цивилизованной галактики... особый пропускной режим...

И всё равно шпионы кишмя кишат - подхватываешь его последнюю, вовремя недовысказанную мысль. Но - ты-то при чём? Диверсанты на то и диверсанты, чтоб внедряться незаметно. А не внаглую средь бела дня, при всём честном народе.

Значит, всё-таки Империя. Чем дальше в лес, тем больше стресс.

Пренебрежительно жмёшь плечами; изгибаешь губы.

– Да подавитесь вы своей столичной планетой, с Империей вместе. Сто лет мне снилось такое добро.

– Эй, вы полегче!
– Кипя благородным негодованием, командир вскидывает самопал повыше; тот же жест вышколенно-синхронно копирует всё оцепление.
– Вас бы самоё проверить хорошенько: что за птица, да откуда свалились. И позвольте усомниться в вашей безоружности. Не каждый день встретишь аппаратуру, способную вывести из строя вооружение столичного космопорта, со всеми приписанными кораблями вкупе!

Аппаратура? хаос с ним, пусть для вас будет аппаратура. Насчёт телекинеза - всё равно не поймёте; да и объяснять - не то настроение.

Осенённый новой пакостной догадкой, командир нервно передёргивает затвор верной своей пушки.

– Может, и с ручным оружием та же история, по вашей милости?!

– Плодотворная мысль, - констатируешь вслух.

Сканируешь нескладный самопал подробнее; заодно припоминаешь самые расхожие космические оперы, читанные когда-либо.

– Пули, сколь понимаю, разрывные; атомные. А в снарядах боеголовки и посолиднее будут? Анамезонные? инфрануклеонные? может и антиматерией их начиняете?

Кажется, на сей раз сугубо военный жаргон в нежных устах леди уже меньше шокирует несгибаемого командира. То-то, парень, привыкай. Я ещё не такую спецтерминологию знаю не понаслышке.

Будешь пай-мальчиком - расскажу подробней на досуге.

В подтверждение твоих догадок, однако, бравый малый выдавливает одно лишь придурковатое:

– Ну...

– Вот те и "ну", подковы гну. Силовое поле у меня рассчитано на нагрузку посерьёзней, да будет вам известно. Отскочили б ваши мячики, да к вам с обратным адресом. Что б тогда сталось с вашим портом, и с градом-столицей, и, неровён час, с венценосным семейством, - воображаете? Не знаю, как вам, - мне таких осложнений даром не надо.

– Такое мощное защитное поле?
– Старый солдат профессионально-подозрителен.

– Не верите - проверьте. Мне взлететь?

– Оставайтесь уж на планете, леди! И настоятельно прошу разблокировать наши орудия. Не желаете же вы подрывать обороноспособность родной Империи?!

Хмыкаешь двусмысленно. С чего ты взял, парень, что твоя Империя и мне– родная?

– Добро. Но при условии, что вы растолкуете тому истерику в центропосту, почему не рекомендуется в меня палить.
– Единственно разумное, что можно произнести вслух.
– Кто у вас таких слабонервных к оружию допускает?

Приходится командиру проглотить и эту пилюлю. Вон, поднёс к губам руку с портативной рацией на ней; вылаял короткий приказ.

Ответным жестом доброй воли стучишь по клавишам своего наручного видеофона, предварительно соскочив с трапа. Первооткрывательница ступает на неведомую планету... где фанфары, где туш?! Ах, тут не полагается? и к хаосу. Много ты таких неведомых повидала; и для конфедерата это скорее норма, чем исключение.

– Орудия ваши в полном ажуре, - рапортуешь не без иронии.
– Пусть ваш пушкарь в центропосту спит спокойно. Родина его не забудет.

Честно говоря, по клавишам барабанить - это так, для отвода глаз. Пусть всё спишут на "аппаратуру": зачем сразу все карты раскрывать. Трап, он же выходной люк, убирается вверх; воссоединяется с обшивкой без намёка на шов.

Отработанным движением командир (и всё подразделение вслед за ним) вбрасывает свой атомно-разрывной самопал в кобуру за спиной. Коротко щёлкает каблуками, берёт двумя пальцами "под козырёк".

– Капитан эскадрильи Джагвер Джемберри, к вашим услугам, леди. С кем честь имею?

– Шейла.
– Уточняешь сразу: - Просто Шейла. Свободная художница, вне рангов и званий.

– И - вне политики?
– Капитан Джемберри ухмыляется почти совсем по-человечески.

– Там посмотрим.
– Тонкий намёк на толстые обстоятельства: понимай как знаешь.

– Но всё же, леди: цель вашего визита на Туарель?

– Любопытство, если угодно.
– Поразмыслила немного, этакая скучающая богатая бездельница.
– Столичная планета Империи, как-никак. Всю жизнь, может, мечтала познакомиться с настоящим императором.

– Добро.
– Капитан хмыкает: наивное, мол, дитя, кто ж тебя допустит до императора?! (Не переживай, парень: куда мне нужно, я войду без допусков и паролей, и попробуйте кто-то что-то вякнуть против.) - Однако вынужден откланяться, леди. Внеплановое патрулирование - по вашей милости. Кто вас знает? может, пока вы тут всем зубы заговариваете да помехи наводите - чёртов Аррк Сет уже половину своего флота вывел на орбиту Туареля.

Аррк Сет...

Впервые слышишь это имя.

Отчего кажется оно - тревожно-знакомым?

– Проверю-ка ваш возможный "хвост" - самолично с ребятами.

– Да на здоровье.
– Машешь рукой милостиво: летите и не грешите, мальчики, а в принципе - не моя печаль, как вам предпочтительней развлекаться.
– Моё, что ли, топливо сожжёте от пустой поры.

Игнорируешь волчий зырк лихого капитана; хотя отмечаешь, что теперь в нём просверкивает и невольное уважение. Молодцом, парень! уже подаёшь надежды на перевоспитание. Будем общаться. Через месячишку-другой, глядишь, окончательно из тебя человека сделаю.