Реинкарнация архимага. Тетралогия
Шрифт:
– Если её лист выварить, напополам с водой, а потом процедить и заморозить, то там такая штука выйдет для баб, что ах! Что лицо, что грудь подтянет так – не враз и ущипнёшь, – поделился он со мной сокровенными знаниями, сам того не понимая, сколько это может стоить, – Ладно, пойду я, посты обойду, – опамятовал расчувствовавшийся десятник, а я, в свою очередь, запустил Поисковую Сеть.
– Ты здесь… – донёсся до меня по ментальной связи голос из сундука.
– Поговорим? – предложил я в ответ.
– Ты же меня всё равно обманешь, – уныло отозвалась сущность.
– Смотря на что договоримся. Впрочем, у меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Интересует?
– Золото потребуешь, или врага твоего убить… Знаю я уже, что вам всем нужно.
– А как насчёт отомстить? Помнится мне, что вы демоны – злопамятные. Что, если я за свою помощь всего-то спрошу с тебя обещание спалить тех, кто тебя пленил, и как мне кажется, на части тебя поделил.
– В чём обман? – неуверенно поинтересовался пленник сундука.
– Нет обмана, а общий враг есть. Ты же помнишь, где его найти?
– Очень большой остров. Далеко отсюда. Защита на маленьком замке хорошая, но не для меня. Внутри всё выжгу, а вот разрушить его полностью… Был бы я при прежней силе! – с горечью ответил демон.
– Так что, договоримся? Сожжёшь там всё, и свободен.
– И что, больше никаких условий? – явно почувствовал я изумление джинна.
– Хм, ну, если хочешь, можем договориться, что никогда друг другу вредить не станем. Если где и встретимся, то миром разойдёмся.
– Я к тебе бы и так не полез, – откровенно признался демон, точней сказать, какая-то оторванная часть его сущности, не потерявшая разума, – Ты странный. Оттого, опасный. Выпускай, клянусь, сразу улечу мстить.
– Погоди. Нужно ещё тебя начальству показать. Потом отпущу. Тебе же достаточно будет, если я на обгоревшем углу три нити порву? – подсветил я магией найденный дефект, который стоило лишь слегка ковырнуть, чтобы охранные цепочки рун рухнули.
– А ты соображаешь… Мы точно раньше не были знакомы? Откуда ты столько знаешь о нас?
– Ой, кто-то сейчас у меня напросится на дополнительное условие. Например, на такой же сундук, но с золотыми монетами.
– Нет у меня столько! – тут же среагировал ифрит, – По крайней мере в монетах точно нет, – нервно уточнил он.
– Вот и не задавай глупых вопросов. Богаче будешь, – пожелал я ему.
– Сколько мне твоё начальство ждать?
– А тебе твоё докладывается? Вот и у меня так же, – поделился я с ним житейской мудростью.
Что характерно, не встретив возражений.
Ожидание вызова затянулось. Я сидел в казенной прихожей, отведенной для офицеров, и слушал, как за стеной гулко разносится по коридорам рапорт дежурного. По тому, как суетился ротмистр Удалов, было ясно – визит важный и не терпит отлагательств.
Пока они там общались, я дожидался вызова и вспоминал свою ночную вылазку. Тот разговор с ифритом не выходил у меня из головы. Демон согласился. Более того, он, кажется, даже проникся ко мне странным подобием уважения. Или просто почуял, что я – его единственный шанс на свободу и месть.
Дверь скрипнула. На пороге стоял адъютант ротмистра.
– Поручик Энгельгардт, вас просят в кабинет.
В кабинете Удалова царила напряженная атмосфера. Сам ротмистр чуть ли не стоял по стойке «смирно» у своего же стола. За ним сидел уже знакомый мне чин жандармерии с холодными, оценивающими глазами. А у окна, спиной ко мне, наблюдая за плацем, стоял сухопарый полковник в мундире Тайной Службы – Ардаматов.
– Поручик, – начал Удалов, – доложите обстановку с… трофеем.
Я кратко изложил суть, опустив, разумеется, ночной диалог с пленником. Рассказал о погоне, о маге, о доставке сундука.
– И вы уверены, что внутри находится разумная сущность? – не оборачиваясь, спросил Ардаматов. Его голос был тихим, но таким, что его слышали все до единой запятой.
– Так точно, господин полковник. Магический фон, пульсация, попытки ментального контакта. Все признаки живого пленника. Я предполагаю, что это ифрит.
Жандармский капитан неодобрительно хмыкнул.
– Фантазии. Скорее всего, просто сложный артефакт с остаточным сознанием. Нужно передать его в нашу лабораторию для обезвреживания.
– Обезвреживание такого «артефакта», капитан, – медленно обернулся Ардаматов, – Может оставить от вашей лаборатории, да и от пол-Саратова, дымящееся пятно. – он наконец посмотрел на меня. Его взгляд был подобен скальпелю. – Вы говорили с ним, поручик?
Я понял, что врать бесполезно. Этот человек чуял ложь за версту.
– Говорил, господин полковник. Ночью. Он разумен, зол и жаждет мести своим похитителям.
– И что же вы ему пообещали? – в голосе Ардаматова не было ни укора, ни удивления. Был лишь профессиональный интерес.
– Свободу. В обмен на уничтожение особняка руководства тех, кто его пленил и использовал.
В кабинете повисла гробовая тишина. Капитан жандармерии смотрел на меня так, будто я только что признался в государственной измене. Удалов был бледен.
– Вы… вы отпустите демона? – прошептал ротмистр.
– Это единственный способ безопасно избавиться от сундука и нанести удар по врагу одновременно, – четко сказал я. – Он поклялся. Ифриты, при всей своей злобе, клятв не нарушают. Это вопрос их природы.
Ардаматов медленно прошелся по кабинету.
– Смело. Безрассудно. Гениально. – Он остановился передо мной. – Вы либо гений, поручик, либо самоубийца. Продемонстрируйте. Сейчас.
Мы все двинулись к старому пороховому складу. Бойцы у входа, увидев такое начальство, вытянулись в струнку. Я вошел внутрь один. Сундук стоял на том же месте.
– «Ну что, приятель? Готов к гастролям?» – мысленно обратился я к демону.
– «Твой начальник… от него пахнет железом и смертью. Он опасней тебя», – тут же отозвался ифрит.