Чтение онлайн

– Как нашли вас?

– Как нашли меня, – спокойно признал Строганов. – Через двенадцать лет, но они меня нашли.

– Тем не менее, вас не посадили, – заметил Антон. – Хотя вы незаконно покинули сырьевую зону, а это – серьезное преступление.

– Достаточно серьезное, чтобы оценить мое мастерство по достоинству, – усмехнулся Строганов. – Так что теперь я учу местных новобранцев, как выживать в чумной зоне. Обучение занимает много времени, молодой человек. У вас его нет.

– Это мы еще посмотрим, – фыркнул Антон. – Впрочем, чумная зона меня не манит. А вот знание того, как вы покинули сырьевую зону, может быть оценено очень высоко.

– Я ведь уже говорил тебе, что я – старый человек, и мне ничего не нужно, – вздохнул Строганов. – Что до твоего вопроса, ты и сам нашел ответ. Современные солдаты так привыкли доверять приборам и компьютерам, что разучились смотреть по сторонам. Вы на своей доске форсировали границу охраняемой зоны в километре от блокпоста. В мое время начальник этой так называемой охраны уже стоял бы перед трибуналом. Немного смекалки и мужества – вот все, что вам нужно, и это у вас уже есть.

Антон кивнул. Разгильдяйство охраны действительно может объяснить многое необъяснимое. Но не все.

– Я читал справочники. Техническое оснащение армейской линии и контрольной существенно различаются.

– Контролируют технику люди, а они везде одинаковы.

– Но у вторых есть пси-проекторы. Как вы справились с ними?

– Так же.

– Я вам не верю.

– Твое право, – Строганов поднялся. – Вам помочь выбраться обратно? А то тут щиты не растут.

– Подождите. Маммоной клянусь, что ваш секрет умрет вместе со мной. Как вы это сделали?

– Я уже дал свой ответ.

– Это неполный ответ. Должно быть еще что-то, я это чувствую. Поэтому очень извиняюсь, но я вынужден настаивать.

– Ты не в той форме, чтобы настаивать, – спокойно напомнил Строганов.

– У меня есть пистолет, – предупредил Антон.

– Да ну?

Антон поспешно расстегнул молнию, и двумя руками выковырял пистолет. Строганов присел рядом, внимательно рассматривая нацеленное на него оружие.

– Надо же, даже не запачкал. Хвалю.

– Он заряжен.

– Я заметил.

– Вас это не пугает?

– Нет. На меня довольно часто наставляли оружие. Со временем к этому привыкаешь.

К тому же, в черные рейдеры набирали только тех, кому уже нечего терять.

– А как же жизнь?

– После некоторых потерь жизнь становится лишенным смысла существованием. Ты живешь просто потому, что умереть так же бессмысленно, как и продолжать жить.

Антон тяжело вздохнул и опустил пистолет. После непродолжительной внутренней борьбы он кивнул на Елену и продолжил:

– Я не могу потерять ее. Не знаю, смогу ли умереть за нее, но убить смогу точно.

Строганов устало вздохнул. Некоторое время он молчал, как бы заново разглядывая своего собеседника. Потом махнул рукой.

– Что ж. Возможно, у тебя будет шанс выяснить это… Тогда слушай. До призыва я жил в украинской зоне. Тогда как раз наш восток к Альянсу перекинулся, ну я за него и воевал. Уезжал из свободной страны, а вернулся в сырьевую зону. Говорят, мировое правительство хотело северных соседей в сырьевой придаток превратить, да те позубастее оказались. Победители, опять же, а мы вроде как просто союзники победителей. Ну, да ладно, и на сырье жить можно. Даже спрос меньше. Только власть какая-то непутевая оказалась, зарулила в такой тупик, хуже войны. Когда жрать окромя друг дружки стало нечего, народ взбунтовался, а я под шумок покинул негостеприимную отчизну. Солдатикам не до меня было. Тем более, что бежал я не в соседнюю зону, а на запад, прямиком в чумку.

– Вы действительно в одиночку прошли через чумную зону? – удивился Антон.

– Не велика хитрость, на самом-то деле. Это в войну зоны бурлили, потому как их постоянно подпитывали всякой дрянью, а без человека природа успокаивается. Тем более, опыт у меня был… – Строганов помедлил. – И снаряжение подходящее было.

Стянул я при дембеле комплект рейдера. В него и шлем пси-защиты входил. Монстры тогда появились со способностью всякую хрень внушать, вот и комплектовали нас.

– Этот шлем полностью защищает при направленном пси-воздействии? – с замиранием сердца спросил Антон.

В его голове тут же промелькнуло, что с такой штукой он может стать невидимкой для автоматизированных служб контроля. К тому же продажа технологии пси-защиты на черном рынке могла принести немалый доход. Если грамотно поставить это дело, можно даже обеспечить себе финансовую независимость от Георгия и вообще порвать с Непонимающими.

Ответ Строганова слегка остудил Антона.

– Не полностью, но защищает. Фон гасит практически полностью.

Не так хорошо, но тоже очень неплохо.

– И где этот шлем сейчас?

– Отобрали при аресте, – спокойно отозвался Строганов. Потом добавил: – Но тут, неподалеку, валяется еще один. Вместе с головой владельца. Потому и вожусь с молодняком. Хотел до него добраться и свалить отсюда, да, видно, не судьба.

Следят за мной крепко, и годы уже не те, чтобы в салочки играть. Попробуй ты.

– Что нужно делать?

– Надо прогуляться километров на тридцать в чумную зону, найти шлем, вытряхнуть из него бесполезную голову, в которой и при жизни не было мозгов, и вернуться обратно.

Башня управления конгломератом, 12-й надземный этаж, кафетерий для сотрудников управляющих служб.

– Как-то это не слишком правдоподобно звучит, – заметил Юрий Максимович. – Шлем, защищающий от пси-воздействия. Сейчас вон стены воздвигают, чтобы фон притушить, а у него шлем времен великой войны.

– У военных всегда более продвинутые технологии, – пояснил Георгий. – Я пробил данные по своим каналам. После уничтожения монстрами-псиониками корпуса Монтгомери, ученые Альянса отловили-таки пару зверушек и многое взяли на вооружение. Чем власти обладают на сейчас, даже представить страшно. Но у нас есть шанс получить то, с чего они стартовали полвека назад. Его нельзя упускать.

– Ну, не такой уж шанс, – покачал головой Юрий Максимович. – Может быть, старикан просто повредился в уме. Да, к тому же, этот Строганов сам сказал, что от направленного воздействия шлем не защитит. Разве что фон притушит. Что нам это даст?

– Как что? Человек в этом шлеме может просмотреть сотню, тысячу норм рекламы – и ничего не купить! Только представь, какой это будет удар по нынешнему обществу потребления. Ради этого стоит рискнуть.

– Ну, лично я рисковать не буду, – уточнил Юрий Максимович. – А вот ты можешь круто подставиться. Я уж не говорю, что после любой твоей акции за свободу полиция Понимания основательно пройдется по твоим людям. Оно тебе надо?