Чтение онлайн

Обернувшись, увидела позади вереницу алых волчьих следов и живую расширяющуюся полосу на горизонте, у подножия Улиги. Гора бросала густую тень на долину, морозила воздух, который словно стал плотнее.

Прищурившись, я рассмотрела на горизонте группу людей. На них были чёрные кожаные мундиры, серебряные накладки сверкали на плечах, белые плащи развевались на порывистом ветру и рассыпали за всадниками мелкую снежную пыль.

Инквизиторы! Но как они здесь оказались? Почему?

Зарычала, рванула в другую сторону. Звук разлетелся по долине раскатистым громом, а в спину полетели вопли и крики. Всадники сорвались с места, лошади чёрными пятнами скользили по белому снегу, быстро сокращая расстояние между нами.

Нет! Не сдамся!

Далеко с такой глубокой раной не убегу, но я перебирала лапами и рвалась вперёд из последних сил.

Навстречу, выплывая из снежного молока, вырвалась стая во главе с альфой. Папа жив, слава Шэйсу! Его золотистая шерсть поблёскивала в лучах холодного лотта. Отец привстал на задние лапы, поднял волчью морду к небу, завыл протяжно, отчего снег под его ногами вспучился, завертелся и лавиной покатился мне под ноги.

Папа в прыжке перевоплотился, возникнув из пены снега, как великан, и закричал:

– Прыгай, Мэйлисса! Ты сможешь!

И я прыгнула через стремительно крутящийся валун изо льда и камней. Кожа рвалась, кости трещали, боль раздирала тело. Я больше не могла удерживать сущность. Если не стану человеком сейчас, застряну в небытии навсегда. Выпала в холодную перину, обжигаясь обнажённым телом о наст, край валуна зацепил спину. Меня перекрутило несколько раз, набило рот холодным снегом, а потом я застыла около ног альфы. Слабо подтянулась на руках, приоткрыла тяжело веки.

Это ведь всего лишь сон. Повторяющийся старый кошмар.

Копьё с наконечником из рианца рассекло снежную дымку и, пролетев у меня над головой, пробило плотный мундир отца. Альфа рухнул на колени, перехватил древко, пытаясь вытащить его из груди.

Я развернулась к инквизиторам и, выкрикнув «Хииткаэль» оттолкнула всадников воздушным кулаком. Они отлетели на несколько метров, кувыркнулись в снегу, но тут же поднялись, будто их защищала магия посильнее, и вновь поскакали на нас. Их было трое. Кажется, те же, что и на казни Эри, хотя эти твари все на одно лицо.

Это вызвало мощную злость по всему телу. Я вздрогнула и, прижавшись животом к мёрзлой земле, впилась пальцами в снег, прочитала последнее, на что хватило сил:

– Интеритус максиэм!

Земля задрожала и провалилась под ладонями. Трещина зазмеилась вперёд и утащила в бездну всадников, а я больше не смогла двигаться. Упала лицом в снег и снова отключилась.

Мэйлисса

Папа склонился, притянул меня к себе, обнял, будто в последний раз, заставив подняться на колени, заглянуть в его большие глаза. Мне было плохо, плечо и живот терзало лютой болью, но я смогла тихо пролепетать:

– Зачем ты так со мной?

– Прости меня, дочь, но так нужно.

Чувствуя, как из тела уходит жизнь, я бросилась отцу в объятия и закричала от пронзающей боли.

И вдруг проснулась. Повозка мерно покачивалась, по свету, что проникал сквозь брезент, можно было понять, что уже далеко за полдень. Только неясно, какого дня.

Рядом лежал раненый отец. У него был сильный жар, повязка на груди окрасилась тёмной кровью, а я не владела лекарскими силами и не могла ему помочь. Кто-то перевязал его, хотя не особо успешно, потому что альфа стремительно угасал. Мою рану тоже обработали, сменили повязку, но и она окрасилась алым. Обычно регенерация у оборотней довольно быстрая, но это смотря чем пораниться. Инквизиторское оружие не только оставит шрам на теле на всю жизнь, оно будет стремиться довести начатое до конца – его задача убить оборотня, утащить невинную душу во тьму. А моя рана не затягивалась из-за потери сил. После посвящения и борьбы возле Улиги я была выжата до предела.

Встать и посмотреть, куда и с кем мы едем, у меня не хватило сил. Я провалилась в сон и очнулась, когда меня кто-то нёс на руках. По тяжёлому профилю и особенному запаху я сразу узнала в человеке Эсмиона. На его шее болтались те самые деревянные фигурки. Это он меня спас и вытянул из замка.

– Пусти, – прошептала обессиленно.

– Ис-тэ, тебе лучше молчать, – рявкнул он. Мы попали в тёмный каменный коридор, а сын Хоруша всё шёл и шёл. Здесь пахло сыростью и шерстью. Здесь пахло чужаками. – И лучше не шевелиться, ты потеряла много крови.

– Что произошло? – Двигаться не хотелось, а вот знать свою судьбу – очень даже.

– Меня вызвал Беон ис-тэ на обручение, но на подходе к замку нас ждала засада. Сначала напали Свирепые, затем явилось несколько отрядов инквизиторов. У меня стойкое ощущение, что их навели на ваш клан целенаправленно.

– Но кто осмелился предать отца?

– Среди всадников была женщина в жёлтом платье и белоснежной шубке. Высокая, статная, явно не нашей крови, но она, как только завязалась бойня, ушла в портал. Я не успел её остановить.

– Ронна?

Мужчина вопросительно приподнял густую чёрную бровь, но промолчал. Вряд ли он понимает, кто это такая. Зато я сложила в голове недостающие фрагменты. Алисия, что водилась с куратором, могла выдать, где мой дом. Здесь, в Имане, я не защищена ректором, а обет молчания, который дала ли-тэ Финерин, не распространялся на мою семью. Она должна была скрывать, что я оборотень, но ведь легко догадаться, что родилась я не от простых людей, что мой отец, мэр Оливии, будет под расстрелом в первую очередь. И предала Ронна именно тогда, когда я вернулась домой, словно ждала этого.

– Мои родные? – Я с надеждой посмотрела в тёмные, как тучи, глаза ис-тэ Расми. Мужчина поджал тонкие губы, опустил меня на холодную и влажную постель. В этом месте было отчаянно сыро.

Эсмион выпрямился, как воин, и заложил руки за спину. У него были смолянистые, чуть кудрявые волосы, прикрывающие уши, и массивная, очень высокая фигура.

– Я вытащил только тебя, – недовольно отсёк он.

– А мама? А Сиэль? А Лиан? – задыхалась я. – Бабушка? – Сжала ладонью горло.

– Больше никого. Замок разрушен, под завалы попасть не получилось из-за инквизиторов, пришлось отступить. Я был с другой стороны, мой отряд весь полёг в битве. Когда ты сбежала из палатки, пытался догнать, но ты словно огня испугалась. Возле Улиги мы встретились с остатками Берегового клана, которых уничтожили на месте инквизиторы. Там ранили твоего отца. Я чудом увёл вас от огня, но где остальные, не знаю. Больше ничего не могу сказать.