Чтение онлайн

Почему так: болезнь плоти вызывает сочувствие со стороны близких (которое часто сопряжено с чувством вины), страдания души – скорее всего, неприязнь с их стороны? Страдающий плотью перестает грешить, страдание души почти всегда от порочности. Здесь много самостного, гнилого, застойного. Страдания плоти дают пример того, как надо страдать душой. Не нужно выносить собственную боль на всеобщее обозрение, не нужно обвинять других. К врачам нужно попытаться отнестись с благодарностью. Даже если врач ошибся, он хотел, чтобы ты выздоровел.

Фромм прав: чувство вины неустранимо. Это рубец на душе, с которым вполне можно жить, но который нет-нет, да напомнит о себе, потому что чужое. Но и без него уже нельзя, это граница перехода одновременно и между прошлым и настоящим, и между настоящим и настоящим. В душе каждого человека полно травматических спаек. И как кровяной поток, натыкаясь вдруг на преграду, поворачивает в сторону, как бы вспомнив что-то, так и мысль вдруг упирается во что-то, бывшее родным и знакомым. Чаще всего эта преграда по привычке обходится, но в тяжелые минуты нездоровья эта искусственная спайка становится особенно неуступчивой, напоминает о себе, требует лишить её статуса изгоя, просится обратно, хоть и знает, что это невозможно.

Мы живем очень многими жизнями, и в каждой из них кровь-душа постоянно соприкасается с потерянным навсегда, память каждый раз сжимает некогда свободный проход. Душа человека едина, как и его тело. На каждый вздох, на каждый шаг, на каждый порыв души влияет допущенная когда-то неосторожность, небрежность. В каждом слове, каждой мысли и в каждой улыбке есть шрамы прошлых обид, беспечности и страдания.

Нужны ли человеку эти знаки? А нужны ли были пощечины Иову или Павлу?

В практическом преломлении на отдельно взятого человека предопределение носит название «предназначение». Мир управляется Богом, и Он прямо и косвенно – через родителей – участвует в рождении каждого человека. Природные данные каждого человека уникальны, и они прямо увязаны с местом, временем и ситуативными обстоятельствами. Человек рождается таким, каким должен родиться «здесь-и-сейчас». Каждый человек в этом отношении является проектом, и он обязательно предназначен своим природным набором для выполнения каких-то жизненных целей и осуществления смысла. Тело в этом смысле – одно из средств их достижения.

Одно необходимое замечание: мы не говорим о корреляции физиологии и нравственности – в этом и заключается расизм – мы говорим лишь о связи физиологии и мышления. И там, и там (функционирование организма и поведение человека) в логике управления есть свои особенности и врожденные недостатки. Говоря о недостатках, мы не имеем в виду априорную ошибочность, а именно недостаточность как неполноту использования всех возможных потенций совершенного Адама отдельным представителем этого все-человека. Каждый человек в идеале может научиться всему, чему угодно, что не только умеют, но и могли бы уметь другие люди. То же касается и еды, и продолжительности жизни, и силы, и сопротивляемости, и Бог знает, чего ещё. На практике мы имеем не только разных по физиологии, но и разных по способам мышления (не путать с талантливостью и гениальностью!) людей.

Пока человечество не знает, как и почему имеют место врожденные сбои в управлении, почему имеют место врожденные патологии у детей. Кажется, что такие дети вполне нормальны с точки зрения оценки их мыслительной деятельности, но мы здесь и не говорим о том, что физическое здоровье негативно сказывается на способности мышления, мы говорим о том, что само это мышление – другое, измененное от мышления физически здорового человека. По-другому оценивается жизнь вообще, по-другому формируется и функционирует система ценностей, по-другому расставляются жизненные приоритеты, по-другому строятся взаимоотношения, причем не потому, что я, например, в инвалидном кресле, а ты марафонец, а по внутренним основаниям по-другому. Всё сказанное, всё это «по-другому» в принципе не относится к нравственности. Одних болезнь озлобляет, других возвышает.

Христианская традиция связывает врождённые патологии с нравственными качествами родителей, и, видимо, не только их. Иногда эта связь очевидна, например, статистика больных детей в семьях алкоголиков или наркоманов явно будет против пьянства и наркомании, в том числе и по социальным, а не только по медицинским показателям. О возможности болезней ребёнка за родительские грехи говорится в обеих частях Библии, причём определяющим в наследственности признаётся не физическое здоровье, а нравственность предков. В Ветхом завете об этом вообще говорится в десятисловии (57), при этом указывается, что если для добра практически нет границ, то за грехи предков могут пострадать потомки до третьего и четвёртого поколения (то есть внуки и правнуки). Без конкретики о такой возможности говорится и в других местах, например, у пророка Иеремии: «Ты являешь милость тысячам и за беззаконие отцов воздаешь в недро детям их после них» (58). Об этой норме, как о само собой разумеющейся, упоминается и в Новом завете. Например, перед исцелением Христом слепого от рождения, апостолы спрашивают у Учителя: «Кто согрешил, он или родители его, что родился слепым?» (59). Иисус не стал им говорить, что они ошибаются по существу, а сказал, что в данном случае причина другая.

Можно дискутировать о деталях, но сама норма о страданиях детей за и для родителей (что не одно и то же) признаётся и сейчас. «Сын-то – младенец, а значит в его беде повинны родители», – писал известный православный праведник 20 века отец Иоанн Крестьянкин. Влияние грехов родителей на здоровье и комплекс природных данных ребёнка не заканчивается только на зачатии. Любые эмоциональные, нравственные, душевные колебания родителей сказываются «на ребенке еще в период внутриутробного развития», причём на формирование ребёнка оказывают влияние качества не только родителей, но и любого человека, в обществе которого оказалась будущая мать (60). Рождение больного или склонного к частым болезням ребёнка рассматривается в качестве «Божьего обращения» ко всей семье, и скорого исцеления такого ребёнка ждать не стоит, потому что «кто может поспорить с Богом?» (61).

Самое время сказать о распространённом ошибочном понимании этой нормы. Ребёнок от рождения чист – в этом никогда не было никакого разногласия. Говорится об этом уже на страницах Ветхого завета (62). Но ребёнок чист в том отношении, что на нём нет его личного греха, его душа чиста, «душе естественна чистота», а нравственные болезни «позднее здравия» (63). Ребёнок рождается без своего греха. Ни о какой врождённой порочности и даже о большей по сравнению с другими склонностями данного человека ко греху говорить нельзя. Но, во-первых, он страдает за грехи своих предшественников, в первую очередь своих ближайших родственников – родителей и, возможно, бабушек-дедушек. А во-вторых, на нём уже лежит печать адамова преступления, проклятие состоит в том, что он получил тело, подверженное болезням и смерти. Любой ребёнок уже с рождение обречён тем, что он родился человеком и – не на небесах. Пройдёт совсем немного времени, и его научат злому, а, подрастая, он будет творить в этом направлении уже самостоятельно.

Не в этом ли, кстати, одно из свойств нашей памяти: мы помним себя лишь с какого-то возраста? Ведь память дана нам не только для того, чтобы собирать, накапливать и перерабатывать информацию, но ещё и для того, чтобы вспоминать. Воспоминания взрослого человека, даже о далёких временах беззаботного детства, нередко вызывают стыд и раскаяние, то есть воспоминания часто – это инструмент исправления человека. Но до какого-то возраста человек сам себя не помнит, и в этом можно видеть позитивную функцию памяти: человек не только себя не помнит, он не помнит также и того зла, которое вложили в него в то время самые близкие и родные ему люди. Он не знает, кто и как конкретно научил его злому. Однако на уровне подсознания эта информация, видимо, сохраняется, что сказывается на отношениях близких людей, родителей и детей в первую очередь.

Некоторыми современными специалистами говорится в этой связи, что не все болезни за грехи данного человека. Но здесь есть некоторое смешение уровней. Для ребёнка вообще все болезни за и для других людей, но с какого-то возраста всё постепенно начинает меняться, и с возраста дееспособности (который, разумеется, не есть расстояние от даты в метрике) человек практически сам ответственен за свою жизнь. Конечно, врождённые болезни и физические особенности так с человеком и останутся, и в этом отношении про них можно говорить, что они есть «не только» за его грехи, но такой подход, видимо, просто запутывает вопрос. Врождённые особенности физического строения человека (не только патологические) – это одно, но все болезни взрослого человека, в том числе и те, что появляются на основе этих природных особенностей, – это уже другое. То есть можно во всех болезнях усматривать некоторую компоненту, нисходящую до предков этого человека, но всё же, думается, что доля личной ответственности в любом случае будет намного выше. Да и смысла особенного нет обсуждать или принимать во внимание грехи предков, которые данный человек исправить в любом случае не в силах. Страдай ты, не страдай, всё зависит от них самих, ты только можешь помочь своими страданиями. К тому же отвлечение во время собственной болезни на чужие грехи не слишком оправдано с нравственной стороны. Отвечай за себя, пожалуйста, – это самое мягкое, что могут сказать этому человеку. То есть сам этот элемент физического страдания за другого человека – не только, кстати, за предков – очень даже возможен или даже и неизбежен, вспомним о Спасителе, но вот только осознавать это во время своей болезни лучше не нужно никому.