Чтение онлайн

Частота совершения ритуалов поклонения животным, чистых и простых, постепенно шла на спад среди кельтов исторических времен, и теперь животные считались главным образом символами или атрибутами божеств. Древний культ был связан с пастушеской стадией, когда животные считались божественными, или с сельскохозяйственной стадией, на которой они символизировали дух зерна, и, возможно, с тотемизмом. Мы исследуем здесь 1) следы древних культов животных; 2) превращение богов животных в символы и 3) следы тотемизма.

Присутствие быка с тремя журавлями (Тарвос Тригаранос) на алтаре в Париже, наряду с богами Езусом, Юпитером и Вулканом, предполагает, что это было божественное животное, или персонаж божественного мифа. Как было замечено, этот бык может быть быком из «Тайн Бо Куальнге». И он, и его противник были реинкарнациями свинопасов двух богов. В ирландских сагах реинкарнации приписываются только богам или героям, и это может указывать на божественность быков. Мы видели, что этот и другой алтарь могут изображать какой-то миф, в котором бык был воплощением духа дерева или растительности. О божественном естестве быка свидетельствует его присутствие на галльских монетах в качестве религиозного символа, и изображения этого животного с тремя рогами – очевидный символ божественности. На таком бронзовом изображении клялись кимбри, кельтизированные германцы. Эти изображения являются доримскими, поскольку они обнаружены в Гальштадте и Ла-Тене. Личные имена, подобные Доннотаурусу (эквивалент Донн Таруос из «Тайн») или Дейотаросу («божественный бык»), показывают, что люди получали имена в честь божественного животного. Подобным образом множество топонимов, в которых встречается слово «таруос», в Северной Италии, Шотландии, Ирландии, на Пиренеях и в других местах, означали места распространения культа быка или то, что какой-то подобный миф, разработанный в «Тайн», был здесь локализован. Но, как, возможно, в случае с Кухулином и быком, это животное склонно становиться символом бога, – тенденция, которой, видимо, способствовало распространение митраизма с его символическим быком. Бог Медрос, опирающийся о быка, изображенный в Хагуэнау, возможно, является формой Мидира, или Медуриса, что было прозвищем Тоутатиса, если Медрос не означает просто Митра. Отзвуки культа быка или истории коровы слышны в ирландских историях об этих животных, приведенных из земли сидхе, или о волшебных быках и коровах, которые давали огромное количество молока, или в священных легендах о волах, ведущих какого-нибудь святого к месту его будущей церкви. Подобные легенды рассказывают также о свиньях, и, возможно, они возникли в то время, когда христианская церковь заняла место языческого культа животного. В легенде, где место церкви указывает на место почитания божественного животного, соединились старый и новый культ. Поздние остатки культа быка можно найти в праздничной процессии БоеиГ Gras в Париже.

Уже упоминался культ бога-свиньи Моккуса. Кабан был божественным символом на знаменах, монетах и алтарях, и были обнаружены многочисленные бронзовые изображения этого животного. Это были храмовые сокровища, а в одном случае кабан был трехрогим. Но он стал символом богини, как это заметно по алтарям, на которых он сопровождает богиню, возможно богиню плодородия, и по бронзовым изображениям богини, сидящей на кабане. В Британии встречаются алтари, на которых это животное может быть символом – «каледонским чудовищем» из поэмы Клаудиана. Галатские кельты и в Нагорье всегда воздерживались от поедания плоти свиней. Это уже проявление тотемизма. Но свинья почитается в Ирландии, а в текстах говорится о чудовищного размера свинье, являющейся основной пищей на знаменитых пиршествах. Возможно, это были легендарные формы почитания старых богов-свиней на жертвенных праздниках их плоти. Магическая свинья была также бессмертной пищей богов. Но кабан был табу для некоторых людей, например для Диармайда, хотя, возможно, это является напоминанием об ограничениях в отношении кланового тотема. В уэльской истории свинья происходит из Элизиума, – миф, объясняющий начало процесса ее одомашнивания, хотя этот процесс подразумевает, конечно, более древнее происхождение культа животного. Когда животные становятся домашними, старые культовые ограничения снимаются. По этой причине галлы, которые поклонялись антропоморфному богу-свинье, торговали этими животными и, возможно, ели их. В уэльской истории говорится также о магическом кабане Тврх Трвит, на которого охотился Артур, – возможно, это сказочная реминисценция о божественности кабана. Топонимы также указывают на культ свиньи, и напоминания о ее божественности, возможно, лежат в основе многочисленных ирландских историй о волшебной свинье. Магическая свинья, которая вышла из пещеры Круахан и уничтожила молодые посевы, напоминает о териоморфном духе зерна в его случайном разрушительном аспекте. Кости свиньи, иногда кремированные, были обнаружены в кельтских могилах в Британии и в Гальштадте, и в одном случае животное было похоронено одно в кургане в Гальштадте, так же как священных животных хоронили в Египте, Греции и в других местах. Когда животное было похоронено с умершим человеком, это, возможно, было жертвой духу или богу подземного мира.

Факт обожествления змеи доказывается появлением рогатой змеи с двенадцатью римскими богами на галло-римском алтаре. В других случаях рогатая или бараноголовая змея появляется как атрибут бога, и мы видели, что бараноголовая змея может быть слиянием змеи как хтонического животного с бараном, жертвуемым умершему. В Греции Дионис имел форму и быка, и рогатой змеи; возможно, рога произошли от символики быка. С. Рейнак утверждает, что примитивные элементы орфического мифа о фракийском Дионисе-Загреусе – божественных змеях, порождающих яйцо, откуда произошла рогатая змея Загреус, – встречаются в искаженной форме в Галлии. Там считалось, что обвивающие змеи порождают магическое яйцо, а рогатой змее поклонялись, но это не было связано с яйцом. Но возможно, некогда они были связаны, и если это так, то это могло послужить основой распространения как греческих, так и кельтских религиозных представлений во Фракии. Однако это может быть простым совпадением, поскольку рогатые змеи известны и в других мифологиях; возможно, рога – это символ божественности. Рогатая змея иногда сопровождает бога, у которого есть рога, возможно Цернунна, бога подземного мира, в соответствии с хтоническим характером змеи. В цикле о Кухулине Лоэг во время посещения потустороннего мира видел двухголовых змей, – возможно, это еще один намек на этот аспект животного.

Во всех этих культах животных видны тенденции делать божественное животное антропоморфным. Теперь мы должны рассмотреть некоторые примеры полного антропоморфного процесса.

Старый культ медведя уступил место культу медвежьей богини и, вероятно, медвежьего бога. В Берне – старый кельтский топоним, означающий «медведь», – была обнаружена бронзовая группа с богиней, держащей патеру с плодом, и медведем, приближающимся к ней, как будто для того, чтобы полакомиться плодом. Надпись гласит: «Deae Artioni Licinia Sabinilla». Местный культ медведя некогда существовал в Берне, и до сих пор о нем напоминает присутствие там известных медведей, но божественный медведь уступил место богине, чье имя и символ были медвежьими. От древнекельтского «Артос» (жен. «Арта»), «медведь», произошли различные божественные имена. Из них Деа Артио(н) означает «богиня-медведица», а Артайос, эквивалентный Меркурию, возможно, был богом-медведем. Другая богиня-медведица, Андарта, почиталась в Дие (Дроме), – это слово, возможно, означает «сильный медведь», а «Анд-» – увеличительный суффикс. Многочисленные имена, произошедшие от «Артос», возможно, являются свидетельством широко распространенного культа медведя, и это слово также встречается в уэльских и ирландских личных именах – Артхмаэл, Артхбиу и, возможно, Артур, и многочисленных «Арт» – в ирландских текстах. Происхождение от божественного медведя видно также в именах, подобных уэльскому Артген, ирландскому Артиган (от Артигенос, «медвежий сын»). Другим кельтским именем для обозначения медведя было галльское «мату», ирландское «матх», встречающееся в имени Матугенос («медвежий сын») и в Мак Махон, которое является искаженной формой Мак-матх-гхамхайн («сын медвежьего сына», или «медвежий»).

Подобным образом культ оленя, по-видимому, уступил место культу бога с оленьими рогами, изображенному на многих барельефах и, вероятно, связанному с подземным миром. Олень, как любитель поедать пшеницу, возможно, считался воплощением духа зерна, а затем был связан с областью «под землей», откуда вырастала пшеница, – по одной из тех инверсий мысли, которые столь распространены на стадии перехода от богов животных к богам с животными символами. Лосю, возможно, поклонялись в Ирландии, а трехрогий олень – персонаж одной истории в саге о Фионне. Его третий рог, подобно третьему рогу быка или кабана, может быть знаком божественности.

Лошади также поклонялись, но богиня Эпона (галльское «эпос», «лошадь»), покровительница лошадей и ослов, заняла ее место и имела далеко распространившийся культ. Она едет на лошади или кобыле с жеребенком, или находится среди лошадей, или кормит лошадей. Изображение кобылы, кормящей грудью жеребенка, – рисунок, аналогичный тем, на которых Эпона кормит жеребят, – показывает, что не была забыта ее первичная лошадиная сущность. Галлы разводили лошадей, а Эпона была богиней ремесла; но, как и в других случаях, культ лошади, должно быть, предшествовал ее одомашниванию, а ее мясо, возможно, съедали, и если съедали, то только в виде таинства. Наконец, божественная лошадь стала антропоморфной богиней лошади. Ее изображения были помещены на некоторых надписях, а статуэтки были найдены в конюшнях или в казармах кавалерии. Остатки этого культа были обнаружены в долинах рек Дунай и Рейн, в Восточной Галлии и в Северной Италии – кельтских регионах, – но повсюду изображение Эпоны носила римская кавалерия, завербованная из кельтских племен. Эпона связана с символами Матерей-богинь, причем одна надпись гласит: «Эпонабус», как будто была группа богинь с именем Эпона. Богиня, которая способствовала плодовитости кобыл, легко ассоциируется с богинями плодородия. Эпону, возможно, также путали с речной богиней, которая воспринималась как «горячая лошадь». Эту форму принимали духи воды, и Матери-богини были также богинями реки.

Статуэтку лошади, с посвящением богу Рудиобусу, неизвестному в других случаях, возможно, носили в процессиях, в то время как мул имеет посвящение Сегомо, приравниваемому в другом месте к Марсу. На нескольких надписях упоминается бог мулов Мулло, также эквивалентный Марсу. Связь с Марсом обнаруживается в том факте, что октябрьскую лошадь жертвовали ему ради плодородия, – видимо, лошадь была связана у кельтов с плодородием. Лошадь приносили в жертву и кельты, и тевтонцы на праздник дня летнего солнцестояния, несомненно, как божественное животное. Следы этой кельтской традиции сохранились в местных легендах, и они могут интерпретироваться в более полном свете тевтонских обычаев. В Ирландии был обычай: человек с головой лошади мчался через огонь и, как предполагалось, символизировал весь скот; другими словами, он был их заместителем. Легенда о Эах Лабре, лошади, которая жила в кургане и каждый год в канун дня летнего солнцестояния выходила из него, чтобы дать наставления на наступающий год, возможно, связана с жертвоприношением лошади в день летнего солнцестояния. У тевтонцев лошадь была божественным жертвенным животным и была также посвящена Фрейру, богу плодородия, в то время как голову лошади бросали в костер в день летнего солнцестояния. Лошадь время от времени рассматривалась как представитель духа зерна, а в Риме октябрьскую лошадь приносили в жертву в этом качестве ради плодородия. У кельтов лошадь, пожертвованная в день летнего солнцестояния, возможно, символизировала дух растительности и приносила пользу всем домашним животным, – старый обряд, описанный выше.

Возможно, богиня Дамона была животным божеством, если ее имя происходит от слова «даматос» («овца»), родственного уэльскому «дафад» («овца») и галльскому «дамх» («бык»). Другие божественные животные, как было замечено, были связаны с водами, а использование зверей и птиц в предсказаниях, несомненно, указывает на их божественный характер. Культ богов-птиц может скрываться в божественном имени Бран, то есть «ворон», а упоминание о магических птицах Рианнон содержится в «Триадах».

Поклонение животным связано с тотемизмом, и некоторые вещи указывают на его существование среди кельтов или на существование условий, из которых развился тотемизм в других местах. Это – происхождение от животных, табу, связанные с животными, ритуальные поедания животных и экзогамия.

1. Происхождение от животных. Кельтские имена, подразумевающие происхождение от животных или растений, бывают двух типов – клановые и личные имена. Если последние являются тотемическими, то они должны происходить от первых, поскольку тотемизм – это клановое явление, в то время как так называемый «личный тотем», иллюстрируемый американским индейским манитоу, является хранителем, но не предком человека. Некоторые клановые имена уже были упомянуты. Другими являются Биброки из Юго-Восточной Британии; возможно, это бобровый клан (беброс), и Эбуронес, клан тисового дерева (эбурос). Ирландские кланы носили имена, связанные с животными; одни группы назывались «телятами», другие – «грифами», третьи – «красными оленями», а связь с растениями отражена в названии Фир Биль, то есть «люди деревьев». Такой клановый тотемизм, возможно, лежит в основе историй о «потомках волков» в Оссори, которые на какое-то время стали волками в результате святого проклятия. Другие примеры ликантропии были связаны с определенными семействами. Вера в ликантропию могла легко возникнуть в существующих волчьих кланах, превращения затем объяснялись как результат какого-нибудь проклятия. Возможно, тотемическими были истории о Кормаке Мак Арте, вскормленном «волчицей», о Лугхайде Мак Коне, «сыне волкодава», об Ойсине, матерью которого была олениха и который не ел оленину, хотя тотемизму или культу животных может быть приписано то, что древние путешественники в Ирландии говорили о людях, считающих волков своими крестными отцами и моливших их не вредить им. В Уэльсе отряды воинов во время сражения при Каттраэтхе описываются в «Гододине» Онеурином как собаки, волки, медведи и вороны, в то время как отряд воронов Овейна, который противостоял Артуру, возможно, был вороньим кланом, позже неправильно истолкованным как настоящие вороны. Некоторые группы далриадских скоттов носили имена животных: Инел Габран («небольшой козлиный клан») и Инел Лоарн («лисий клан»). Возможно, традиция именования кланов Нагорья в честь животных или растений связана с верой в происхождение от растений или животных. На многих монетах животное изображается сидящим на спине лошади, возможно, как ведущее клан, – подобно тому как птицы привели кельтов в район Дуная. В мифах рассказывается о том, как животное – тотем клана – привело клан на его нынешнюю территорию. Такие мифы могут сохраняться в легендах о том, как животное привело святого к месту расположения его церкви. Кельтские воины носили шлемы с рогами, а ирландская история говорит о людях с кошачьими, собачьими или козлиными головами. Возможно, это были люди, носящие головной убор, сделанный из кожи или головы тотема клана, поэтому в более поздние времена их помнили как чудовищных существ, хотя рогатые шлемы связаны с той же традицией. Солинус описывает бриттов как носивших кожу животных перед вступлением в битву. Были ли это кожи тотемных животных, под защитой которых они таким образом оказывались? «Формы зверей, птиц и рыб», которые круитхне или пикты татуировали на своих телах, возможно, были тотемными знаками, в то время как рисунки вайдой на телах у южных бриттов, возможно, имели тот же характер. Некоторые знаки на лицах, изображенные на галльских монетах, по-видимому, были татуировочными знаками.

Вполне возможно, что древний тотем волка из-за ночных блужданий животного в лесах был связан с подземным миром, откуда, согласно кельтской вере, люди произошли и куда они возвращались и откуда происходила вся растительность. Галло-римский Сильван, бог подземного мира, носил кожу волка и, таким образом, возможно, был богом-волком. Были различные типы богов подземного мира, и этот волчий тип, возможно местный прародитель тотемного волка, уподобленного местными жителями Диспатеру, по-видимому, был богом клана, который наложил свое мифическое происхождение от волка на другие кланы. Некоторые кельтские бронзовые изделия изображают волка, глотающего человека, который не оказывает сопротивления, возможно, потому, что мертв. Волк намного больше человека – возможно, это бог. Таким образом, эти бронзовые изделия символизировали веру в возвращение людей после смерти к их тотемному предку, или богу подземного мира, связанному с тотемным предком, свидетельствуя о том, что он пожирал мертвых, как некоторые полинезийские божества и греческий Евриномос.