Чтение онлайн

После двойного провала – выставки и аукциона работ импрессионистов 1877 года – было решено на следующий год выставку не устраивать. Шарпантье уговорили Ренуара снова поучаствовать в Салоне, который должен был пройти с 26 мая по 8 июля 1878 года. Подтверждение тому мы находим в письме Писсарро к Кайботту от марта месяца: «Супруги Шарпантье давят на Ренуара» [270] . Ренуар с готовностью последовал советам Шарпантье и подал на выставку жанровую картину «Чашка шоколада», написанную в начале того же года: ее выставили на Салоне 1878-го, однако симпатий критиков она не завоевала [271] .

Одной из первых крупных работ Ренуара в новом стиле реалистического импрессионизма стал большеформатный портрет мадам Шарпантье с детьми, который он закончил в середине октября 1878 года [272] . Тогда же была сделана фотография запечатленных на этом портрете детей Шарпантье, Жоржетты и Поля. И на фотографии, и на картине Поль одет в платьице, у него длинные волосы, как и у сестры. Поступив в школу, он сменил бы прическу и стал носить брюки. Ренуар писал портрет около месяца, ему заплатили 1500 франков [273] . Портрет повесили в доме у Шарпантье, и Ренуар спросил у мадам Шарпантье в письме, может ли он привести друзей и показать им работу: «Месье Шарль Эфрусси и месье Дедон… попросили меня спросить Вашего разрешения показать им Ваш портрет» [274] , а также «мадам Мане (Моризо, рю Вильжюст, 40) просила… разрешения видеть Ваш портрет» [275] . Шарпантье были рады гостям. Шарль Дедон был наследником богатого шахтовладельца. В начале того же года (в мае 1878-го) он приобрел «Танцовщицу» Ренуара у Дюран-Рюэля за 1000 франков [276] . Эфрусси был родом из Одессы, но в 1873 году перебрался в Париж; он происходил из состоятельной еврейской семьи торговцев зерном и банкиров [277] .

Марселен Дебутен. Ренуар. Ок. 1876–877. Офорт. 16x11 см. Национальная библиотека, Париж

Прекрасный портрет мадам Шарпантье и ее детей был повешен на видном месте, и посетители пятничных ужинов могли оценить работу Ренуара, после чего спешили заказать ему свои портреты. Заказов было так много, что в феврале 1879 года Сезанн написал своему патрону Шоке: «Очень рад слышать про успех Ренуара» [278] .

В 1879 году совместная выставка импрессионистов состоялась 10 апреля – 11 мая, до Салона, который открылся 12 мая. В 1878 году выставки не было, а в 1879-м Ренуару пришлось выбирать: выставляться с друзьями или на Салоне. Он хотел, чтобы друзья числили его в пассивных участниках группы, но на самом деле он таковым не был. Когда речь шла о чем-то важном для его карьеры, Ренуар решительно действовал в собственных интересах, не проявляя ни малейшей пассивности. В 1879-м он отказался участвовать с друзьями в четвертой выставке импрессионистов, несмотря на то что его друг Моне присоединился к товарищам и представил 29 работ [279] . Среди участников были также Кайботт, Кассатт, Дега и Писсарро. Сезанн и Сислей, вслед за Ренуаром, отказались от участия и вместо этого, как и он, подали свои работы на Салон. К сожалению, работы Сезанна и Сислея не приняли, зато все заявки Ренуара подтвердили благодаря посредничеству мадам Шарпантье. У нее были знакомые в выставочной комиссии, среди них – художник-академист Эннер, поэтому в экспозицию попали все четыре представленных Ренуаром портрета: два маслом («Мадам Шарпантье с детьми» и портрет актрисы Жанны Самари) и два пастелью (мужской, а также сына Шарпантье Поля) [280] . При этом на удачном месте повесили только портрет мадам Шарпантье с детьми. Двадцать пять лет спустя Ренуар заметил в интервью: «Да, там было только одно мое полотно, но оно очень хорошо висело. Да, верно, это был портрет мадам Шарпантье. Мадам Шарпантье хотела висеть на хорошем месте, у нее были знакомства в комиссии – и она на нее повлияла» [281] .

Ренуар понимал, что многим обязан мадам Шарпантье. Он пишет ей об этом напрямую, завершая послания оборотами: «Искренне преданный Вам Ренуар», «Ваш смиренный художник О. Ренуар» [282] . После майского Салона 1879 года он просит ее мужа в письме «поблагодарить мадам Шарпантье от имени искренне преданного ей художника; если я когда-нибудь преуспею, то только благодаря ей, потому что сам бы я никогда ничего такого не добился» [283] . Пользуясь своей дружбой с мадам Шарпантье, Ренуар попытался заинтересовать ее судьбами бедных детей с Монмартра; он посоветовал ей создать лечебницу для младенцев. Возможно, подтолкнула его к этому утрата первенца, Пьера Трео. На тот момент у мадам Шарпантье были другие заботы, однако в 1891 году она все-таки создала благотворительную организацию помощи младенцам из бедных семей [284] .

Жоржетта и Поль Шарпантье. Ок. 1878. Фотограф неизвестен

Во время работы Салона 1879 года Ренуар написал Кайботту: «Лично мне здесь ужасно нравится. Портрет мадам Шарпантье висит на уровне глаз, выглядит в десять раз лучше, чем у нее дома. Что до портрета мадам Самари, он повешен очень высоко. Но он, видимо, хорош, потому что все со мной о нем говорят. Я стал гораздо привлекательнее для широких масс» [285] .

Кроме того, на портрет мадам Шарпантье появилось множество благожелательных отзывов [286] . Один критик описывает его как «прелестную работу Ренуара, который вошел в моду» [287] . За Ренуаром закрепилась репутация портретиста. С 1879 по 1881 год он написал 21 детский портрет, 15 женских и 11 мужских. Он делился с мадам Шарпантье: «Сегодня утром начал портрет. Вечером буду работать над другим, а потом, возможно, начну еще и третий» [288] . Писсарро же тем временем писал Мюре: «Ренуар… пользуется на Салоне большим успехом. Мне кажется, он достиг того, чего достоин. Прекрасно! Так тяжело жить в бедности!» [289]

Во время Салона 1879 года Ренуар начал планировать персональную выставку портретов пастелью, которая должна была пройти 19 июня – 3 июля в редакции издательства Шарпантье по адресу: бульвар де Итальен, 7. В мае Ренуар пишет мадам Шарпантье: «Я собираюсь выставить [портрет мадам Самари] [290] в вашей галерее, потому что мне хотелось бы, если господа [ответственные за проведение выставки] согласятся, устроить выставку только моих портретов, которая, полагаю, привлечет много посетителей. У меня много известных портретов» [291] . Хотя Ренуар собирался подавать только портреты, на выставке также были представлены две картины с изображением молодых циркачек и наброски к панно на тему времен года [292] .

Примерно в то же время, когда проходил Салон 1879 года, супруги Шарпантье начали издавать журнал La vie moderne. В апреле одним из сотрудников стал брат Ренуара Эдмон; в 1884–1885 годах он занимал должность главного редактора. Пока шла выставка пастелей Ренуара, где было вывешено 30 работ, Эдмон опубликовал в номере за июнь 1879 года статью о брате: «Обещаю вам портрет из двадцати линий: можно было видеть, как он, задумчивый, мечтательный, томный, с отрешенным взглядом двадцать раз перебегает через бульвар; забывчивый и рассеянный, он десять раз возвращается за одним и тем же – и постоянно забывает; на улице он перемещается только бегом, попав в помещение, делается неподвижен; он может не шевелиться и не говорить часами: о чем он думает? О картине, которую пишет, или о той, которую собирается написать; о живописи он старается говорить как можно меньше. Но если хотите, чтобы лицо его осветилось, хотите его услышать – о чудо! – напойте какой-нибудь веселый припев, не ищите его за обеденным столом или в тех местах, куда ходят развлекаться, – попробуйте застать его за работой» [293] . Помимо этого описания, Эдмон также рассказывает о манере письма своего брата: «Портрет мадам Шарпантье и ее детей написан у нее дома, мебель не перемещали с обычных мест, ничего не меняли ради более выигрышной композиции» [294] . Возможно, именно с подачи Ренуара Шарпантье устроили в своей галерее «Ви модерн» выставку Моне в июне 1880-го и Сислея – в мае 1881-го.

Ренуар тоже иногда давал материалы в La vie moderne. Однажды он пересказал мадам Шарпантье предложение мадам Поль Берар: «Идея в том, чтобы на последней странице журнала помещать моды недели. Я готов представлять очень точные зарисовки… Можем договориться со шляпниками и портными. Одну неделю – шляпы, другую – платья… Я могу ездить к ним в мастерские и делать зарисовки с разных ракурсов» [295] . Нам неизвестно, воплотилась ли эта идея в жизнь, однако женские шляпы и платья, нарисованные Ренуаром, появлялись в журнале весь 1884 год [296] . Кроме того, Ренуар поставлял в журнал и другие иллюстрации, например Эдмона за чтением [297] .

В этот период Ренуар продолжал подавать свои работы на Салон. В 1880-м к нему присоединился Моне, отказавшись участвовать в выставке импрессионистов [298] . После первого своего большого успеха на предыдущем Салоне Ренуар на сей раз предложил две жанровые картины: «Сборщики мидий в Берневале» (1879) и «Спящая девушка с кошкой» (1880), а также два портрета пастелью (Люсьена Доде и мадемуазель М. Б. – Марты Берар) [299] . Поскольку на этой выставке не было портретов родичей мадам Шарпантье, она не стала помогать Ренуару с тем, чтобы работы удачно повесили. Без ее помощи Ренуар почти не получил внимания критиков, однако его популярности хватило на то, чтобы ему продолжали регулярно поступать заказы на портреты. После Салона 1880 года Сезанн написал Золя: «Мне сказали, что Ренуару поступают хорошие заказы на портреты» [300] . Одним из заказчиков стал Виктор Шоке, который попросил сделать для него портрет Сезанна пастелью на бумаге, – там отчетливо видна подпись: «Ренуар. 80». Шоке на время отдал портрет Сезанну, который сделал копию маслом по дереву; размеры копии совпадают с размерами оригинала [301] .