Чтение онлайн

Марта тихонько закрыла дверь и вместе с Асланом вышла во двор, где у подъезда стояла его машина. Это была «Мазда» спортивного типа, динамичного красного цвета, всем внешним видом вполне отвечающая характеру своего хозяина. Щелкнув сигнализацией, Аслан открыл перед Мартой переднюю дверцу, любезно приглашая сесть рядом.

– Куда едем? – спросил он, включая зажигание. – Я совершенно не знаю ни здешних мест, ни языка.

– Ну, с языком мы как-нибудь, – улыбнулась Марта и неожиданно для самой себя предложила:

– Едем в «Яну». Это недалеко, но очень уютно.

Ей вдруг захотелось снова приехать туда, где она оставила все свои надежды на Гонзу. Приехать с этим молодым красивым кавказцем, на его безумно дорогой и красивой машине, сесть с ним за один столик, и чтобы ее увидел сам Гонзик. А там – будь что будет.

И каково же было удивление, изумление Марты, когда, подъехав к знакомому кафе «У Яны», она действительно увидела припаркованную недалеко серую «Шкоду» своего обидчика. Но теперь чувство обиды даже не шевельнулось в ее душе. Она скорее хотела реванша за унижение, за свои слезы и мольбы, над которыми посмеялся Гонза. Поэтому Марта нисколько не удивилась, а даже наоборот – обрадовалась, когда, спустившись под руку с Асланом в полумрак любимого кафе, за одним из столиков сразу увидела Гонзу, мило беседовавшего с блондинкой.

«Ах, стерва!» – Марта ощутила прилив злобы, безошибочно узнав в ней худощавую продавщицу из того самого парфюмерного магазина, куда любил забегать Гонза, желая сделать Марте очередной подарок.

И в это мгновение она встретилась взглядом с самим Гонзой. Она увидела в его глазах полную растерянность. Марта, бывшая всегда и во всем ему послушной, согласной, покорной, даже безропотной, сейчас стояла перед ним под руку с незнакомым ему галантным спутником, приятно улыбаясь и ничуть не смущаясь тем, что села за соседний столик. Самоуверенность, самовлюбленность Гонзы мгновенно исчезли. Он сразу потерял интерес к своей собеседнице, пытаясь встретиться взглядом с Мартой и понять, что же произошло.

– Прошу вас, заказывайте, мне хочется угостить вас, – Аслан подал Марте меню, располагаясь напротив. – Здесь и впрямь очень уютно.

– Ну, чтобы не разорить такого бизнесмена…

Марта немного озорным взглядом посмотрела на Аслана и ограничила свой выбор пирожным, любимым абрикосовым соком и чашечкой кофе.

– А я с вашего позволения позволю себе немного поужинать.

– Можно вам посоветовать? – Марта снова взяла листочек меню. – Вот очень вкусная свинина…

– Свинина, даже очень вкусная – не для ингушей, – Аслан тронул ее за руку, улыбнувшись.

Марта удивленно посмотрела на него.

– Это правда очень вкусно.

– Я верю вам. Но ингуши свинину не едят. Нам вера не позволяет.

– Так вы тоже верите?

– Тоже? – теперь удивился Аслан.

– Ну, ваш друг тоже… Он просил меня… Но я ничего не знаю и не умею… Я неверующая.

– У вас очень доброе сердце, – улыбнулся Аслан. – Значит, вы не совсем неверующая.

Марта ощущала на себе не просто пристальные, а полные злобы и ненависти взгляды своего недавнего возлюбленного. Она пересела на стул ближе к Аслану, теперь повернувшись к Гонзе спиной. Аслан достал зажигалку и зажег маленькую свечку, стоявшую на их столике, добавив атмосфере общения еще больший уют и доверительность.

– И все же так все странно, – тихо сказала Марта, глядя на замерцавший огонек. – Я, вы, ваш друг… Эта встреча в парке… А сейчас… Вы и…

Она осеклась, едва не произнеся имя того, кто сидел у нее за спиной.

– В нашей жизни нет ничего странного. То, что кажется странным нам, в жизни имеет свою логику.

Марта опустила голову и улыбнулась.

– Вас это удивляет? – Аслан по-своему понял ее улыбку.

– Нет, просто вы повторили слова одного моего хорошего друга. Он тоже думает, что в нашей жизни ничего не бывает просто так.

– А вы думаете иначе?

– Нет, я сейчас думаю не о том. Но не буду говорить. Это может вас обидеть.

– Марта, о какой обиде может идти речь после того, что вы сделали для моего друга?

– Я как раз и подумала о вашем друге, – немного помолчав, сказала Марта.

– Он мне очень близкий и дорогой друг, – тут же отозвался Аслан.

– Я не об этом, – в задумчивости сказала Марта. – Вы… У вас бизнес, красивая машина… Наверное, красивая жена, умные дети… Красивый дом… И ваш друг…

Она снова вспомнила, как впервые увидела Алексея в окружении пьяной компании наглецов, а потом валяющимся в полном беспамятстве в парке и содрогнулась от этих неприятных воспоминаний:

– Jezismarie… Мне все непонятно. Вы, ваш друг… Что вас может связывать? Какие интересы? Что между вами…

Она попыталась найти нужное русское слово.

– Что между нами общего? – помог ей Аслан.

– Ano![22] Так! Что между вами общего? Я не понимаю. Простите…

– Что общего? Дружба. Самая искренняя дружба. Много лет. А все остальное: бизнес, машины, дома, жены, дети – это уже жизнь каждого из нас. У него своя, а у меня своя.

– Мне всегда казалось, что люди такого высокого положения, как вы, имеют таких же друзей.

Аслан улыбнулся, посмотрев на Марту.

– Если бы все было действительно так, то на дружбу надо написать свое меню. Свой прейскурант. Как здесь.

Он открыл лежавшее перед ним меню и, как мог, прочитал названия чешских блюд:

– Polevka… Brambory… Hulas… Ryba[23]… Разве вы не допускаете дружбу между людьми с разным достатком?

Марта вдруг подумала про свои недавние отношения со Гонзой, которым удивлялись многие. Как он, столичный интеллигент, известный врач, хозяин клиники, мог так часто приезжать к своей подруге – обычной медсестре, живущей в маленьком провинциальном городке за триста километров от Праги? Если с его стороны это была обычная любовная интрижка, то почему она затянулась так надолго?

– И все-таки странно…

Марта задумчиво посмотрела на Аслана, потом на огонек свечи и улыбнулась.

– Чему вы все время удивляетесь?

– Я не могу вспомнить вашу пословицу. Как там? Скажи о своем друге – и я расскажу про тебя. Так.

– Почти, – рассмеялся Аслан. – Скажи мне, кто твой друг – и я скажу тебе, кто ты.

– Вот–вот! Глядя на вас, я никогда бы не подумала, что у вас есть такой друг. И наоборот: если смотреть на вашего друга…

– Марта, а вы старайтесь не смотреть на нашу внешность. Ни на мою, ни моего друга. Хотя, признаюсь, Алексей всегда был таким: джинсы, майка, куртка, кепка… На груди, за плечами куча всякой аппаратуры, оптики. Он репортер. А у меня другая работа. Мое нынешнее положение обязывает придерживаться своего стиля: одежда, машина, привычки… Но мы с Лёшей друзья. Почти братья. Хотя и разные. Не только потому, что он русский, а я ингуш. Мы с ним разные по характеру, привычкам, вкусам, увлечениям…

– Все равно не понимаю, – Марта продолжала смотреть на мерцающий перед ней на столике огонек. – Ваш друг с какой-то войны. Я плохо знаю, что это за война, почему начали убивать своих же людей, бросать на мирный город бомбы. Что-то слышала из новостей по телевидению. Наверное, ваш друг остался без дома. Без своей родины. Но вы… Почему вы…

– Я покинул родину незадолго до войны.

Марта удивленно посмотрела на Аслана.

– Да–да, я не стал ждать, пока мой дом, как и дом Лёши, будет сначала разграблен, а потом просто уничтожен. Я на все плюнул и уехал. А мой друг всегда был идеалистом, неисправимым романтиком. Убедить его плюнуть на все и начать жизнь с нуля было просто нереально. Я ж говорю, мы с ним разные. Он во что-то верил и наделся, что все как-то изменится, образумится. А я уехал. Вот так все бросил – и уехал. Потому что видел и понимал: наша прежняя жизнь там кончилась. Конечно, можно было жить и дальше. Но для этого нужно было самому стать другим: подстроиться под новую власть, под кем-то прогнуться, на что-то просто закрыть глаза. Кому-то это удалось. А мне – нет. У меня другие принципы. Поэтому я уехал. А моя родина…