Чтение онлайн

Для кого-то — ничто. Для Керра — всё.

Наконец противник открылся. Долго же ты держался. Исса уже почти выдохлась, даже с поддержкой отряда. Но на пару ударов её хватит. Давай, госпожа магесса. Ты часто повторяла на тренировках, что магу проще убить дракона, чем обезоружить его. Так что сегодня придётся сделать именно это.

Ледяной клинок наткнулся на невидимую стену и застыл, так и не достигнув цели. Столкновение с чужой волей выдернуло дракона из транса, полностью лишая контроля над телом человека. Чистая, как горная река, мысль проникла из одного сознания в другое:

— Я не убийца.

Керрим моргнул, возвращаясь в своё тело и заново привыкая к нему. И лишь через несколько секунд увидел, как Иссина, тяжело дыша, достаёт из своего тела кинжал.

Он не успел испугаться за неё. Не успел заглянуть в бездонные голубые глаза, которые опять были спрятаны под спавшим во время боя, но вновь накинутым на голову капюшоном.

Прозрачными, кажущимися невесомыми руками Иссина вытащила клинок, и из раны на каменный пол полилась вода. Ещё несколько секунд — и о человеческой природе эфира напоминали лишь пряди серебристых волос, выбивающиеся из-под капюшона. Кинжал Рекемира со звоном упал на пол рядом с ритуальным, которым магесса вызывала Мариану. Призрак, до этого наблюдавший бой из глубин пентаграммы, вновь проявился.

Простой пасс рукой — и в воздух поднялись мириады снежинок. Наклон головы — и вот уже густой туман наполнил пространство Круга. Рекемир встал в стойку и сделал шаг, затем другой. Взмах меча — но дракон, выронив клинок, с криком завалился на бок. Правая рука была исколота тонкими ледяными иглами, и кровь медленно стекала по рукаву на пол.

Исса подошла к противнику почти вплотную. Рекемир криво улыбнулся. Не посмеешь! Исса, берегись!

Частичная трансформация в Зале Советов запрещена, в том числе и во время поединка. Слишком нестабильное состояние, слишком уязвим в нём дракон. И слишком опасен. Рекемир вскинул левую руку, по локоть окутанную серым туманом, сквозь который отчётливо проступали очертания чешуйчатой лапы и когтей.

Он почти дотянулся до лица Иссины, но она в последний момент шагнула в сторону и резко вскинула руку. Серый туман вокруг лапы засеребрился, будто его смешали с тысячей снежинок. Дракон снова взвыл от боли, и к ногам духа Марианы отлетела уже вполне материальная, хоть и сильно уменьшенная, драконья лапа. Что ж, во время частичной трансформации пропорции и размеры переходного состояния весьма изменчивы и непредсказуемы.

— Предки видели ваш поединок и признают его честным, а исход — справедливым, — произнёс сартр и шагнул в Круг.

Даршмир, не теряя ни секунды, подошёл к сыну, корчащемуся от боли на каменном полу. Схватил его за грудки и громко и чётко спросил:

— HashSha?![2]

— Rhek’hemiren Ghrimt’er, — ответил дракон, не в силах противиться приказу главы клана.

Черты его лица совсем немного изменились, соломенного цвета глаза приобрели янтарный оттенок — и вот вместо Ражимира в Круге лежит его сводный брат. Керр уже и забыл, насколько они похожи.

— Спокойнее, Дар, — сказал Лирт, похлопывая остолбеневшего дракона по плечу. — Иссина Марисская выиграла поединок, ей и решать судьбу твоего сына.

Все повернулись к девушке, всё ещё не сменившей облик и напоминавшей скорее водяную скульптуру, чем человека. А она молчала. Керр вспомнил, как вчерашняя метель принесла ему весть о пленении Иссины, вспомнил снежную фигуру, всё понимающую, но не способную издать ни звука.

Вода не умеет говорить. Исса не сможет задать свой вопрос, пока находится в состоянии эфира.

Крамаири осторожно шагнул в Круг, прислушиваясь к себе. В прошлый раз, когда он заходил в него во время инициации в качестве основателя рода, ощущения были просто отвратительные. Вот и сейчас тело наполнилось тяжестью, будто Предки решили таким образом высказать ему всё, что думают о попытке Крамаири контролировать человека, ступившего в Круг. Будь его воля — вообще никогда больше не появлялся бы в Зале Советов. Но сейчас всё это казалось такой глупостью, сущими пустяками. Сколько у Иссы времени, прежде чем она окончательно сольётся со стихией, утратив свою человеческую сущность? И есть ли это время вообще? Керр был готов на всё, лишь бы увидеть под капюшоном магессы насмешливый взгляд голубых глаз, а не бесчувственную водную гладь.

И нет сейчас никого в Зале Советов, да и в целом свете нет никого, кроме него и неё. Он обещал вернуть её, и он вернёт во что бы то ни стало. Плевать, как на него смотрят главы кланов. Плевать на все Советы разом: Малый и Большой. Только бы вернуть её.

Керр вплотную подошёл к струящемуся силуэту, больше напоминающему заключённое в тонкий сосуд течение реки, чем обычного человека. Казалось, девушка даже не дышала. Провёл рукой по уже не серебристым — водянисто-прозрачным волосам. Поднял её левую руку, готовую растечься от жара драконьего дыхания и, намотав на кончик мизинца прядь её волос, тихо позвал:

— Исса, ты нужна мне.

Прохладная рука потеплела, и через несколько секунд он уже обнимал уставшую, тяжело дышащую, но вполне реальную магичку. Рубашка и майлет девушки окрасились алым, и дракон спешно поделился силой, стягивая края раны.

— Не вздумай колдовать с кровью. Ты всё ещё в Круге, — шепнул он ей на ухо. Телепатически общаться Исса была не в состоянии.

— Иссина Марисская, — громко произнёс сартр, обращаясь к магессе, — какой приказ должен выполнить проигравший вам дракон?

Иссина повернулась к Рекемиру и, глядя ему в глаза, громко приказала:

— Расскажи им, как убил своего брата, его жену и сына. Расскажи, как и почему притворялся Ражимиром Гримтером.

— Это два вопроса, придётся тебе выбирать, — зло прошипел дракон. Но рука, оторванная по локоть, заставила его скорчиться от боли. Все вопросительно посмотрели на Иссу.

— Это не я, — девушка рассеянно пожала плечами. — А что касается вопросов, так они об одном и том же.

Рекемир рассказал всё: как он двести лет назад нашёл старые записи учения о «чистой крови», продвигающее идеи о превосходстве драконьей расы над другими и недопустимости смешанных браков; как рассорился из-за этого со сводным братом и его лучшим другом (Керрим, как ни старался, никак не мог вспомнить ту ссору). Как разозлился, узнав о рождении сына у Ражимира и Марианы, и как вычитал, что драконы-полукровки уязвимы к некоторым ядам.

— Вы же говорили, что у драконов рождаются только драконы, — недоумённо спросила магичка, понемногу приходя в себя.

— Да, но не совсем: взрослые драконы невосприимчивы к большинству ядов, но детский организм привыкает к ним постепенно. Дети, рождённые от драконов, становятся полностью невосприимчивы к десяти-двадцати годам, а от смешанных браков — к двадцати-тридцати. Но тут всё очень сильно зависит от организма, а к тридцати-пятидесяти годам никакой разницы между такими детьми уже совсем нет, так что…