Чтение онлайн

Старик, как знал, вовремя ретировался сам и детвору отвёл — мощным пинком распахнулись обе двери центрального входа. Рыча от негодования, в проёме появился молодой здоровяк — в глазах жажда крови, а в обоих руках пистолеты.

— Батя! Ну как так-то?! От куда она зарисовалась? Я вообще её никогда не видел раньше!

— Сын, успокойся, — следующим в дверном проёме появился матёрый мужик, уступавший в комплекции первому на порядок, седина серебрила бороду и голову, что подчёркивало возраст. — Это и в правду её родная дочь. И ведь мы все напрочь забыли про неё, — спустившись с крыльца, он остановился и крепко задумался, в его застывшем взгляде еле улавливался страх и ужас.

— Батя, да чё за бред?! — молодой бык развернулся к отцу и, приблизившись вплотную, прошипел сквозь зубы, брызгая слюной. — Пусть она будет хоть кто! Я просто хлопну её, как мышь!

— Тебе не дадут сейчас, — поймал за руку сына тот. — Не сейчас.

— Блин! Да как же меня это всё задолбало! — отдёрнув свою руку, взвыл парень. — Эти ваши заумные мутки. Сратеглии. Дерьмо для слабаков! Сильнейший, быстрейший, смелейший! Вот это лидер на сегодня!

— Хитрый ум, — вздохнул седобородый. — Как меня хитро разыграла наша Королева?! Воистину великая женщина.

— Что?? Ты просто так отдашь престол?!

— Что значит отдашь?! — повысил голос отец. — Он никогда нашим не был! И не будет, покуда такие великие вожаки живут, — он вновь глубоко задумался, устремив свой взгляд в никуда. — Ты знаешь, сынок, что сейчас мне прошептала эта Васька? «У кошки много жизней. На седьмой день ты увидишь меня воскресшей».

— Это что?! Это из-за этогоно бреда мы ушли из зала?!

— Сын, — он подтянул здоровяка к себе. — Это с идеальной точностью повторенные последние слова Королевы Шукноры. Она три дня назад прошептала их, умирая на моём клинке. Этого никто не видел и не слышал. Пойми! Эта фраза мне тогда показалась старушечьей глупостью, но теперь, когда в полной точности я услышал это от воскресшей и помолодевшей Королевы…

— Да ладно! — бычий гнев перешёл в ликующую радость — Батя! Так это… — тот резко притих, сдерживая улыбку, и осмотрелся по сторонам. — Ты зарезал эту мразь?! Батя! Я всегда тобой гордился, но сейчас я просто готов носить тебя на своих плечах! А с этой мышью я справлюсь, завтра же. Вот увидишь.

— Остановись, на пару дней, сын! — мужик всё чётко осознавал, но пока так и не понимал, как его смогла и в этот раз обыграть Шукнора. Даже на смертном одре она была на несколько шагов впереди. — Я сперва должен понять «как». Как всё это так? Как уже мёртвая Королева продолжает обыгрывать меня до сих пор? Она умирала так, будто бы я проиграл эту схватку, а не она.

— Я не пойму тебя, Батя.

— Странно да? Если Васька уже всё про меня знает, то почему не убирает сразу? — вслух размышлял седой. — А, ну тут понятно. Мне ещё нужно перед моими бойцами присягнуть новой Королеве. Иначе, она теряет треть армии.

Зазвучали медные трубы. Их мелодия означала только одно — общий сбор населения для важного объявления. Жители города как ждали этого в своих укрытиях, и по сигналу наводнили собой все улицы ведущие к дворцу. Около крыльца появились вооружённые мужики, перекрывающие вход.

— Вольные люди! Лихие братья! Отважные воины! — голос звучал сверху, на башне два мощных громкоговорителя ровным баритоном начали вещать собравшимся. — Слушайте и сообщайте потом остальным! — народ уже был измучен различными слухами и затих, боясь упустить суть правды, которую решили наконец-то объявить.

***

Мудрые всё-таки оказались главы трёх основных группировок Арсенала. После потери вождя — Королевы, они не стали разваливать «Королевство». Люди уже лет пять живут в нём и сообща только прирастают богатством. Многие уже смешались семьями. И всё же, три головы одного народа уже месяц больно кусали друг друга, покуда смуглая выскочка Васька не обрела настоящую силу, авторитет и поддержку почти всего населения города, в котором стоял дворец с большими буквами «Арсенал».

Кто только не брался её убрать — удалить как ошибку, все эти попытки были провалены в сухую. И почти все провалены с публичным позором, что сильно травмировало авторитет главарей группировок, деливших власть.

Ровно через месяц, после гибели Шукноры, короновали её идеальную молодую копию — Смуглянку Ваську. Та не пожелала сменить по этому поводу имя, так и зазвучало в мире «Васька — Королева бандитов!». Ходили слухи разные, но в основном имели две сути: Шукнора воскресла; Шукнора вселилась в свою дочь.

***

— Кто сейчас живёт в моей старой комнате? — Васима практиковала метание ножей и, заметив вошедшего в тренировочный зал завхоза, вдруг решила спросить его.

— Простите, моя госпожа, но я думал, Вы самостоятельно знаете ответы на все вопросы.

— Как можно простить регулярную глупость? — не закончив слов, она метнула в него какой-то корявый кусок точёного железа.

— Аай! — от боли завхоз присел на колено и выронил из рук маленькую деревянную коробочку. Железка рассекла кожаную накладку на левом бицепсе и, наверное, отскочив от кости выпала, открыв волю кровеносному давлению. — Аай! За что?!

— Я задаю вопрос не для того, чтобы узнать этот ответ, а для того, чтобы узнать знаешь ли ты ответ на этот вопрос! — она подошла к рабу, который шёл следом за ним и теперь трясься от страха, еле удерживая поднос с кувшином и стаканом. — Что тут?

— Лёгкое вино, моя госпожа, для Вас, — ответил за раба тот, прижимая рану.

— Ах. Ну вовремя. Смотри как. Давай обеззаразим ранку.

— А! Нет! — тот попытался вскочить. — Нет! Прошу Вас, не убивайте! Я скажу, кто это оплатил. Прошу! Нет!

— Ты, походу, полный дурак. Я знаю, что тут. Знаю, и кто тебе это дал…

— Да-да. Тут яд. Моя Госпожа, не убивайте! — он превратился во что-то ничтожно беспомощное, — Я всё для детишек моих только. Голодают.

— Ох ты и чмо! — возмущённо изумилась она. — Я же знаю, что ты бездетный уебан, которому даже старые вдовы не дают.

— Бесподобная проницательность!!! — во весь голос восхитился кто-то в конце зала.

— Седой Лис, — вытаскивая стальную спицу из уха убитого завхоза, обернулась на звук Васька. — Чем он тебе мешал, этот беспомощный подлиза? Зачем его-то подставил?

— Ты всё равно будешь менять слуг. Вот обычный предлог для этого. Давай не будем о нём и пройдём в кабинет? — предложил тот, поглаживая свою серебряную бороду. — Там уютнее просто.

— Нет! Здесь, — отрезала та. — Раб. Унеси это вино ко мне на стол. И скажи, чтобы тут всё мясо и кровь убрали.

— Шукнора, — когда в зале остались только они вдвоём, по-другому заговорил он. — Это ты, или твоя мать? — мужик, будучи не молодым, превышал по всем параметрам в комплекции свою Королеву, спокойно зашагал навстречу к ней. — Шукнора.