Чтение онлайн

– А со мной ему с руки? Я ведь парень обидчивый. Вот возьму и перестану писать песни для его зазнобы!

Имант еще раз хлопнул меня по плечу:

– Зазнобу его не обижай, она девушка хорошая! А Романов скоро отойдет, и мы отправим тебя в Америку. Но с тобой под видом музыкантов поедут несколько наших сотрудников. И секретное спецоборудование.

*****

После Кремля еду в студию. Пора уже совесть поиметь и показаться на работе, а то мои сотрудники скоро забудут, как их непутевый руководитель выглядит. Не знаю, что им Леха с Альдоной рассказывали о причинах моего отсутствия, но чувствую себя виноватым - разнюнился, расслабился, забил на предстоящие гастроли. Стыдно, конечно. Но теперь это в прошлом, и со вчерашнего дня у меня каждое утро начинается с интенсивной тренировки.

...После поединка с Ягубкиным у нас состоялся очень непростой разговор с Павловым и Киселевым. Финал они успели увидеть собственными глазами, так что речь о полной потере мною физической формы теперь нет смысла вести. Тем более, что Ретлуев клятвенно заверил спортивное начальство, что за две-три недели интенсивных тренировок я ее полностью восстановлю. Но...

– Да, я тебе верю, Ильяс!
– горячится Киселев - Но и ты меня пойми. Как можно ставить в олимпийскую сборную спортсмена, который по месяцу не бывает в Москве?! Он же завтра опять куда-нибудь отправится, а мне что делать? У меня, как у главного тренера сборной, есть жесткий график тренировок для каждого из моих боксеров, и в нем учтено все до мелочей. Они должны каждый день показывать не просто стабильный результат, но и постоянно прогрессировать, чтобы к Олимпиаде набрать наивысшую спортивную форму.

– Алексей Иванович прав… - вздыхает Павлов - случись что, и спрашивать будут именно с него. Виктор, конечно, уникум. Но как ему с этим уникумом прикажете работать?

– Так я же не сам себя за границу посылаю… - подаю я виноватый голос из-за спины Ретлуева - Партия сказала “Надо!”, мы взяли под козырек и поехали.

– Вот про что и речь!
– возмущенно восклицает Киселев - Ты даже сам не знаешь, где окажешься через месяц.

– Ну, почему же… знаю. Через месяц я буду в Америке, потом в Италии. А вот дальше у нас гастролей уже нет, и я буду в Москве.

– Свежо предание, да верится с трудом… - недовольно ворчит Павлов

– Нет, правда! В конце декабря гастроли АББА в Олимпийском, так что до Нового года я точно в Москве.

– А потом помчишься еще куда-нибудь!
– фыркает Киселев. Переводит сочувствующий взгляд на Ретлуева. Вздыхает… - Ильяс, при всем моем к тебе великом уважении, я против того, чтобы включить Селезнева в состав сборной. Невозможно усидеть на двух стульях. Надо выбрать что-то одно.

– ...А Виктор, я слышал, еще и в МГУ на юрфак поступил - веско добавляет Павлов.

– Что и требовалось доказать!
– припечатывает Киселев, ударяя ладонью по столу.

На Ретлуева жалко смотреть. На глазах рушится мечта человека воспитать олимпийского чемпиона. И самое обидное, что мечта эта вполне реальна. Все присутствующие прекрасно это понимают. Но ответственность за меня брать не хотят. И их тоже можно понять.

– А давайте, вы примете компромиссное решение?
– вкрадчиво предлагаю я

– Это какое же?

– Зачислите меня пока в запасной состав. А окончательное решение примете по моей кандидатуре уже ближе к Олимпиаде. Ну, не знаю… дадите мне провести серию поединков. С теми же кубинцами. Я слышал, они прилетают провести дружеские матчи. Там и убедитесь, что я в своей весовой категории на голову выше остальных.

Мужчины переглядываются.

– Ты бы Селезнев, сначала с весом своим определился - хмыкает Киселев - а то ишь, размечтался он: “на голову выше остальных”! Думаешь, эти “остальные” будут здесь зря время терять, пока ты по миру мотаешься?!

– Вот и проверим. Вы-то что теряете при таком раскладе? Ставка все равно будет на основной состав сборной.

В кабинете главного тренера воцаряется тишина… Начальство напряженно обдумывает мое предложение.

– А Америка…?
– пожимает плечами тренер сборной.

– За Америку не переживайте. Для меня там есть отличный тренер. Помните, темнокожего боксера Картера? Думаю, я договорюсь с ним на время гастролей.

– ...Слушайте, а Виктору будет даже полезно потренироваться с этим представителем американской школы… - задумчиво говорит Сергей Павлович - не только в своем котле повариться, но и освоить, так сказать, технику соперника.

– Ну, вот!
– вскакиваю я со стула - Риска для сборной никакого, одни плюсы.

– И позор на голову Ильяса, если ты его снова подведешь - продолжает бурчать Киселев, но чувствуется, что он уже настроен не так непримиримо, как в начале разговора.

– Ладно - встает из-за стола Председатель Спорткомитета - если вы с Ретлуевым так рветесь к победе, дадим вам последний шанс. Сейчас Алексей Иванович с Ильясом подробно обговорят детали твоих тренировок, а с тебя, Виктор - упорный труд до седьмого пота. И пока находишься в Москве, будь добр, чаще выходить на ринг - спаринги это святое.

– Есть!
– беру я “под козырек” - Разрешите идти?

– Свободен - сверкнул на меня глазами Ретлуев - Завтра в семь жду у ворот, и чтоб бэз опозданий!

Я пытаюсь щелкнуть каблуками, забыв, что в кроссовках, и в ответ удостаиваюсь сразу трех укоризненных взглядов. Подумаешь… прям уж и пошутить нельзя. Все такие серьезные! Но главное, наша цель с Ретлуевым достигнута - я снова в сборной. Как там у древних? “Вижу цель - не вижу препятствий”. А что скамейка запасная, так это мы еще посмотрим...

….В студии на Селезневской меня встречает взволнованный Клаймич

– Виктор, ты знаешь, что помощник Романова приезжал за твоим загранпаспортом?!

– Знаю, я и сам только что из Кремля.

– Но почему они твой паспорт изъяли?
– директор вытирает пот со лба платком

– Не изъяли, а забрали на пару дней - успокаиваю я Клаймича - Не берите в голову, Григорий Давыдович, все нормально.

– Точно все нормально?
– продолжает он сомневаться.

Вот ведь чуйка у мужика, хрен обманешь… Но рассказывать ему о том, что я пока стал невыездным, не стоит. Если Веверс уверяет, что гастроли в США состоятся, то нет повода в этом сомневаться. Так что сразу перевожу разговор в рабочее русло

– Лучше расскажите, как у вас успехи?

– Репетируем усиленно. Результат неплохой. А что у тебя с новой песней?

– Написал. И даже синтезаторная версия мелодии уже есть. Пойдемте в кабинет, сначала хочу вам ее показать.

– Ну, пойдем, пока наши не обнаружили, что ты приехал.

Поднимаясь по лестнице, Клаймич пожаловался:

– Вчера Катя Семенова опять приезжала, имел с ней не очень приятный разговор…

– Рвется на Верино место?
– догадался я

– Рвется. И не она одна - вздыхает наш бедный директор, принявший в мое отсутствие весь огонь на себя - вечером звонили из отдела культуры ЦК.