Чтение онлайн

– Виктор? – в трубке раздался приятный мужской голос - Это секретарь товарища Щелокова, майор Трегубцев. Николай Анисимович просит тебя приехать на Огарёва. Когда за тобой удобно выслать машину?

Я еще раз зевнул, пытаясь сообразить зачем я так срочно нужен всесильному министру МВД и члену Политбюро. Разве что это вызов из серии «на ковер» по итогам Кельна…

– Да можно прямо сейчас... Минут через сорок я буду готов.

Тут я услышал шлёпанье позади, обернулся и узрел жующего Леху.

– Хотя постойте, не надо машину. Я сам приеду

– Отлично, мы ждем!

Вешаю трубку и вопросительно смотрю на «мамонта».

– Еще вчера Имант Янович позвонил, объяснил, где вы теперь живете – пожимает плечами Леха – А утром еще раз набрал и вызвал «с вещами»

Этого Веверса становится слишком много. Я смотрю на часы, что висят над телефоном. Четверть одиннадцатого. Вот же я проспал… В студии поди удивляются – куда пропал. Хотя нет, о нашей моментальной эвакуации из ФРГ знает наверное только Альдона. А она никому не скажет.

– Вить, оладушки я того - «мамонт» чешет затылок – Уполовинил

Мы идем на кухню и я читаю мамину записку, в которой она желает мне удачного дня и объясняет, что оладьи стоят на плите. Стояли. Теперь их поредевшая горка возвышается на тарелке в центре стола. В окружении сметаны и варенья.

Через полчаса, поевший и подобревший, я уже сижу на заднем сидении Мерса. Сзади и спереди мчатся две черные Волги. Впрочем, они мне не мешают строить планы по завоеванию мира. Сначала слетать на космическую станцию МИР, как только ее запустят, потом…

– … Херня полная! – красный от гнева Щелоков ударил рукой по столу – Тебя зачем в Кёльн посылали?!? В демонстрациях участвовать??

– Но ведь Григорий Васильевич положительно оценил мою…э роль в этом деле – я оглянулся в попытке найти поддержку, но в кабинете министра мы были одни. Щелоков не соизволил выйти из-за рабочего стола и я сидел перед ним на стуле как нашкодивший школьник

– Генеральный еще не вник до конца во все дела – хмурый министр откинулся в кресле – Надо же и собственные мозги иметь! Кто тебя просил кричать «янки гоу хоум»?? Ты знаешь, что американский посол звонил Примакову, ругался. А тот мне! Как ты думаешь, я хочу выслушивать за тебя мидовскую критику?

– Да что произошло то, Николай Анисимович?! Вы же явно не из-за Кельна завелись!

Как в воду глядел. Министр побарабанил пальцами по столу, потом подвинул ко мне стопку документов. Это были сводки Главного управления исправительно-трудовыми учреждениями (ГУИТУ) по ситуации в колониях по всему Союзу. Судя по цифрам, на зонах резко участились бунты.

– Идея про третью ходку пожизненную твоя была? А изолировать воров в законе на специальных зонах? – Щелоков устало потер набрякшие веки – Вот теперь разгребаем. Идея как-то утекла и стала известна криминальным авторитетам. Теперь они подбивают заключенных на бунты…

– Это не через меня – тут же отперся я – У вас же в МВД сейчас есть детекторы лжи, я готов…

– Да знаю, что ты готов – министр рыкнул и рванул документы у меня из рук – И знаю, что не через тебя. А через кого?!

– Что за крики, а драки нет? – в кабинет без стука зашла Светлана Владимировна Щелокова. Жена министра была одета в белое летнее платье, на лице сияла приветливая улыбка.

– Витенька, ты уже вернулся из ФРГ? Почему не позвонил?

– Да тут такое дело… - растерялся я, привставая и целуя Щелокову в щеку

– Скандал там случился – министр тоже встал, подвинул жене стул – Ты вчера программу Время не смотрела?

– Ты что забыл, что я была у Гали? – Щелокова присела рядом со мной, потрепала меня по волосам – Коля, с Брежневой надо что-то делать. Это беспробудное пьянство… Она после похорон не выходит из запоя. Давай решать. Юра согласен отправить ее на лечение в…

– Вить, ты вот что… - министр хмуро посмотрел на меня – Сядь на место секретаря и набросай мне свои соображения по известному тебе вопросу. Надо как-то выходить из сложившейся ситуации, одними карательными мерами тут не обойдешься

– Амнистия? По мелким уголовным делам? – уточнил я, вставая из-за стола

– Да, что-нибудь в этом духе – кивнул Щелоков

Я попрощался со Светланой Владимировной, пообещал ей заехать в гости и вышел из кабинета. А в приемной тут же нос к носу сразу столкнулся с Еркиным. На лице генерала прибавилось морщин, впрочем и звездочек на погонах тоже.

– О! А вот и краса и гордость Советского Союза! – заулыбался Еркин – Как там Запад? Загнивает?

– Загнивает – согласился я – Но как пахнет!

Все присутствующие в приемной мужчины засмеялись. Громче всех – Еркин.

– Ты уходишь уже? – поинтересовался генерал, оглядывая очередь из ждущих приема министра.

– Да. Сейчас составлю один документ на имя Николая Анисимовича и вперед, покорять мир. Как там кстати, ваши таинственные отравления? – я с замиранием сердца посмотрел на Еркина – Раскрыли?

– Какое там – махнул рукой генерал – КГБ забрало дело. Засекретили все, теперь даже не узнаем в чем там дело.

Я тихонько выдохнул и мысленно вытер пот со лба. Сработало! Веверс и Пельше прикрыли меня.

Закончив печатать записку на имя Щелокова и уже спустившись по лестнице, я притормаживаю возле поста охраны. Милиционер, повернувшись ко мне спиной, читает газету Правда, на развороте которой большая фотография Кикабидзе. Актер с грустным лицом вцепился в барьер скамьи подсудимых побелевшими руками. Большой заголовок гласит «Последний рейс «Мимино». Глаза вырывают из текста статьи короткие фразы «Осужден Первомайским районным судом г. Москвы на 8 лет лишения свободы с конфискацией имущества…», «…паразитическая сущность и антиобщественное поведение Кикабидзе», «найдено при обыске ценностей…», «…помнящем о святых обязанностях гражданина нашего социалистического общества. Нет же, нашлись у Кикабидзе и защитники. Особенным усердием отличились выступившие на процессе актриса Софико Чиаурели и …». Милиционер оборачивается и замечает, что я читаю Правду через его плечо. Подскакивает на ноги, улыбается. Молодой, конопатый.

– Виктор? Селезнев?

– Он самый – я киваю на газету – Осудили, значит, Мимино…

– А это правда – милиционер переходит на шепот – Что у вас с Кикабидзе драка была на концерте? Наши рассказывают.

– Точно, было такое – я беру Правду в руки, быстро проглядываю статью – В гримерке подрались

– Из-за девочек? Из-за Красных звезд?

– Ну, можно и так сказать – хмыкаю я, вспоминая бледную Веру, к которой приставал актер – Только давай без подробностей, хорошо? А то пойдут слухи гулять.