Чтение онлайн

Признаться, Рики не собирался им мешать, поскольку опаздывал, задержавшись за десертом, и, строго говоря, попросту прошел мимо.

— По–моему, пятичасовой чай в учительской вполне… — начала комментировать, неодобрительно покачивая головой, библиотекарша.

Рики механически одарил ее недобрым взглядом. Реакция оказалась очень поучительной: старые сплетники вздрогнули, тут же коротко попрощались и разошлись.

Трелони его, конечно, на урок впустила, смиренно–обиженным молчанием укоряя и давая понять, что некоторым правила не писаны. Так что слизеринец и думать забыл про сцену на лестнице. Зато Лео, когда через день Рики обмолвился об этом между делом, ухватился за тему.

— Филч, конечно, все за всеми замечает и уличает, — заявил он, — но его наблюдение, разумеется, чушь. Нет ничего невежливого в том, чтобы пить чай по вечерам.

— Тем более, в Китае это целый ритуал, — поддакнул Рики. — Ван, конечно, не из тех, кто станет вести себя невежливо по отношению к коллегам, но многих привычных вещей ему здесь может не хватать.

— Я не думаю, что тебе следует говорить с ним о чае. Сэр Финеан, между прочим, аккуратно доложил Дамблдору о твоих планах, насчет разобраться с проклятием должности. Тот предупредил профессора Вана, — напомнил Лео. — И вчера портрет моего уважаемого предка мне заявил, что Ван теперь, понимаете, ждет, когда ты ему объяснишь, что собрался делать!

— А что же ты мне вчера не сказал?! — возмутился Рики.

— Вчера мы гуляли с Марго, — бесстрастно пояснил Лео.

Сочтя причину уважительной, Рики мысленно зачеркнул претензии к другу. После проверки кабинета вредноскопом Бетси он собирался испросить разрешения на более детальные исследования, да все откладывал. Не слишком удобно обсуждать с преподавателем, что он, как бы, очередной подопытный своей должности, пусть даже и предупредил его директор. Тем более, когда-то Ван не был учителем, и общались они с Рики иначе.

И все-таки Рики задержался после урока. Озадаченные необходимостью отслеживать свои мысли, одноклассники понуро плелись в коридор, и никто не обращал на него внимания. Профессор Ван за столом улыбнулся, давая понять, что слушает.

— Я насчет должности, — промямлил Рики. — Может быть, Вы смогли заметить что-нибудь необычное?

— Все необычно, — ответил Ван. Он отвлекся, взглядом проводив Мелани, которая выходила последней и — вот ведь вредина — не поленилась оглянуться. — Иногда смотрю в окно, и становится тоскливо. Здесь все другое, чем я привык. Но это ведь не опасно?

Рики согласился, что нет, после чего профессор с некоторым сожалением объявил, что вроде бы ничего угрожающего до сих пор не заметил. Ван также проинформировал, что, как и большинство учителей, он старается проверять тетради именно в классе, и только один раз забирал их с собой в учительскую. И в целом, он старается придерживаться всех заведенных в «Хогвартсе» порядков.

— Желаю удачи, — попрощался он, после того, как Рики поблагодарил его за предоставленные сведения, умолчав, разумеется, о гнусных инсинуациях Филча.

После этого Рики вынужден был вернуться к своим прямым обязанностям, так как Ван планировал учить их закрытию сознания и с этой целью задал кучу всего. Он думал почитать в подземельях, но на лестнице нагнал задумавшегося Дика, который предложил составить ему компанию.

— Не понимаю, почему у тебя всегда были такие посредственные оценки по истории магии, — как бы спросил Дик, когда они, оба с сумками за плечами, почти добрались до в библиотеки.

— Я никогда не придавал этому особенного значения, — ответил Рики.

— Вот подумай, почему, — посоветовал Дик и толкнул дверь.

В сонном жужжании библиотеки Рики стал думать. Возможно, так он интуитивно защищался от некоторых своих способностей, пока не знал, откуда они. Лорд проявлялся в нем фрагментарно, и обычно в этих непонятных вспышках и озарениях было нечто жутковатое. Он сознательно ограничивал себя, хотя обратное могло дать ему преимущества. Сейчас ему пришло в голову, что неразумно продолжать ту же тактику.

— Вот именно, — согласился Дик, выслушав его соображения в длинной, состоящей главным образом из обезумевших пятикурсников, очереди к мадам Пинс. — Мы ведь именно затем и живем, чтобы выяснить, на что мы способны.

Это впечатлило Рики.

— А если мы способны на злодеяние? — спросил он.

— Это неправильное применение своих сил, — отмахнулся Дик. — Надо искать нормальные пути.

— А если ошибиться?

Дик помрачнел. «И надо тебе наступать другу на любимую мозоль!» — мысленно отругал себя Рики.

— Думаю, вначале этого все боятся, — ответил равенкловец. — Но, если ничего не делать, может оказаться хуже. Ну ошибся ты, и что теперь делать?

— Зато поумнеешь. Мой отец так считает, — кивнул Рики.

Подошла их очередь, и Рики первый, с трепетом, протянул пропуск в запретную секцию. Библиотекарша даже глаз на него не подняла, встала и потопала в сторону двери. Почти дойдя до нее, она обернулась.

— У кого еще в запретную секцию? — спросила она, обращаясь к очереди.

Дик и еще несколько человек протянули свои пропуска.

Мадам Пинс, не меняя сурового выражения орлиного лица, вернулась, забрала у них клочки пергамента, что-то себе записала, ушла и довольно быстро вернулась с тремя книгами.

— Вам одну на двоих, — обрадовала она и пихнула фолиант Дику и Рики.

Рики почувствовал досаду. Это представляло некоторые неудобства, как бы хорошо ни относились они друг к другу. Рики как-то пробовал с Дан и помнил, что читать вместе одну и ту же книгу сложно, поскольку один читает быстрее, другой медленнее, приходится ждать, а это ужас как раздражает, когда делом занят. Зная основательность Дика, Рики сразу же предложил:

— Давай я пока займусь седьмой главой, а ты — второй?

Дик согласился, и вскоре они, как трудолюбивые мышки, грызущие гранит науки, приникли к книге с разных сторон.

По прошествии некоторого времени Рики понял, что именно такое полное отвлечение, точнее, отупение должно помочь ему настроиться на нужный лад для выполнения задания по сокрытию мыслей.

Обед заставил их прервать работу, и втайне Рики радовался, что позднее книга достанется ему целиком, потому как Дику предстояли древние руны. Однако, поднявшись на несколько пролетов, он вдруг понял, что просто не может опять идти в библиотеку. Он жаждал действий, и теперь остановка поезда представилась ему весьма важным событием. Рассуждал Рики просто: что-то вокруг него происходит; раз так, надо подготовиться. И пройтись-таки по подземельям.