Чтение онлайн

Стас Иваницкий по сути интроверт и отшельник, все же иногда покидал свое уединенное жилище музыканта и выходил в бурлящий и кипящий жизнью город городов – Нью Йорк. Со стороны он выглядел по меньшей мере странно, словно пришелец из других миров. В быстром потоке людей и машин он медленно шел, погруженный в раздумья с отрешенным видом, будто вокруг него и нет никого, а все окружающее подобно стихиям природы с ее бурными реками, островами и горными вершинами из стекла и бетона, своей высотой, порой, закрывающими небо. За больше, чем двухсотлетнюю историю, этот всеядный мегаполис кого и чего только не принял в свое огромное чрево, создав нацию из эмигрантов со всего света. Однако, Иваницкий оказался неудобоваримым и все потому, что сам не хотел этого, он, как в оболочке или коконе сохранил свое первоначальное естество. Стас знал, что пройдет год и он вернется в свою прежнюю жизнь, к своей любимой, а здесь он временно, чтобы заработать денег для их будущего, так, что и привыкать к этой стране ему вовсе не нужно и ни к чему. Он всеми мыслями и душой, по-прежнему, там, где родился, где прошло его детство, где он учился и встретил ее, свою единственную любовь, свою невесту РитАчку. Она ждет и дождется его, он уверен в этом.

А Рита с друзьями-музыкантами уже приступила к репетициям. Аппаратура налажена, репертуар составлен, инструменты в порядке. Хозяин обустроил сцену в углу зала: плотники, сделав свое дело, получили за работу деньги и «заткнув топоры за пояса», ушли в поисках очередных заработков. Их сменили осветители с декораторами и за относительно небольшой срок и потраченные средства, все было готово к выступлению перед почтейнейшей публикой, как говорили в старые добрые времена.

Рита волновалась, будто ей предстоял дебют в Большом или, по крайней мере, в Оперетте.

– Да, это не на синей табуретке в общаге петь, как в детстве!

Боря Сухарев, тот, что из Гнесинки, взял на себя роль руководителя, включая и денежные расчеты с участниками группы. Он облегченно вздохнул, когда получил добро на это от солистки Риты. Она вверила ему бразды правления:

– Хозяин предоставил нам полную свободу. Главное, чтобы посетителям нравилось и они бы охотно платили за музыку. Но ужином обещал кормить. Это все же не на улице в переходе работать. А, ты уж постарайся с ребятами контакт наладить. Тебе и флаг в руки.

– Хорошо. И, все же, это ты нас сюда привела. Ты солистка. Тебе и сверху процентов десять для начала, а там как дальше пойдет. – разумно рассудил Борис.

Дебют прошел успешно, может не столько в смысле денег, сколько в аплодисментах под одобрительные возгласы посетителей ресторана. Работа, есть работа и очень быстро их слаженный небольшой коллектив набрал высоту и стал вполне прилично зарабатывать, особенно на свадьбах, юбилеях и прочих увеселительных мероприятиях, в арендованном под это помещении ресторана с несколько банальным названием «Золотая мечта». Хозяин довольно потирал руки: с приходом музыкантов и такой обалденной девушки-солистки, в его ресторане заметно возросла выручка, стали все чаще арендовать зал, а это особенно выгодно.

– Дела пошли в гору, стоит подумать об открытии еще одного заведения, с учетом запросов элитных посетителей, что-то вроде закрытого клуба для особо важных персон. – Размышлял ресторатор Рафалович, в уме прикидывая, сколько нужно для этого средств и кого пригласить в компаньоны. В детстве и подростковом возрасте он подавал надежды в шахматах, и обладал способностью просчитывать ходы, что весьма помогает ему в бизнесе. Поглядывая на Риту, его любвеобильная натура плавилась, словно восковая свеча в жарких руках страсти, но строгое поведение девушки, а главное, боязнь, что узнает жена, на которую оформлено все его состояние, заставляло Исаака Михайловича быть осторожным.

Глава 30 Игра по правилам

Илья Сергеевич Лакарский, сидя в своем роскошном кабинете председателя правления банка «Таргет», устало закрыл глаза. Завтра выходные, сегодня он планировал провести вечер в тиши своего загородного поместья, в одиночестве насладиться приходом весны и пением птиц на природе, а тут неожиданно поступило приглашение в ресторан. Не хочется от слова совсем, но отказаться неудобно, да и чревато, что его неправильно поймут. Это тот случай, когда надо идти, хоть через силу.

Лакарский, откинулся на спинку итальянского кресла из натуральной кожи; теплой и мягкой, цвета молочного шоколада. Когда дизайнер салона – симпатичная девушка привезла ему на согласование образцы обивки мебели для его кабинета, он отчетливо запомнил, что выбрал эту расцветку после ее слов, что она идеально подходит под цвет его глаз. Вот, что значит вовремя и правильно сказанное слово. Он уже и забыл, когда девушки говорили о его личных интересах и внешних данных, все больше о себе любимых, о своих материальных, чисто меркантильных интересах и целях. Возможно, поэтому так рано остыл к женскому полу. Тридцать один всего, а он, словно потухший вулкан. В последнее время всю свою энергию направляет на работу и, что самое удивительное, это приносит ему не меньше радостного удовлетворения, чем общение с женским полом. Однако, стал замечать, что ему все чаще хочется побыть в одиночестве:

– Не по годам становлюсь отшельником… Все перестало интересовать: дружба осталась в детстве и юности, ее заменили деловые отношения, любовь потеряла свою тайну и стала больше напоминать партнерство с красотками модельной внешности ради престижа и поддержания статусности. Все свелось к демонстративности, а по сути к показушности. Чем больше собственный статус, тем меньше настоящих человеческих чувств и искренних отношений. Вот и сегодня предстоит идти на встречу… Надо подумать кого из девушек пригласить: Анну, Елизавету или Марину? Анна уже дает понять, что хочет за него замуж, Елизавета не умеет вести себя в обществе и все чаще напивается, Марина, со всей ее молодостью и красотой, глупа, как кукла с ватой вместо мозгов. Все эти девушки были поставлены ему в качестве эскортниц одним из модельных агентств.

Илья Лакарский небрежно откинул в сторону записную книжку с телефонами гетер, встал с кресла и решил поехать на встречу один.

– Так проще и надолго не задержусь. Засвидетельствую свой визит и потихоньку уеду пораньше, к себе на Можайку. Уж, хоть на это я имею право? Право на одиночество. – И сам себе ответил, - конечно, Илья имеешь!

Из его кабинета можно было попасть в отдельный блок: с комнатой отдыха с баром и гардеробной, а также душевой и санузлом. Это личная территория босса, где имеется все необходимое для отдыха с ночевкой. Иногда он приглашает сюда девушек из списка гетер. Это устраивает его. После выполненной ими миссии, шофер без проблем развезет «жриц любви» по их адресам. Цинично, но честно.

Илья Сергеевич принял душ, сменил рубашку и костюм, завязал новый шелковый галстук, подобрал подходящие по цвету туфли и уже полностью собравшись, вышел из кабинета, оставляя за собой шлейф терпкого аромата последней парфюмерной коллекции Хьюго Босса.

В приемной его дожидался личный водитель, чтобы отвезти в ресторан «Золотая мечта», где и назначена встреча.

В этом ресторане Илья Сергеевич оказался впервые. Он был консервативен и предпочитал старые, проверенные во все времена заведения: «Метрополь», «Националь», «Прага», «Эрмитаж».

Для большей части нарождавшейся постсоветской буржуазии ресторан «Золотая мечта» казался вполне достойным и по интерьеру, и по предложенному гостям меню с винной картой. Однако, не для такого, много повидавшего и искушенного человека, как Илья Лакарский из семьи потомственных дипломатов и все детство проведшего за границей в одной из капстран. Про таких, как он говорят: «Родился с серебряной ложкой во рту». У него и образование соответствующее: МГИМО со стажировкой за границей. Возможно, он пошел бы по стопам отца и деда, став дипломатом, со временем занял пост консула или посла в какой-нибудь из стран старой Европы, но наступили другие времена и ветры перемен привели Лакарского в международный бизнес, где начинали свои карьеры такие же как он, - отпрыски советской элиты под чутким руководством старших товарищей из этой тонкой прослойки «бесклассового» общества СССР.