Чтение онлайн

Стэнли со своим дедом тоже не ладил. Из-за вечной занятости Эйча на работе, он фактически вырос под опекой бабушки, в результате чего затаил обиду на деда, по факту променявшего его на карьеру. Когда же в Роаре объявился Больничный Стрелок и Эйч не смог отыскать этого сумасшедшего, Стэнли и вовсе на него обозлился: зачем менять семью на работу, если ты не способен хорошо выполнять свою работу?

В итоге Стэнли, из-за желания не становиться похожим на своего отца или деда, сумел стать и примерным семьянином, и профессионалом своего дела. Мы и познакомились на его работе. Я пришла в больницу на плановый осмотр у гинеколога и попала на приём к доктору Стэнли Маккормаку. Он обнаружил у меня кисту яичника, которую в итоге удалось убрать без хирургического вмешательства. Но в самый первый момент я так сильно испугалась, услышав страшное название диагноза, что, покинув гинекологический стул, рухнула в обморок. В итоге Стэнли меня откачал, отпоил водой, подвёз до дома… Мы начали общаться. Он был интересным собеседником, гораздо интереснее ещё слишком юной меня, а ещё он был очень солидным мужчиной, уважаемым сорокалетним доктором, который смотрел на меня взглядом, от которого под моей кожей пробегал невольный огонь. Позже Стэнли признался, что из-за профессиональной компетенции долго сопротивлялся вызванным мной в нём чувствам, однако в итоге капитулировал перед ними, в результате чего уже спустя полтора месяца после нашего знакомства мы впервые переспали. И хотя мы предохранялись, через три недели после нашего первого, но далеко не единственного полового акта, я обнаружила свою первую беременность. С тех пор Стэнли стал не только моим личным гинекологом, но и моим личным мужчиной.

Из головокружительного бойфренда Стэнли с лёгкостью превратился в неподражаемого мужа. Иногда мне кажется, что таких просто не бывает. Он даже разрешил мне вложить часть наших сбережений в идею моей младшей сестры Пенелопы и стать совладелицей зоотеля “Кошкин дом”, хотя, по факту, из-за домашних забот у меня не хватает времени на ведение этого бизнеса, поэтому всё, что я смогла для него сделать – это вложить в него небольшую сумму и бывать в нём один раз в неделю.

Пять раз в неделю Стэнли приносит мне завтрак в постель, на выходных мы всей семьёй ходим в кино или в кафе, а на нашу годовщину мой муж неизменно дарит мне ювелирные украшения: серьги, браслеты или кольца. Являясь высококвалифицированным доктором, Стэнли всегда много зарабатывал, так что всегда мог позволить себе не только подобные подарки, но и содержание просторного двухэтажного дома, и хороший автомобиль, и достойное обеспечение четверых детей. Он словно поставил всю свою жизнь на кон, чтобы доказать самому себе, что он не похож на своего отца, который бросил свою беременную женщину на произвол судьбы, и не похож на деда, который вместо добрых слов находил для него лишь грубые высказывания из полицейского жаргона. Стэнли никогда не позволял себе отпускать грубые слова в сторону наших детей. Вообще его любовь к дочерям – это нечто особенное. Порой мне кажется, что ни один отец не обращается со своими детьми так чутко, как он обращается с нашими дочерьми.

За всю историю существования нашего брака только один период нашей совместной жизни был очень серьёзно омрачён, о чём я до сих пор вспоминаю с дрожью во всём теле. Собственно говоря, именно после того периода я раз и навсегда отказалась от идеи подарить Стэнли желаемого им сына.

Тяжелым периодом для наших отношений стала моя четвёртая беременность. Точнее, шесть месяцев беременности, потому как я узнала о своём положении, когда уже находилась на третьем месяце. Каждая последующая после первой беременность и сами роды проходили у меня всё легче, так что вынашивать и рожать Сибил мне было особенно легко, чего я не могу сказать в особенности о своей первой беременности и первых родах, так что проблемы совершенно неожиданно возникли там, где я ожидала их появления меньше всего.

Обычно во время моих беременностей Стэнли буквально порхал вокруг меня: он кружил вокруг моего живота восторженным и влюблённым вальсом, однако на четвёртую беременность он отреагировал неожиданно холодно. С момента подтверждения беременности Стэнли начал стремительно охладевать ко мне, а на последнем месяце, сославшись на толчки Сибил в моём животе, вовсе стал спать отдельно, переместившись на диван в гостиной. При этом он не переставал быть максимально близким и чутким отцом для Аделы, Лекси и Каприс… Последний месяц беременности я плакала по ночам от непонимания ситуации, трактуя отношение мужа ко мне его расстройством из-за того, что он, как профессиональный гинеколог, не заметил моей беременности вплоть до наступления третьего месяца. Все предыдущие беременности у меня состоялись несмотря на то, что я беспрерывно пила противозачаточные таблетки, которые, после каждой очередной беременности, мы со Стэнли раз за разом меняли, и беременность Сибил не стала исключением – таблетки снова дали осечку. Но прежде Стэнли не вёл себя подобным образом. Напротив, при незапланированной беременности, а в нашем случае таковой являлась каждая, он сразу же бросался убеждать меня в том, что сможет обеспечить и меня, и любого ребёнка, которого я ему рожу.

В итоге, перед рождением Сибил, я стала думать, что Стэнли может переживать из-за финансового положения нашей семьи, хотя это казалось маловероятным, так как денег у него всегда хватало, отчасти благодаря его примирению с его блудным отцом. На третьем триместре я всерьёз начала считать, что из-за очередной беременности стала сексуально непривлекательной. Не знаю, до какого бы состояния я в итоге себя накрутила, но вскоре я пережила роды и все мои муки – в буквальном смысле все – остались позади.

На второй день после рождения Сибил Стэнли словно ожил… Нет, он скорее походил на реанкорнированного, нежели на ожившего. Мне тогда казалось, что он даже помолодел от распирающего его счастья. До тех пор я считала, что испытала всю силу его любви и, может быть, попросту исчерпала её до дна, но после рождения Сибил он стал любить меня ещё сильнее – так, как кроме него не способен любить ни один мужчина в мире. Он начал задаривать меня дорогими подарками – букеты цветов, украшения, гаджеты – а младшая дочь мгновенно стала его любимицей, что, в итоге, меня напрягло слишком запоздало. Заново влюблённая в своего мужа, я не сразу заметила, что сосредоточившись на младенце, Стэнли вдруг охладел к остальным детям. Он будто сфокусировал всю имеющуюся в его нутре любовь на мне и на новом маленьком существе, отчего на остальных любви у него просто не хватало. Из-за послеродового стресса я не сразу это поняла, а когда поняла, форма отчуждения Стэнли от остальных дочерей была уже слишком запущена – я так и не смогла ничего с этим поделать. Он до сих пор без ума от меня, особенно по ночам, он до сих пор обожает Сибил и он до сих пор слишком мало интересуется жизнью других своих детей. Куда хочет поступать после окончания школы Адела? На какие кружки ходит Лекси? Как дела с успеваемостью у Каприс? Спроси я у него об этом – он не будет знать ответа. И хотя меня это расстраивает, я не осуждаю его. Я вижу, что за хорошей заработной платой Стэнли и нашей обеспеченной жизнью стоит его тяжеловесный труд. В прошлом месяце он принял шесть родов за одну ночь! Это тебе не пироги печь и пыль на камине протирать… Так что я поддерживала его как могла: сытные ужины (побольше жареного мяса), просмотр футбола вместо мультфильмов (организованный “час отца”), обсуждение его детской неприязни к ветреным отцам и копам (в моём случае за исключением Пейтон), позволение не вникать в жизнь старших дочерей (никаких рассказов о первой влюблённости Аделы, брейкдансе Лекси, выправляющихся в лучшую сторону оценок Каприс) и страстный секс (здесь, в большинстве своём, заслуги принадлежат самому Стэнли).

Посмотрев на профиль своего любимого и очевидно уставшего после очередного нагруженного рабочего дня в больнице мужа, я, поняв, что хочу подцепить его на крючок, едва уловимо ухмыльнулась:

– Пейтон говорит, что незамужняя жизнь переполнена плюсами.

– Ещё раз услышу подобное и больше не пущу тебя пить в компании этой легкомысленной девицы с кобурой на пояснице!

Клюнул. Я заулыбалась ещё сильнее. Знание того, что моего избранника может пугать одна только мысль о том, что я хотя бы только теоретически могу возжелать променять замужнюю жизнь на прелести холостого одиночества, меня забавляло…. Такой взрослый и одновременно такой глупый. Таких мужчин, как он, не бросают. Неужели он этого не понимает?

Глава 25.

Тереза Холт.

15 сентября- 10:00.

Этой ночью я смогла уснуть только после полуночи, и-то благодаря тому, что Береку приснился кошмар. Пригласив ребёнка под своё одеяло, я сосредоточилась на его мерном дыхании и вскоре, обнимая его, сама уснула блаженным, почти младенческим сном.

Утро хотя и не было дождливым, всё же было сильно пасмурным, а так как пасмурная погода меня успокаивает больше, нежели солнечная, и плюс ко всему всё моё внимание по утрам обычно сосредоточено на Береке, я в итоге по-настоящему распереживалась только в момент, когда подкатила к высоким кованым воротам, за которыми лежала территория особняка Крайтона. Ворота были открыты, так что я решила проехать вперёд по прессованной гравийной дорожке, влажность которой указывала на то, что в данной части Роара дождь этим утром всё же пролился.

Остановившись позади чёрного мерседеса-майбаха, припаркованного напротив одного из двух домов, того, который, судя по его внушительным габаритам, являлся главным, я с облегчением выдохнула, после чего вдруг заметила на переднем сиденье мерседеса тень человеческой фигуры. Так как я припарковалась к мерседесу сзади, я не могла рассмотреть точно, но была уверена в том, что в машине находится водитель: дверь водительского места была открыта нараспашку и из неё была высунута мужская нога, облачённая в грифельного цвета брюки. Я бы и без помощи со стороны нашла вход в особняк, и звонок над входной дверью, но вдруг меня ждут не в главном доме? Вдруг Крайтон ожидает моего появления в гостевом доме? Алану он сообщил точное время нашей встречи, но не уточнил информацию о том, к какому из двух домов я должна явиться к назначенному часу. Так что подсказка со стороны водителя, наверняка знающего, в каком из двух домов сейчас находится его босс, могла мне существенно помочь.

Ещё раз гулко вздохнув, я перекинула шлейку сумочки через плечо, взяла в руки папку с проектом и, наконец, вышла из машины. На мне были лакированные чёрные туфли и классический, строгий костюм чёрного цвета с белой рубашкой, волосы я заплела в небрежную косу и перебросила её через плечо, но из-за повышенной влажности в воздухе моя прическа с каждой десятой минутой высвобождала из косы всё новые и новые пряди. В целом я выглядела хорошо, но что-то мне подсказывало, что этим утром я как будто специально старалась “усреднить” свой образ, что могло быть вызвано моим отчётливым нежеланием привлекать к своей персоне излишнее внимание, но глаза и губы я намеренно подчеркнула косметикой, решив, что таким едва уловимым образом я продемонстрирую своему оппоненту как минимум уверенность в себе… В общем, сегодня я в который раз за всю свою жизнь впала в бредовые мысли из-за чрезмерного переживания. Мейкап как мейкап, прическа как прическа, костюм как костюм. И всё же я была довольна уже только тем, что этим утром чувствовала себя красивой. Большего я и не хотела. В буквальном смысле. Я хотела чувствовать себя красивой, но не хотела, чтобы Байрон счёл меня таковой – однажды он уже оценил меня достаточно красивой для него, что, в результате, привело мою личную жизнь к разрушению. Пусть просто видит, что я выжила, а большего не нужно. Я не бросаю вызов. Я просто заявляю о том, что я смогла пережить землетрясение. Не более того.

Подойдя к мерседесу, я нагнулась, чтобы посмотреть на сидящего в нём водителя:

– Простите, Вы не подскажите, где здесь… – я оборвала фразу на полуслове. От встречи взглядом с сидящим внутри машины человеком у меня моментально перехватило дыхание. Глаза точь-в-точь как у ребёнка, которого я с диким воплем вытолкнула прочь из своего тела в этот мир пять лет назад.

– Ты пунктуальна, – улыбнувшись одними уголками губ, Байрон вновь перевёл взгляд на свои руки, из-за чего я тоже на них посмотрела. В руках он держал видеорегистратор. – Перевожу камеру на двусторонний режим, чтобы она начала снимать помимо дороги салон.