Чтение онлайн

Проснулась Алина от боли в желудке «Ну вот дорвалась до грибов». Если бы было где их сварить, или хотя бы заквасить, а так-то вчера ела даже не дожаренные.

В землянке было темно. День? Ночь? Скорее всего еще ночь, у нее лет десять назад, может и больше, была язва желудка, и она просыпалась от боли часа в три, в четыре под утро. Но тогда под рукой были таблетки, а сейчас ни-че-го. Даже воды нет, надо идти к реке, даже набрать не во что. Живот болел, пить хотелось ужасно. Ну и ладно, от обезвоживания умру, говорят, умирают за три дня. Да какие три дня! Тут мучительно проходят минуты, а три дня это же сколько минут? Ага, считать еще, живот болииит.

Помучавшись, еще сколько-то решилась сползать к реке. С трудом отодвинула бревно, которым запирала дверь. Дверь открылась и чудесный свежий запах леса, реки, трав («хоть ложкой ешь» говорили в прежней жизни про такого рода аромат) ворвался в землянку, даже голова закружилась.

Выйдя из землянки, увидела, что поднимается солнце. Какой чудесный рассвет. В городе рассвет не увидишь за многоэтажками, тем более, раньше шести-семи часов утром не вставала, а тут уже четвертый рассвет встречает.

Еле передвигая босые ноги, даже с лаптями лень было возиться, пошла к реке. Кое-как дошла и напилась воды. Стало чуть легче. Села на бревно, валявшееся недалеко, видать принесенное весенним половодьем. Дрожь пошла по телу от утренней свежести. Решила передохнуть и пить воды столько, пока желудок не промоется. Больше то нечем лечиться, только воды и пей, сколько хочешь, и она такая вкусная. Ногам холодно. Пришлось встать и нарвать листьев, травы, кинуть под ноги. Все равно холодно. Подняла ноги на бревно, обхватив колени. Посидела пару минут и снова пошла пить воду.

Во что набрать воды, чтоб взять с собой в землянку? – встала новая проблема. Ни стеклянных, ни пластиковых бутылок, ни пакетов ничего она за все эти дни так и не увидела. Вообще, надо думать из чего соорудить хоть что-то похожее на посуду или утварь – ишь какое слово вспомнила – опять усмехнулась про себя Алина. Ну, наверно, начать придется с корзины. Хоть какое-то понятие есть, как ее плести. Можно будет в корзину набрать трав, развесить в землянке, высушить, нет, охапку травы можно нести и обвязав травой или веткой. Можно будет в корзину грибы набирать, чтоб насушить, варить то не в чем. Даже, может, сумеет туесок сделать, хотя бы наподобие туеска для ягод. Без инструментов много ли смогу сделать? Да что-то с инструментами здесь туговато, вернее их нет, от слова совсем. И магазинов никаких на горизонте не видно. А воду? Во что набирать воду? Одни вопросы, ответов нет. А интересно, может тот ковш в углу за дверью землянки и пригодится для воды? Еще раз, попив, пошла назад, в землянку.

По пути опять набрала охапку веток, чтоб постелить на лежанку. Залезла в землянку, положила свою охапку и опять легла. Живот болел меньше, есть не хотелось. Лежала и вспоминала, какую самодельную посуду видела в музеях. Даа, видеть то видела, даже что-то говорили экскурсоводы, но из какого дерева, как именно делали, как скрепляли части между собой? Ну, деревянные, предположим, выдалбливали, выскребали, но чем? Придется искать подходящие камни с острыми краями. Для этого нужно найти трухлявый пенек, ха-ха. Трухлявый не будет держать воды. Напилить куски дерева или отколоть кап с дерева опять же нужны инструменты. Хождение по кругу. Эх, предки-обезьяны, зачем вы взяли в руки палки и стали людьми? Другие обезьяны то оказались умнее, не превратились в человека и живут до сих пор, бананы жуют да размножаются. А тут из цивилизованного мира, хлоп и в каменный век. «Эх ма кулема» – выругалась про себя, в детстве это была форма выражения неудовольствия, правда, что это означает она не знала.

Ковшик.

Лежала, лежала да много не полежишь, не на матраце, нет телевизора или ноутбука перед глазами, когда часы пролетали незаметно. Кстати, вспомнила Алина, она как-то на своей страничке в контакте (ВК) размещала ролик про дедовский способ защиты от комаров при помощи грибов – трутовиков. Грибы – трутовики – это наросты на деревьях, красноватые или коричневые, может черные, белые наросты не годятся. Кстати, такие грибы приносила дочка – школьница. Когда-то – их водили в поход и рассказывали про эти грибы. Их надо высушить и поджечь, дым от трутовика совсем не нравится насекомым кровопийцам. Тем более у нее сейчас есть огонь, а сушить можно и на солнышке, можно сушить даже здесь на камнях. Опять хочется пить, да и мочевой пузырь уже обещает лопнуть, придется вылезать. Перед тем как вылезти, опять развела огонь. Надо запас дров пополнить, мало ли какая погода будет завтра.

Взяла ковш на длинной ручке, вышла из землянки, стала разглядывать. Ндаа, для воды вряд ли подойдет, но надо попробовать, а вдруг?

Вылезла, пошла к реке. Попыталась набрать воды. Чуда не получилось. Ковш был дырявый. Правда вода на несколько секунд задерживалась и можно было попить, пока вся не вытечет, все ж так чуть лучше, чем холодную воду пить из рук. Напившись, оставила ковш, пошла искать ивовые кустарники, чтоб набрать веток для корзины. Ивовые прутики тонкие и хорошо гнутся, почти не ломаются, в отличие от веток других лиственных деревьев. Когда учлась в школе, подростком, в летнее время, она подрабатывала в совхозе по заготовке таких веток на корм скоту, поэтому знала, что это такое и для чего можно их приспособить.

Кроме того, надо новые косички сплести для пояса и обуви (обуви – громко сказано, вернее подумалось, говорить то не с кем). Села на берегу, на полюбившееся бревно, стала пробовать плести корзину. Нет, не получается. Бросив это дело, содрала кору с веток и стала плести косички. Сняла с себя юбку папуаса, чтобы сплести косичку такой же длины. Сплела, обернула вокруг талии, и вот что ее поразило – новая косичка оказалась длинной, сантиметров на пятнадцать длиннее прежней. Она же плела по той же длине. Это что, она так похудела? Вот это результат! Всем бы сюда, кто хочет похудеть, грустно подумала Алина. Опять захотелось есть. Придется быть осторожнее с грибами, но собрать немного для сушки можно будет. Оставив нарванные ветки, все равно придется прийти попить, пошла на свою полянку. Уже почти дошла до поляны и обругала себя, что не сняла конус с ковша. А да ладно, найду подходящую бересту, сделаю кулек. Так и сделала. Поела ягод, нашла гриб-трутовик, собрала ягоды в берестяной кулек, нарвала пучок съедобных трав, нанизала несколько шляпок грибов на веточки и унесла все это в землянку. Опять было пасмурно, но слава создателю, не было дождя.

Придя в землянку, натыкала кончики веточек с грибами в щели бревен, также развесила травы. Отдохнула, подкинула дровишек в кострище. Положила гриб-трутовик или чагу (точное название не знала) на дровишки – пусть тлеет, всякую кусачую мерзость выгоняет. Пошла к реке. Вечерело. Попила еще воды. Корзину буду пытаться плести завтра – решила Алина. Уже хотела уйти в землянку, но вспомнила про ковшик, его не было видно.

Рыбка

Оказывается, Алина оставила его в воде, и течением ковшик унесло. Слава создателю, недалеко. Ковшик уткнулся об какое-то препятствие в воде и ждал свою хозяйку. Подойдя к ковшику, Алина, увидела, что в конусе шевелится какая-то небольшая рыбка. Рыбка! Рыбка! Не золотая, но главное, чтоб съедобная. Как бы вытащить, чтоб не упустить. Едва дыша, взяла конец палки, стала поворачивать его, так, чтобы горловина ковшика оказалась над водой. Получилось! Медленно, чуть дыша, почти по сантиметру стала подтягивать ковшик к себе. Уже вытянула на берег почти на метр, но продолжала тянуть. Наконец остановилась. Подошла. Рыбка хватала ртом воздух. Алине стало ее жалко, может отпустить? Но ведь уже слюнки текут от мысли, что можно полакомиться рыбкой. Подавив в себе жалость, держа конус не с золотой, а с драгоценной рыбкой пошла в землянку. И остановилась.

Если будет чистить у землянки, на запах рыбы могут прийти нежелательные гости, – думала она – опять же куда деть внутренности? снова копать? Назойливых насекомых и так выше крыши, а привлекать еще и навозных мух – совсем не комильфо. Что ж придется чистить здесь. Вернулась на свое бревно и стала счищать чешую. Что за рыба – хариус, елец, сиг, язь? Точно Алина не знала. Она различала хорошо только налима и щуку, ну еще карпа. Только карпы вроде бы в реке не водятся. Вспомнила, что в прежней жизни где-то прочитав о том, что монахи варили кисель из чешуи рыб, тоже сварила. И правда, кисель из чешуи получился, но по вкусу не понравился, а сейчас бы и такой кисель поела, только увы, варить не в чем. Может монахи варили кисель из чешуи благородных рыб: таких как семга, осетрина, нельма, стерлядь, а Алина сварила кисель из чешуи язя (по коми «сын») и может поэтому кисель был не вкусный. «Семга, чoскыд чери семга. Семга абу ерш» вспомнилась веселая песня Михаила Проппа.

Не смотря на вечер, налетели мухи. Вычистила рыбу, внутренности и чешую собрала и кинула в реку, пусть налимы и щуки съедят, наверняка они тут водятся. Ополоснув рыбу, пошла в землянку. В кострище еще оставались горящие угли. Нанизала рыбку на веточку, два камня подвинула ближе к середине кострища, положила рыбу жариться. Прожарив ее с двух сторон, съела. Эх, сейчас бы она акулу съела, вернее трехметровую рыбину. Бабушка рассказывала, что в далекие времена, если попадалась очень крупная рыба, на всю длину нарты или длиннее, а это не менее двух метров, то рыбаки пропускали через жабры веревку и привязывали ее к столбу пристани. Рыба не могла никуда уплыть, а когда приходило время ехать на ярмарку – рыбу вытаскивали и свежую везли продавать. + фото самая дорогая рыба