Чтение онлайн

Нет, ничего хорошего из их брака, конечно, не вышло, но за то, что Волин вытащил ее из тоски по бабушке, на какое-то время подарил семью, а также дочь, Женя была ему благодарна. И состоялась она в профессии, во многом благодаря ее желанию доказать Волиным, что она чего-то стоит, и достигнутым результатом Женя была вполне довольна.

Она потянулась в постели и открыла глаза. И почему на нее вдруг сейчас нахлынули все эти воспоминания? Женя снова принюхалась. Точно! Пахло блинчиками и малиной. Как в детстве. Похоже, Татьяна Михайловна Гордеева уже встала и готовит завтрак.

Женя вдруг испытала острое чувство неудобства. Как она предстанет перед глазами хозяйки этого дома после всего того, что между нею и Александром произошло ночью? От очередных воспоминаний, теперь совсем недавних, ее бросило в жар. Никогда ни один мужчина не вытворял такого с ее телом. Точнее, ни на кого из них ее тело не реагировало таким бесстыдным образом.

Интересно, а у бабушки с ее профессором и у мамы с ее актером тоже так было? Внезапно ей пришло в голову, что Кристинке сейчас четырнадцать, а значит, судьба и ее, Женю, может поставить перед тем же выбором, что и предыдущие два поколения женщин ее семьи.

Бабушка отказалась от женского счастья, потому что ее избранник не желал принять ее детей-подростков. Мама, наоборот, фактически отказалась от нее, Жени, хоть в семь лет, хоть потом, в четырнадцать, встав на сторону любимого мужчины. Да и к третьему мужу в Турцию переехала совершенно спокойно, хотя Женя уже была в разводе и помощь с Кристиной ей бы не помешала. Неужели и ей самой предстоит пройти через подобный ад? Впрочем, Женя твердо знала, как поступит в такой ситуации. Никогда и ничто не разлучит ее с Кристиной. Дочь – главный человек в ее жизни. Была, есть и будет.

– Ду-у-ура, – тихонько пробурчала она вслух себе под нос. – Ты что, после первой совместной ночи замуж собралась? Так никто тебе пока предложения не делал.

Гордеев даже не остался у нее в комнате после того, как между ними закончилось волшебство. Полежал немного, а потом поцеловал и ушел, пожелав спокойной ночи. Сейчас его в комнате тоже не наблюдалось. Женя прислушалась, пытаясь различить внизу тяжелые шаги, но доносящиеся с первого этажа звуки свидетельствовали о том, что Татьяна Михайловна хозяйничала в кухне одна. Или он еще спит?

Надо признать, что вчерашний вечер и ночь были довольно бурными. Ничего удивительного, если Александр восстанавливает силы, потратил он их изрядно. Женя снова стыдливо хихикнула. Пожалуй, она была не против повторить, но как об этом скажешь?

Она вчера и так нарушила данное самой себе слово никогда не навязываться мужчине. Да, Евгения Волина первая напрыгнула на Александра Гордеева, поцеловала и не оставила ему выбора. Он, конечно, особо не сопротивлялся, но редкий мужчина устоит, когда ему женщина фактически предлагает себя.

Женя вдруг почувствовала, как у нее стремительно портится настроение. Так, нужно вставать, одеваться и уезжать из этого дома. Если Гордеев спит, то лучше исчезнуть, пока он не проснулся. Нечего ставить мужика в неловкое положение. Она не вынесет, если он начнет отводить глаза и мямлить.

Она выскользнула из постели, мимолетно подумав о том, что та оказалась очень удобной и уютной. По крайней мере, Женя, обычно с трудом засыпающая в чужих домах, прекрасно выспалась. Проскользнув в расположенную напротив отведенной ей комнаты ванную, она быстро приняла душ, натянула свой спортивный костюм, расчесала волосы. Оттягивать неизбежную встречу с обитателями дома нет уже никакой возможности, поэтому с максимально независимым видом Женя спустилась на первый этаж, откуда доносились упоительные запахи, вернувшие ее в детство.

– С добрым утречком, Женечка, – приветствовала ее хлопотавшая у плиты Татьяна Михайловна. – Ничего, что я так фамильярно перешла от использования имени-отчества, не спросив вашего разрешения?

– Ну, что вы, Татьяна Михайловна, мне приятно. Доброе утро. А Александр… Петрович еще спит?

Легкая заминка с использованием имени ее сына не прошла для Татьяны Гордеевой незамеченной.

– Саша давно встал, позавтракал, ввел меня в курс дела про ваши ночные изыскания и даже монету показал. Вы огромная молодец, Женечка, что догадались, что в нашем доме хранится что-то ценное. Как вам только в голову это пришло?

Женя пожала плечами. При виде того, как Татьяна Михайловна водружает на стол огромную тарелку с золотистыми оладушками, у нее рот невольно наполнился слюной. Оладьи выглядели именно так, как она любила. Высокие, пышные, не слишком зажаренные. У нее самой они никогда такими не получались: либо оседали, либо пригорали. Эх, Кристинка ее бы сейчас порадовалась.

– У всего, что происходит, всегда есть объяснение, – ответила она, топчась на месте, не зная, удобно ли усесться за стол без приглашения. – Просто надо его найти. После того, как Александр… Саша рассказал мне, что в ваш дом пытались влезть, стало очевидно, что злоумышленник что-то ищет. И предмет его вожделений тоже в общем-то был очевиден. У тела Максимовой я нашла золотую монету, да и моя однокурсница, позвонившая мне перед тем, как ее ударили по голове, упомянула именно монету. Вот я и сопоставила.

– Бедная девушка…

– Вы про Максимову или про Буковееву?

– Да про обеих. – Гордеева вздохнула. – Что же вы стоите, – спохватилась она, – проходите, садитесь к столу, буду кормить вас завтраком. Вы наверняка чувствуете голод после всего того, через что вам пришлось пройти минувшей ночью.

Разумеется, хозяйка дома имела в виду поездку к несчастной Букле, долгую дачу показаний, а потом поиск монеты в старинной горке, однако Женя все равно густо покраснела, вспомнив совсем другие свои ночные приключения. Интересно, Татьяна Михайловна в курсе ее грехопадения? Ночью они с Сашей не очень-то заботились о том, чтобы соблюдать тишину.

Она прошла за большой стол, уселась на очень удобный стул, положила на стоящую перед ней тарелку две оладьи. Рядом стояли вазочки с вареньем: малиновым и вишневым. Как в детстве. Женя зачерпнула яркую, прозрачную, чуть желеобразную массу, положила на тарелку, макнула оладью, отправила в рот и зажмурилась от наслаждения. Вкусно!

– Татьяна Михайловна, вы волшебница.

– Ешь на здоровье, девочка. Рада, что тебе нравится.

– А Саша… Он где? – Женя предприняла еще один заход, потому что местонахождение Гордеева ее волновало. Она, как говорится, спинным мозгом ожидала его появления в кухне и нервничала от этого ожидания ужасно.

– Не волнуйся, он на работу поехал.

– Куда?

– На работу. Сказал, что ему нужно поговорить с Димой Макаровым. Так-то он наш сосед, и здесь, в Излуках, поговорить было бы правильнее, да только, когда Саша проснулся, Дима уже на работу отправился. Велел туда приезжать. Вот Саша собрался и уехал. И монету с собой взял. Ту, которую вы нашли.

Происходящее Жене не нравилось. Кажется, с вечера они договаривались, что утром поговорят с Евгением Макаровым. Оба. Точнее, речь шла об обоих братьях Макаровых, так что в визите к Дмитрию не было ничего, нарушающего их договоренности. И все же им нужно было отправиться в «Турмалин» вместе. Помимо того, что это и ее расследование тоже, самодеятельность вообще может быть опасна.