Чтение онлайн

– У меня есть люди, которые сделают это за меня. Я действительно ничего не могу поделать с этим. Я опроверг обвинения. Теперь очередь моей команды замять историю. Мне повезло, что мой отец владеет приличной частью издательских контор.

– Так, по этой причине, она придержит историю? Не потому что дает тебе шанс доказать свою невиновность?
– спросила я.
– Она оказывает твоей семье услугу.

– Так было всегда.

Не знаю, почему была разочарована. Полагаю, что я надеялась, что репортер поверит в ту информацию, которая очистит имя Пэкстона, и выставит историю неэтичной.

– Если тебе нужно разобраться с этой историей сегодня, я пойму. Мы можем все отменить, - не было бы другой ночи, как эта в ближайшее время, но я все равно предложила.

– Нет, - он запечатлел поцелуй на моих губах, вкус вина задержался на них.
– У меня есть люди. Они позаботятся об этом. Нам нужна сегодняшняя ночь. Ты нужна мне сегодня ночью, - его глаза вспыхнули.

– Разве нет ни одной частички тебя, которая задумалась о том, был ли ребенок? Или есть ли ребенок?
– не знаю, почему я продолжала цепляться за эту тему. Он должен был быть более расстроенным.

Он пожал плечами.

– Полагаю это возможно, но что я могу поделать сейчас? Я даже не знаю ее имени. Мои родители ведут публичный образ жизни. Если бы ей нужна была помощь, она бы разыскала меня много лет назад. Я просто не повелся на это.

Он обхватил мое лицо своими ладонями.

– Это грязная сторона политики. Люди фабрикуют истории. Они пытаются разорвать тебя. Они не остановятся, пока не уничтожат твою кампанию.

– Тогда почему ты занимаешься этим? Почему тащишь себя туда?

– Потому, что я могу сделать это. У меня нет скелетов в шкафу, - он отступил, чтобы вылить пасту в дуршлаг в раковине.

Я откашлялась. На самом деле, иронично. Я на его кухне, наблюдаю, как он готовит ужин для нас. Я - замужняя женщина. Он - вдовец. И после того, как мы закончим есть и допьем последнюю каплю вина, я натяну клочок той ткани для него. Наверняка, мы даже не выйдем из кухни. Я позволю ему взять меня на столе или на островке. Мою кожу покалывало от мыслей его прижимающегося тела ко мне. Но он не думал о нас, как об интрижке. Мы не были частью того грязного белья, которые его оппоненты могли раскопать. Пэкстон либо наивен или слишком самоуверен, чем я признавала.

– Ты же думал о поиске другого поста, после победы на выборах?

– Я планировал. И мне нравится такая позиция. Ты проделала длинный путь после нашего первого разговора об образовании.

– Ты же знаешь, что я буду голосовать за тебя.

– Безусловно, - он потер своим большим пальцем мою нижнюю губу.

– Какой следующий пост? Какая твоя следующая кампания?

– Ну, это не для общедоступного сведения, - он начал натирать несколько сортов сыра.

– Думаю, я доказала, что могу хранить секреты, - поддразнила я.

– Это ты умеешь, - он вытер руки об фартук и взял емкость со специями, читая каждую этикетку. Он был аккуратен на кухне.
– Есть насколько экспертов в политическом прогнозировании. Мы провели несколько. У меня было несколько встреч, и мы начали пробивать наши взгляды на пост губернатора.

– Ты хочешь стать губернатором Южной Каролины?

– Не надо так удивляться.

Пэкстон был адвокатом, или, по крайней мере, имел юридическое образование, но никогда не обсуждал дела. Он был профессиональным политиком. Подготовленным и сформированным для этой роли. Губернатор - влиятелен и могуществен. Прозвучит амбициозно, но если он захочет, я знала, что он им станет. Он был тем мужчиной, который добивался того, что хотел.

– Нет. Думаю, ты станешь прекрасным губернатором. Одним из сексуальных, это точно, - я подмигнула ему.

Он бросил пасту пошел прямо ко мне, его губы скользнули по моим.

– Ты намекаешь, что я добьюсь поста губернатора, только из-за своей сексуальной привлекательности?

Я глубоко вдохнула.

– Что-то типа того, - я хотела поцелуя, который оставит меня бездыханной.

Его палец очертил мое горло.

– Это прозвучало довольно по-сексистски.

– И как ощущения?
– я выпятила подбородок вперед.

Его глаза опустились на мои губы.

– Ты пытаешься спровоцировать меня на разговор о том, как объектизированы женщины в политике, а мужчины нет?

Я изучала его, его темные, сексуальные глаза, прямоугольные черты его челюсти, то, как его губы, казалось, всегда готовы улыбаться.

– Ох, думаю, ты был довольно таки объектизирован, - я испустила смешок.

– Это так?

Он развернулся на каблуках и вернулся к подготовке тарелок, оставив мои не целованные губы наливаться тяжестью.

– Знаешь, все в книжном клубе собираются голосовать за тебя, - я спрыгнула с островка и наполнила заново свой бокал.
– Все, что я слышу от них, - насколько невероятен Пэкстон Таннер.

– Мне нравится думать об этом, потому что у меня твердая позиция по проблемам женщин, - его брови нахмурились.
– Я действительно подталкиваю рост заработной платы в каждом округе.

– Пэкс, ты же знаешь, что я играю с тобой, - я сжала его плечо.

Я хотела обернуть наш разговор во что-то легкое. Я чувствовала, что он напряжен из-за ситуации с Хьюзом, так же он пытался не позволить этому помешать нашему вечеру. Я не хотела, чтобы он убеждал мне, что будет бороться за права женщин.

– Эти проблемы волнуют большинство людей, а не как горячо ты выглядишь на обложке журнала.

– Горячо?
– спросил он.

– Да. Я могу сказать, что ты горяч.

Он усмехнулся.

– Голоса они и есть голоса, полагаю.

– Так и есть. Ты всегда говорил мне, то не имеет значения, как ты добился этого, только то, как долго ты этим занимаешься. Ты показал всем женщинам, что можешь помочь им с поста сенатора, - я замолчала.
– Или губернатора.

Он улыбнулся.

– Мне нравится, как ты говоришь это.

Не знаю, почему я покраснела. Я чувствовала, будто плаваю с ним на краю пропасти, и гордилась. Я заставляла его улыбаться.

– Ужин готов, - он зажег свечу в центре стола.
– Надеюсь, тебе понравится.

– Пахнет вкусно. Уверена, будет великолепно, - я наколола креветку и подула, чтобы остудить ее.

– Заняло много лет, подгоревших креветок и сырой пасты, чтобы она получалась правильно.

Я хихикнула. Вино было крепким. Пэкс сказал, что оно было из того, что он импортировал. Я была впечатлена его кулинарными навыками. Еда была приправлена правильным количеством приправ.