Роман Магнолии
Шрифт:
– Я устала чувствовать пустоту. Ты можешь остановить это?
Не было ни мыслей, ни планов. Только отчаянная потребность почувствовать себя человеком снова. Быть с тем, кто не жалел и не презирал меня. Единственный, кто не смотрел на меня, как на шлюху-изменщицу.
– Одри?
– выдохнул он в мою шею, и я понимала, что он пытается сдержаться, быть осторожным со мной.
Я оттолкнула его и встала. Пошла в его комнату, перевернула по пути снимок Сары. Медленно, я стянула футболку через голову и вышагнула из джинс. Забралась в его кровать и ждала Пэкстона.
Может, прошло пять минут прежде, чем он вошел в комнату. Я не знаю, как долго ждала.
Он стоял в дверном проеме. Было темно, как и в нашу последнюю ночь вместе. Я не видела его лица. Да мне и не нужно.
– Хочешь, чтобы я ушла?
– спросила я.
– Нет, - он пересек комнату. Его рубашка упала на пол. Я слышала, как пряжка его ремня ударилась о дерево.
– Хочу дать тебе время подумать, в случае если ты изменишь свое мнение.
Он потянул покрывало на себя, и я ахнула, когда он перекатил меня на спину. Простыни холодили мою кожу.
– Я не изменю свое мнение.
– Я сделаю все, что ты захочешь, - прошептал он у моего горла. Пэкстон поцеловал мою шею и за ушком, его руки накручивали пряди моих длинных волос между своими пальцами.
Мне нужно тепло. Я хотела, чтобы он изгнал холод вины и печали из меня. Он нужен мне, чтобы изгнать пустоту.
– Заставь меня забыть, - я умоляла его. Все время зная, что не могла думать ни о чем другом. Я была сломлена, разбита на кусочки настолько крохотные, что они могут никогда не собраться воедино.
Я закрыла глаза, пока он двигался внутри меня, неторопливо. Нашептывая мне, как сильно он любит меня. Толкаясь глубже в меня, заявляя, что я красивая и сексуальная. А когда наши тела задрожали и скрутились под вибрации, которые барабанили в моей голове, я закричала. Я царапалась и кричала, тянула его за волосы, кусала его кожу. Я боролась с теплом и спокойствием, бушующими внутри меня. Я была неправа. Лучше ничего не чувствовать.
– Шшш… - Пэкстон устроился позади меня. Его руки сомкнулись на моей груди.
– Шшш…все в порядке. Ты в порядке.
Моя кожа начала остывать. Простыни были влажными от пота. Я уставилась в темную стену.
– Я люблю тебя, - он поцеловал мое плечо.
– Мне не хватало этого. Я хотел, чтобы ты вернулась. Я не был уверен, что ты захочешь.
Я кивнула. Я не могла думать о любви. Когда услышала, как его дыхание превратилось в размеренное посапывание, я выскользнула из-под его рук. Я прошла на кухню и налила стакан воды.
Не знаю, что я чувствовала. Каким-то образом, на мгновение, я забыла. Мгновение, когда я не была вдовой, а моего мужа не убили. Я не была безработной. Я не была жалкой. Мне не было стыдно. Я не была любовницей. Мгновение, когда это все исчезло.
Я вернулась в спальню и забралась в кровать, переворачивая Пэкстона на спину. Я оседлала его и поцеловала в грудь.
Эй, - пробормотал он сонно.
Я снова качнулась вперед, пока он не ответил подо мной. Его руки приземлились на мои бедра, и я склонилась к нему, задыхаясь от ощущений.
– Ты в порядке?
– спросил он.
– Просто трахни меня, - прошептала я. Закрыла глаза.
Мне нужно еще мгновение.
На следующее утро я забрала флешку с собой домой и подкинула ее в верхний ящик комода Спенсера. Я позвонила детективу Пенделтону и сообщила, что думаю, он должен приехать. Я, возможно, нашла что-то, пока поковала вещи Спенсера, но не хотела прикасаться к этому, в случае если это важно для дела.
Детектив появился в доме в течение часа. Я впустила его.
– Привет. Спасибо, что приехали так быстро. Я не знаю важно ли это, но что если да?
– я репетировала свои невинные реплики за завтраком с Пэкстоном.
– Рад, что вы позвонили. При открытом деле, очень важно изучить все возможные улики. Никогда не знаешь, что может всплыть. Где это?
– Здесь, - я повела его в нашу спальню. Я расставила коробки по комнате. Я открыла ящик. Указала на носки.
– На дне. Я позвонила вам сразу же, как увидела это.
Пенделтон сдвинул носки Спенсера в сторону, расчищая большим пальцем флешку.
– Ага, - он поднял ее.
– Спенс хранил все, касающееся работы в кабинете. Все. Не знаю, почему это оказалось на дне его ящика. Я даже не смотрела ее.
Офицер поместил ее в небольшой пластиковый пакет и закрыл сверху.
– Может, стоит посмотреть, что на ней, - он запихнул улику в нагрудный карман.
– Спасибо. Надеюсь, там что-то есть.
Мы пошли к входной двери.
– Я буду держать вас в курсе, - он повернулся.
– Если найдете еще что-то подобное, дайте нам знать.
Я энергично закивала.
– Хорошо. А вы скажете мне, что найдете?
– Давайте я вернусь к себе в участок и просмотрю ее. Я позвоню.
– Спасибо, детектив.
Я наблюдала, как он шел по подъездной дорожке, унося вещицу, которую создал Пэкстон. На ней были настоящие данные, говорила я себе. Не важно, если кое-что было размыто. Сенатор Хьюз ответит за убийство моего мужа.
Пэкстон сделал все необходимое ради меня, когда остальные не могли. Никто не был способен сделать то, что сделал он. У него есть деньги и ресурсы, чтобы поймать Хьюза. Он был на шаг впереди полиции. Это, может, и займет несколько недель, но будет стоить того, когда полиция арестует ублюдка, который убил Спенсера.
Сегодня Пэкс посещал митинг по правам геев. Он сказал, что позвонит позже и заедет проверить меня. Он захочет узнать, что сказал Пенделтон.
Я села на диван и ждала звонка детектива.
На следующий день единственным сюжетом в новостях был арест сенатора Хьюза. Его взяли под стражу незамедлительно на одной из его агитационных речей. Я наблюдала за этим, практически теряя сознание. Человек, который стоял за смертью Спенса не был похож на убийцу. На нем были круглые очки, на самом деле цветные, и его волосы с сильной проседью были намного седее, чем на фотографиях его кампании.